Англо-Бурская война (1899—1902) - Дойл Артур Игнатиус Конан - Страница 143

Глава XXXIX.

Финал

Остаётся лишь одна небольшая глава, чтобы рассказать о ходе мирных переговоров, об окончательном урегулировании и об итогах этой затяжной войны. Как бы ни огорчали некоторые эпизоды, когда бурам удавалось нанести нам тяжёлые потери и за наш счёт пополнить запасы вооружения и боеприпасов, это не умаляло уверенности, что их ряды тают и неуклонно близится неизбежный финал. С математической точностью искусный солдат в Претории своей паутиной из колючей проволоки, покрывшей всю страну, неделя за неделей неуклонно сводил их сопротивление на нет. И все же, после недавней победы Деларея и некоторых бахвальских заявлений беженцев в Гааге для британской общественности оказалось неожиданным опубликованное 22 марта заявление, что действующее правительство Трансвааля, в состав которого входили господа Схалк Бюргер, Лукас Мейер, Рейтц, Якоби Крог и Ван Вельден, прибыло в Мидделбург и обратилось с просьбой препроводить их в Преторию с целью обсуждения условий мира с лордом Китчинером. От этой новости в Империи засиял луч надежды, но вопрос казался столь сомнительным, что не ослабевали приготовления, могущие обеспечить мощную военную кампанию в ближайшем будущем. Во время всей Южно-Африканской войны, войны на Пиренейском полуострове и во время Крымской войны, и это можно с уверенностью утверждать, Великобритания никогда не была столь готова к военным действиям, как накануне заключения этого мира. Необходимы по крайней мере два года неудач и опыта, чтобы превратить гражданскую торговую державу в военную.

Несмотря на оптимистические заявления господина Фишера и абсурдные предсказания доктора Лейдса власть буров действительно была уничтожена, и они выступили с искренним намерением капитулировать. Но для народа, обладающего таким своеобразием, недостаточно, чтобы правительство пришло к определённым выводам. Необходимо, чтобы оно убедило своих граждан, что игра и в самом деле подошла к концу и что у них нет иного выхода, кроме как бросить свои хорошо послужившие ружья и полупустые патронташи. С этой целью необходимо было начать целый ряд долгих переговоров, которые вызывали напряжение в плане удовлетворённости властей в Южной Африке и терпения общественности в Британии. Конечный успех этих переговоров показывает, что установка на удовлетворённость и терпение была наиболее правильно выбранной позицией.

23 марта Трансваальские представители были отправлены в Кроонстад, чтобы приступить к обсуждению этого вопроса со Штейном и Деветом. Будь на месте этих представителей британские войска, их задача, состоявшая в том, чтобы убедить этих лидеров, была бы менее сложной. По крайней мере в конце месяца сообщение было передано, затем Девет, Деларей и Стейн появились на британских аванпостах в Клерксдорпе. Другие делегаты прибыли на север из Кроонстада, и все собрались в том же маленьком городке, который, по иронии судьбы, неожиданно стал центром и для заключения мира, и для ведения войны, — взгляды всего мира были прикованы к небольшой горстке беспорядочно разбросанных домов. После нескольких конференций, 11 апреля обе стороны переехали в Преторию, и теперь даже наиболее скептически настроенные наблюдатели начали признавать, что эти переговоры имели смысл. После консультаций с лордом Китчинером бурские лидеры 18 апреля покинули Преторию и выехали в свои войска, чтобы разъяснить ситуацию. В результате этой миссии 15 мая в Вереенигинг прибыли по два делегата от каждого полевого отряда с целью урегулирования вопроса путём голосования. Никогда ещё столь важный государственный вопрос не решался таким демократическим путём.

