Анатомия убийства - Дорн Л. Р. - Страница 13

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Я спросил, знал ли он, что у Клео были романтические отношения с женщиной?

Сэнди Финч: Я не имел вообще никакого понятия. Он спросил, изменит ли эта новость мои чувства к ней?

Послушайте, если бы она рассказала мне, что она би, я бы, конечно, захотел обсудить это. Но у меня нет проблем с женщиной, которая испытывает сексуальное влечение к другим женщинам. До тех пор, пока она честна.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Я спросил мистера Финча, является ли он бисексуалом. Он ответил, что это не мое дело. Я не мог с ним не согласиться.

Сэнди Финч: Он спросил, есть ли у меня какие-либо мысли, почему Клео могла хотеть причинить вред другому человеку или заставить его замолчать. Я подумал: замолчать? Интересный выбор слова.

Я не имел понятия ни о чем таком. Я спросил, с чего он решил, что Клео убила того человека.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Мы понимали, это не случайное убийство в состоянии аффекта. И справедливо полагали, что должен существовать мотив – угроза, исходившая от той женщины. И лесбийская подоплека была убедительной, потому что мисс Гриффит в своих видео о фитнесе демонстрировала себя как здоровую во всех отношениях личность. Она нравилась религиозным девушкам.

Сэнди Финч: Наше поколение, как бы вы нас ни называли, нейтрально относится к геям, натуралам, би, транссексуалам, пансексуалам, неконформным и небинарным. Стала бы Клео убивать любовницу из-за того, что боялась разоблачения? Очень сомнительно.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Мой помощник называет это синдромом страха потерять подписчиков. Худшее, что случается с инфлюэнсерами, – это когда от них массово отписываются. Такое обычно происходит, если кто-либо оказывается обманщиком, и его частная жизнь противоречит его публичному бренду. Онлайн-персона Клео Рэй была образцовой девчонкой из Южной Калифорнии. Многие ее подписчики были подростками, которые следовали ее тренировкам и придерживались здорового питания, стремясь быть похожими на нее.

Джилл Танака: (TikTok) Друзья, это я! И да, я была на той загородной прогулке с Клео Рэй в субботу, когда ее арестовали. Это был дикий ужас! Я публикую групповую фотографию, которую мы сделали рано утром в пятницу, прежде чем отправиться в путь. Увеличьте ее лицо: она улыбается так, как будто ей на все наплевать!

Харли Рейнс: (YouTube) Это было какое-то дикое дерьмо с вертушкой и копами на квадроциклах; я там единственный чернокожий, так что был уверен, что они пришли за мной. Но нет, они пришли за белокурой белой девушкой. Господа офицеры улыбались, спрашивали, все ли со мной в порядке, вели себя спокойно. Будто они заранее договорились: «Давайте относиться к черному чуваку очень хорошо, нам ведь не нужны проблемы».

Вайолет Гарсия: (Twitter) Поверьте, я все еще в шоке! Я попала в самый эпицентр жуткой полицейской операции. В реальной жизни это ужасно! Истинная правда в том, что Клео Рэй не является моей близкой подругой. Я имею в виду, что у нас хорошие отношения, но из разряда: «Привет, Клео! Привет, Вайолет! Ты крутая! Ага, ты тоже крутая!» И это все!

Эрин Ньюкомб, первый помощник шерифа: После того как окружной прокурор и шериф закончили предварительный допрос, было необходимо доставить ее в окружную тюрьму в Индепенденсе. Шериф поручил это мне. Обычно в этом нет ничего особенного, мы помещаем заключенного в заднюю часть фургона, его сопровождают два помощника: один ведет машину, другой следит. Но к нам отовсюду стекалась пресса, поэтому мне пришлось назначить шестерых помощников для передачи подозреваемой в тюрьму: двоих в фургоне, двоих в головной машине, двоих в задней.

Мы направились на юг по триста девяносто пятой, и за нами тянулся караван из двадцати машин. Они все время старались подъехать ближе к нам, пытались снять Клео на видео. Она явно этого не хотела, поэтому нырнула под окна. Я еще подумала, что тот, чье существование зависело от направленных камер, теперь прячется от них.

