Удачный брак - Маккрейт Кимберли - Страница 72

Я вспомнила Сэма, которого нашла в пятницу посреди гостиной. Он был весь в крови: руки, рубашка. Я тогда перепугалась, что муж серьезно ранен. Раз он покрыт кровью.

Я вскочила, но успела сделать всего один шаг, как меня вывернуло наизнанку прямо на деревянный пол.

Свидетельские показания перед большим жюри

Джессика Ким вызвана в качестве свидетеля восьмого июля, подверглась допросу и дала следующие показания:

Допрос проводит миссис Уоллес

В: Миссис Ким, спасибо, что согласились дать свидетельские показания.

О: Да. Пожалуйста.

В: Вы, кажется, нервничаете.

О: Ну да. Меня эта ситуация очень нервирует.

В: Вам не о чем беспокоиться. Ваше поведение никто не собирается расследовать.

О: Я не из-за этого нервничаю. Я не сделала ничего противозаконного. Но я слышала, что вы тут творите. Мои друзья уже давали показания. Мы же все друг друга знаем, а вы пытаетесь нас смутить.

В: Наверное, стоит продолжить.

О: Ага. Давайте.

В: Вы присутствовали на вечеринке на Первой улице, 724, второго июля этого года?

О: Да.

В: А как вы там оказались?

О: Как и все. Получила приглашение. Обычно так попадают на вечеринку.

В: Откуда вы знаете Мод и Себа Лагё?

О: Мои дети учатся в Грейс-Холл. Но с Мод мы познакомились, когда покупали у нее произведения искусства.

В: Кто это «мы»?

О: Я и мой муж Дэвид.

В: Дэвид тоже присутствовал на той вечеринке?

О: Ну да. Можно, я сэкономлю время, и мы не будем тянуть кота за хвост, а перейдем к тому, на что вы явно намекаете. Да, я трахалась кое с кем в тот вечер, и это был не мой муж. Да, мой муж в курсе случившегося. Нет, я не думаю, что он с кем-то трахнулся. Хотя вполне мог бы, если бы ему кто-то приглянулся. Честно говоря, мы уже шесть лет ходим на эту вечеринку и не спрашиваем друг друга о деталях. Нам так нравится. Зато мы не ходим в туалет друг при друге. Каждому свое. Думаю, каждая пара сама устанавливает границы дозволенного.

В: Вы видели Аманду Грейсон, когда поднимались наверх в тот вечер?

О: (неразборчиво)

В: Простите, я не слышу, что вы говорите.

О: Я видела на лестнице женщину.

В: Эту женщину?

(Обвинитель подходит к свидетельнице и протягивает ей фотографию № 6.)

О: Да.

В: Для протокола: свидетельница опознала в Аманде Грейсон ту женщину, которую видела на лестнице. В котором часу это было?

О: Я точно не помню.

В: А примерно?

О: Давайте посмотрим… Думаю, около половины десятого.

В: На этой вечеринке кто-то поднимался наверх ради чего-то другого, кроме секса?

О: Сомневаюсь.

В: Почему нет?

О: Ну, это сбивало бы с толку. Те, кто не был заинтересован, держались подальше от лестницы, чтобы всем все было ясно.

В: То есть Аманда на вечеринке поднялась наверх?

О: Поднималась, да. Но я не знаю, поднялась в итоге или нет. Я понятия не имею, что с ней случилось после того, как я встретила ее на лестнице.

В: Очень даже имеете, миссис Ким. Вы отлично знаете, что с ней случилось. Она погибла.

Аманда

Вечеринка

У Аманды было прекрасное настроение, когда она наряжалась на вечеринку Мод и Себа. Лучше, чем когда-либо за последние дни. Да, всего пару часов назад ей снова два раза позвонили и бросили трубку, ее кто-то преследовал в парке, не говоря уж о поведении Кэролин, но она собиралась рассказать обо всем Заку. По крайней мере частично. Наверное, начнет она не с папы. Но это нормально. Разговор с Заком, перемены в жизни — это целый процесс.

Кроме того, она и так ведь уже кое-что сказала, правда? Она ведь потребовала, чтобы Зак пошел с ней на вечеринку. И он пойдет. Аманда с удовольствием натянула белые джинсы-капри, топик без бретелек с рюшами, сунула ноги в черные сандалии и собрала волосы в высокий конский хвост. Ах да, еще длинные серебряные серьги, мило, но не кричаще. Наконец-то она научилась подбирать правильные наряды.

