Тайна заброшенного маяка (СИ) - Хараборкина Ольга - Страница 47

— И за что же засадили смотрительницу маяка? — обитательницы темных подземелий решили заметить меня. Очень жаль.

— Небось Блэкхарда перестала удовлетворять, — засмеялась другая. Через секунду её поддержали остальные.

— Смотрите-ка, гордая молчит! — продолжила первая. — Думаешь чем-то лучше нас? — злобно сказала она. — Я отвечу за тебя. Ты такая же шлюха, как и мы.

Ночные бабочки вмиг превратились в рой диких пчёл, и каждая хотела побольнее ужалить ту, которая стояла пусть на ступень, но выше. Освещение не позволяло разглядеть лиц, но мне это и не надо было. Подобное чувство любой человек хоть раз да испытал в своей жизни — зависть. Зеленая леди, крепко вцепилась в их сердца, порождая гнев к более удачливой товарке, которой, по их мнению, была смотрительница маяка.

— Знаешь, я бы поменялась с тобой местами, — слова, произнесенные почти шёпотом, разнеслись по каменным коридорам. — Если бы была такая возможность, ты бы рискнула?

Я невольно встала и сделала шаг к решётке. Темнота скрыла реакцию женщины, как верная сообщница. Но в тишине, образовавшейся вокруг, я слышала, как изменилось дыхание собеседницы. Могу поспорить, в тот момент в её глазах мелькнул испуг, потому что она шагнула назад.

— Брось, Джейн, — одернул кто-то любительницу поговорить, и это вернуло ей присутствие духа.

— Оказывается быть лордовской подстилкой несладко. Так за что ты здесь?

Минуту помолчав, я все-таки ответила. У нас на Земле это называют синдромом попутчика, когда вываливаешь все душевные переживания на совершенно незнакомого человека. Причем рассказ начался с того, что боюсь закончить как Маргарет Райн, умолчав о маяке, мирах и Блэкхарде, и завершила причиной ареста.

— Подставили тебя, Верлен, — вынесли вердикт они. Я лишь поморщилась, зачем повторять очевидное. — Неважно, кто подбросил тела, спросят с тебя, если конечно твой Блэкхард не вмешается.

— Палмер давно уже купил всех главарей банд, — уверенно произнесла Джейн. — Они все едят с его руки, значит он мог спокойно приказать им бросить этих бедняг. Толстосуму нужен маяк для верфей.

— Башня принадлежит Блэкхарду, — заметила я.

— Из-за тебя он может лишиться маяка. Ты не местная, и не знаешь, что город когда-то был частью владений семьи Блэкхард, но череда судов всё изменила, — поведали мне исторические факты.

— Но зачем?

Вопрос я задала неслучайно. Даже подарив возможность обычным людям принимать законы наравне с аристократами, Северный Архипелаг всё ещё оставался государством, где правила благородная кровь.

— Откуда мне знать, — пожала она плечами. — По-хорошему тебе стоило сбежать ещё в первый день.

— Знаю.

Казалось устами этой женщины говорит мой внутренний голос и от того слышать истину о своей глупости было в разы мучительней.

— Верлен, а Верлен? — болтливая Джейн была неумолима.

— Слушаю.

— Блэкхард горяч? — жадно спросила она и тут же шикнула на своих соседок, которым явно понравилось новое направление беседы. — Мне интересно. Он же не заглянет в наши трущобы. Ну так горяч?

Я почти физически ощущала любопытство, которое повисло в воздухе невидимым туманом.

— Очень, — ничуть не покривив душой, призналась я. В голове тут же всплыл момент моего освобождения и бойня, которую устроил Себастиан. Огонь, а не мужчина!

Стоило мне только это сказать, как ночные бабочки оживились и затрепетали, обсуждая Блэкхарда. На особо пикантных деталях, я невольно краснела, память, привычки и воспитание бывшей мисс Верлен давали о себе знать. В Тетисе такие моменты даже не произносились вслух в супружеской спальне, что уж говорить о незнакомых людях.

С другой стороны дамы потеряли ко мне интерес, и я радостно вздохнула. Пусть лучше перемывают кости его лордству, эта тема гораздо увлекательней и обширней.

— Девочка, — тихо позвали меня откуда-то справа. Соседка смертница. — Подойди.