Клео Рэй: Печально известный снимок. Когда я оказываюсь перед объективом, у меня губы растягиваются в улыбке автоматически. Она ничего не значила, это не было посланием в соцсети или кому-то еще, чистый рефлекс.

Эрин Ньюкомб, первый помощник шерифа: Процесс оформления в нашей тюрьме довольно длительный, и я все это время находилась рядом с Клео, присматривала за ней, отвечала на ее вопросы, следила за тем, чтобы все прошло гладко. Она прошла «поведенческий тест», при этом казалась достаточно спокойной и эмоционально стабильной, хотя ей явно было некомфортно.

Клео Рэй: Так много вопросов!

«Есть ли у вас какие-либо заболевания, передающиеся половым путем?» Нет.

«Есть ли у вас вши, лобковые блошки или чесотка?» Нет.

«Принимаете ли вы в настоящее время какие-либо предписанные лекарства?» Нет.

«Употребляете ли вы какой-либо алкоголь или наркотики, которые могут вызвать абстиненцию?» Нет.

«Был ли у вас недавно выкидыш или аборт?» Нет.

«Вы когда-нибудь пытались или рассматривали возможность самоубийства?» Хм. Пыталась? Нет. Рассматривала возможность? Такая минута случается у каждого, разве не так?

«Вы сейчас думаете о том, чтобы покончить с собой?» Отличный вопрос!

Эрин Ньюкомб, первый помощник шерифа: Клео была, пожалуй, самой здоровой и не имеющей вредных привычек заключенной, которую я когда-либо видела в тюрьме округа Инио.

Клео Рэй: Раздевание и обыск – момент не из приятных. И они заставили меня снять кольцо, подаренное Сэнди. Я закатила истерику и умоляла их позволить мне оставить его себе, но мне не позволили. Я все еще задыхаюсь, когда думаю о том, что пришлось его снять.

Эрин Ньюкомб, первый помощник шерифа: Она, вероятно, не стала бы использовать кольцо, чтобы причинить вред себе или кому-либо еще, но есть правила, и мы не могли сделать для нее исключения.

Клео Рэй: Они выдали мне униформу в черно-белую полоску: верх, брюки, пару обуви и носки. У них не нашлось ничего близкого к моему размеру. Я мельком увидела свое отражение в окне и физически почувствовала себя больной.

Эрин Ньюкомб, первый помощник шерифа: При ее оценке мы не выявили ничего неординарного, однако все равно поместили ее в изолятор. Я сказала ей, что это временно и мы переведем ее после недолгого периода наблюдения.

Клео Рэй: Я никогда не видела настоящую тюремную камеру изнутри. И вдруг я оказалась заперта в одной из них. Металлическое зеркало над металлической раковиной. Металлическая кровать без подушки. Туалет – просто решетка в полу. Никаких окон.

Черт возьми!

Эрин Ньюкомб, первый помощник шерифа: Обычно вновь поступившие заключенные находятся под наблюдением в течение первых двадцати четырех часов – во избежание самоубийства. Я не думала, что с Клео возникнут проблемы, но мы не могли рисковать.

Клео Рэй: Социальные сети были не просто моей работой, это было пристрастие. Сидя там в одиночестве, без телефона, без возможности подключиться и узнать, что люди говорят обо мне… Мне хотелось верить, что большинство моих подписчиков поддерживают меня. Но, возможно, люди нападали на меня, стыдили, обвиняли и писали посты, полные ненависти. Я попыталась сосредоточиться на своем дыхании и отключить мозг, потому что полная изоляция от Сети сводила меня с ума.

Я годами работала над созданием вирусного контента. Теперь это случилось, но я была полностью отрезана от него.

Оуэн Мейсон, окружной прокурор: Потом пришел отчет о вскрытии. Травма переносицы и правой брови была получена в результате одного удара тупым предметом, например, таким, как деревянное весло для каноэ. Причиной смерти стало утопление. Ребекка была еще жива, когда упала в воду.

Но нас ждал сюрприз. При вскрытии у Ребекки на уровне виска, ближе к задней части черепа, была обнаружена вторая травма, также нанесенная тупым предметом. Мы этого не увидели, потому что ушиб был скрыт ее волосами. Орудие использовали с силой достаточной, чтобы вызвать сотрясение мозга средней тяжести.