Вплоть до этого момента бурские лидеры внесли ряд пробных предложений, которые были отклонены Британским правительством. Первое из этих предложений состояло в готовности пойти на уступки по вопросам, стоявшим на повестке дня в начале войны. Это было отклонено. Второе заключалось в получении разрешения на возможность проведения консультаций со своими друзьями в Европе. В этом им также было отказано. Суть следующего сводилась к тому, что должно быть заключено кратковременное перемирие, но лорд Китчинер вновь заупрямился.

Предлагалось установить определённый период, в течение которого бюргеры должны были сделать свой окончательный выбор — сложить оружие или продолжить войну, которая могла их полностью уничтожить как нацию. Определённо не обещалось, но подразумевалось, что условия, которые Британское правительство согласно было предоставить, не будут кардинально отличаться от тех, которые буры проигнорировали год назад, после встречи в Мидделбурге.

15 мая в Вереенигинге открылась бурская конференция. Шестьдесят четыре делегата от полевых отрядов встретились с военными и политическими руководителями недавних республик, общее количество присутствовавших составило 150 человек. Не было в наше время более уникальной встречи. На ней присутствовал Бота — молодой юрист, который по странному повороту судьбы оказался командующим победоносной армией в великой войне. Там был Девет, с загорелым лицом и мрачной складкой у рта; присутствовал Деларей, с седеющей бородой и орлиными чертами лица. Там присутствовали и политические деятели: седобородый, добродушный и общительный Рейтц, немного более серьёзный, чем тогда, когда он относился «ко всему этому делу, как к одной большой шутке»; невезучий Стейн, идущий неуверенной походкой, — разбитый и разрушенный человек. Дородный Луис Мейер, смышлёный молодой Смэтс, только что после осады Окипа, Бейерс, прибывший с севера, Кемп — отважный кавалерийский командир, Мюллер — герой многих сражений — все эти и многие другие их товарищи, обожжённые солнцем, исхудавшие, с заострившимися чертами, собрались под огромным тентом Вереенинига. Обсуждения были жаркими и продолжительными. Но логика фактов была неумолима, и холодный спокойный голос здравого смысла имел больше силы, чем неистовство энтузиастов. Голосование показало, что значительное большинство делегатов выступали за капитуляцию на условиях, предложенных Британским правительством. 31 мая эта резолюция была доведена до сведения лорда Китчинера, и в половине одиннадцатого того же вечера делегаты прибыли в Преторию и поставили свои подписи под договором о мире. После двух лет и семи с половиной месяцев военных действий голландские республики неохотно согласились на свою ликвидацию и вся Южная Африка, от Кейптауна до Замбези, была присоединена к Британской империи. Великая борьба стоила нам двадцати тысяч жизней и сотни тысяч раненых, наряду с двумя сотнями миллионов фунтов. Но помимо мирной Южной Африки, она принесла нам национальное нравственное воскрешение и более тесную сплочённость с нашими великими колониями — то, чего невозможно было достичь никаким иным способом. Когда мы вступали в борьбу, мы надеялись, что являемся сильной Империей; когда мы вышли из неё — были в этом уверены. И в этом изменении заключена обширная компенсация за пролитую кровь и затраченные материальные средства.

Условия капитуляции вкратце состояли в следующем:

1. Бюргеры должны сложить оружие и признать себя подданными Эдуарда VII.

2. Все пленные, давшие клятву верности, должны быть освобождены.

3. Их свобода и собственность должны быть неприкосновенны.

4. Должна быть объявлена амнистия, за исключением специальных случаев.

5. Голландский язык должен быть разрешён в школах и судах.

6. Разрешается обладание зарегистрированным оружием.

7. Самоуправление должно быть установлено как можно скорее.

8. Туземцам предоставляется право участия в выборах только после установления самоуправления.

9. Земля не облагается никаким специальным налогом.

10. Должна быть оказана помощь людям в возвращении на собственные фермы.

11. Для оказания помощи фермерам должна быть выделена сумма в 3 миллиона фунтов стерлингов.

12. Мятежникам должно быть отказано в праве участия в выборах, их главари должны предстать перед судом при условии неприменения смертной казни.