Равнодушно пожав плечами, исполнила просьбу и тут же брезгливо скривилась. Рядом располагалась дыра в полу для справления нужды.

— Вы что-то хотели? — вежливо поинтересовалась я, зябко кутаясь в шаль, от стен шел холод, пробирающий до самых костей.

Женщина открыла рот, но в одно мгновение её скрутил приступ кашля. Худое тело согнулось пополам, а из-под вдовьей платка выбилась прядь седых волос. Несчастная давно перешагнула черту, отделяющую зрелость от старости.

Из разговоров других я поняла, что она убила мужа и пришла с повинной в Управление Правопорядка. Никто не знал причины её поступка, и потому списали все на приступ безумия. Но она не походила на человека с душевным расстройством, в глаза бросалась только усталость. Интересно, что её сподвигло на подобный шаг? Неверность мужа? Это даже смешно, и дело не в возрасте. На Тетисе женщина, вступившая в брак, не разорвёт эти узы по собственной воле, развод возможен только по инициативе супруга. В любом случае ей приходится терпеть, и неверность не самое страшное, что может ожидать несчастную.

— Не о том думаешь, девочка, — усмехнулась она, когда кашель отступил.

— Прошу прощения.

— Здесь все гадают, почему я убила Джастина, — хрипло произнесла соседка.

— Вас же приговорили, значит причина нашлась, — мне была безразлична судьба этой женщины, но если ей хотелось общения, то я не возражала поговорить.

— Я ничего не скрывала. Пусть Равновесие нас рассудит в загробной жизни, а люди… Люди всегда предвзяты.

Истина, с которой не поспоришь. Похоже, не одна я отпила из чаши неудач в этой жизни. Невольно прониклась уважением к соседке, такие люди гнуться, но не ломаются.

— Что вы хотели мне сказать?

— Маргарет заняла место смотрительницы, будучи совсем девчонкой. Ты бы видела, как она гордилась своей самостоятельностью. Все радовалась, что нашла дом и работу.

— Вы знали Райн? — потрясенно выдохнула, и буквально вцепилась в железные прутья, разделяющие нас.

Забавно, чтобы найти хоть какие-нибудь сведения о покойнице, мне надо было очутиться в тюрьме.

— Мы жили в одном доме и бегали каждое утро к булочнику на другой стороне улицы за свежим хлебом, — улыбнулась она. В разуме женщины проносились дни ее молодости, а в ее голосе звучала лёгкая грусть.

— Вы не знаете, почему с Маргарет, — я запнулась, подбирая слова, — произошёл несчастный случай.

— Несчастный случай, — фыркнула она. — Купер вечно пытается скрыть, что в его городе убивают людей.

— Так везде.

— Маргарет шантажировали. Она была из тех людей, которые легко сгибаются под обстоятельствами. Затворница и трусиха. Странно, что она так долго пробыла смотрительницей, почти всю жизнь, до этого больше десяти лет никто не смог вести корабли в порт.

У меня были догадки на этот счёт, и делиться ими я не собиралась. Да и неинтересно будет этой женщине слушать мои рассуждения. Скорей всего она обратилась ко мне, чтобы вспомнить прошлое. Ей вполне хватало, своей боли, моя ей ни к чему.

— Неужели у такой, как мисс Райн, хранились скелеты в шкафу? — попыталась вернуть беседу в прежнее русло, хоть и знала некоторые тайны покойной.

— Сын, — в голосе женщины слышалось презрение. — Её ошибка и её проклятие, так она говорила о нём.

— Не припомню, чтобы кто-то упоминал о муже…

— Ошибка молодости, — тяжело вздохнула она. — Из-за неё она получала странные предложения о сотрудничестве, некто угрожал раскрыть тайну обществу.

— Глупость, — хмыкнула я. — Весь город наверняка в курсе ее маленького секрета.

— Вот и она так решила и потому бросала записки в огонь, — кивнула женщина.

— А что требовали?

— Эту часть она никогда не давала мне прочитать. Быть может Розмари знает, Маргарет всегда относилась к ней, как к старшей сестре, а той льстило это.

— Мисс Норфик? — в моём голосе проскользнуло удивление. Розмари мне не казалась особо общительным человеком.

— Знакомы? Ну и как впечатления? — полюбопытствовала она.

— Гарпия, — честно призналась я. — Мисс Норфик недавно скончалась.