Разумеется, они все еще молчали, пока спускались по ступенькам их дома, и удовлетворение от того, что Зак в принципе согласился, вытеснила реальность происходящего. Они с мужем незнакомцы, которым неловко в обществе друг друга. Вот их реальность. Это не было новостью, но сейчас раздражало сильнее обычного.

Пока Аманда и Зак шагали по Монтгомери-Плейс, усаженной деревьями, мимо прилизанных особняков, она думала, что им положено как минимум болтать обо всякой ерунде. Но все, что приходило на ум, казалось неправильным. Когда ты в браке одиннадцать лет, нелепо заводить разговор о погоде, о том, что влажность усилилась. Поэтому они шли молча.

Сейчас от этой тишины Аманде хотелось кричать. Она бросила взгляд на Зака, который едва заметно улыбался, когда они свернули направо на более оживленный двухполосный Проспект-Парк-Уэст. Он был почти красив в белой льняной рубашке и искусно состаренных дизайнерских джинсах. Странно довольный для человека, который ненавидит вечеринки и людей в принципе. Аманда отвернулась и посмотрела на другую сторону улицы, где какой-то парень в гордом одиночестве бежал по велосипедной дорожке, а миниатюрная старушка выгуливала гигантскую белую псину. С их стороны улица была пустынной и темной, если не считать квадратов света, которые отбрасывали входы в здания, развернутые к парку.

И тут Зак начал свистеть. С чего вдруг? Все, что делал муж, казалось Аманде бессмысленным. Но это было даже хуже, чем молчание. Вгоняло в тоску. У этого разговора не будет счастливого конца, да? Зак не превратится по мановению волшебной палочки в такого мужа, каким она хотела его видеть, внимательного и любящего. Люди не меняются просто потому, что ты так хочешь. Но как минимум Аманде нужно поговорить о ребенке. Если уж не себя защитить, то хоть сына. Если Зак рассердится, то так тому и быть. Аманда не была уверена, что ее это вообще теперь заботит.

— Да, у меня был чудесный день. Большое спасибо, что спросила, — язвительно сказал Зак, когда они миновали перекресток Проспект-Парк-Уэст и Гарфилд. — Наконец на работе все налаживается. И еще как.

— Это хорошо… А чем вообще занимается твоя новая компания? — спросила Аманда. Она планировала начать не с этого, но, может, это и не плохое начало. — Я ведь даже не знаю, а должна знать. Я же твоя жена.

— Ты хочешь знать о моем бизнесе? — спросил Зак. Похоже, его это позабавило. — Что тебе выложить? План капиталообразования или стратегию развития?

— Я просто хотела узнать, чем ты занимаешься целыми днями.

— Подробности тебе смертельно наскучат, поверь, но если у меня все получится, то мы станем еще богаче. Как обычно с такими проектами, главное — это инженерия. Люди, особенно всякие там члены правлений, даже не понимают, насколько важны технические детали. Но благодаря моей креативности в итоге все получилось. Идет бета-тестирование. Это ключевой момент.

— Ничуть не скучно. Мне бы хотелось, чтобы ты делился со мной проблемами, — сказала Аманда. — Может быть, я бы тебе помогла.

— Вот уж не знал, что ты у нас программный инженер. — Зак засмеялся. — В следующий раз обращусь к тебе.

Аманда сжала кулаки.

— Я твоя жена.

— И что? Какое это имеет отношение хоть к чему-то?

Она остановилась.

— А то, что это должно иметь отношение ко всему.

— Ты знаешь, в чем твоя проблема, Аманда? — Зак остановился в нескольких шагах впереди нее. — Ты всегда преувеличиваешь значение связей между людьми. Я не говорю, что связи не важны. В этом заключалась философия компании ЗАГ: связь людей и вещей, которые они купили, их связь с жизнью, которой они для себя хотели. Концепция на миллиард долларов. Но связи между людьми? Лично я считаю, что от них лишь проблемы. Вот в чем суть моей новой компании.

Он казался таким самодовольным, когда повернулся к ней спиной и зашагал прочь.

Аманда не двигалась. Ее глаза горели, когда она испепеляла взглядом спину мужа. Прощение — побочный продукт любви. Себ не ошибался. Вот только правда в том, что она не прощала мужу его недостатков. А все потому, что их связь не имела ничего общего с любовью. Но в результате их союза появился кое-кто, кого Аманда любила больше всего на свете, — Кейз. Аманда подвела его, когда позволила Заку перевезти их в Центр-Слоуп ради какого-то бизнеса, о котором она даже ничего толком не знала. Но теперь она будет делать то, что должна — защищать своего сына.