Кристалл Хранителя (СИ) - Данилов Алексей - Страница 94

Пробираюсь мимо лекционных залов, заворачиваю за угол и тут меня хватает рука и прижимает к стене. Потребовалось усилие, чтобы не закричать. «Попался!» – мелькнула в голове обреченная мысль. Этот незнакомец, чьего лица я в темноте разглядеть не мог, подкараулил меня и поймал с поличным.

Тот приложил палец к губам и небрежно проронил:

– Все в порядке, это я.

– Какого хрена? – вполголоса возмутился я и ударил Димитра в плечо.

– Эй! Ты чего дерешься?

– Испугал меня! Думал, что это дежурные.

– Расслабься, ладно? – агент ордена Грифона огляделся по сторонам.

Я вздохнул:

– Хорошо. Чего ты хочешь, Димитр?

– Пришел просить ответную услугу.

Я поморщился, но в темноте собеседник этого не увидел. Ох! Как же я не люблю проклятое слово.

– Несложно догадаться, ты же следишь за мной ночью в университете, когда все остальные нормальные люди уже спят. Поэтому спрашиваю прямо – чего ты хочешь конкретно?

– Послезавтра в полдень на вокзал Марбурга приедут на поезде две девушки – рыжая и брюнетка с короткими волосами. Обе состоят в секте Lux Veritatis. Мы проследим за ними, затем выбьем информацию об их планах, а также получим сведения о живых тенях. Это поможет и моему делу, и твоему, Эван.

– Откуда у тебя такие данные?

– Не только твой орден обладает сетью доносчиков и информаторов, – с гордостью заявил он. – Мы давно идем по кровавому следу, и он привел нас в Марбург. Оденься неброско, нам предстоит незаметно передвигаться по городу, преследуя девушек.

– Похоже, у меня нет выбора.

– Это точно, – усмехнулся Димитр.

– Почему ты не обратишься в орден Грифона? – осведомился я шепотом. Казалось, что за углом кто-то наблюдает за нашим разговором, но это только уловки настороженного сознания и богатого воображения. Никого, кроме нас, не было в коридоре. – Твои коллеги с радостью пойдут навстречу в этом сложном деле.

– Я обратился к тебе, потому что ты мне должен, Эван, – раздраженно произнес он. – А что ты делал ночью в библиотеке?

– У всех свои секреты, – туманно высказался я, и собеседник понимающе склонил голову.

– Не хочешь говорить – не надо. Встретимся через день на вокзале.

Фигуру человека из союзного ордена поглотил мрак, и я остался один в пустом коридоре. Зачем же так внезапно выскакивать из-за угла? Не понимаю! Ясное дело, он поддерживает конспирацию, но к чему подстерегать в коридоре и хватать за свитер? Кто поймет грифонцев?

В любом случае у меня появилась новая зацепка, и я не намерен упустить ее! К тому же, появление в городе Lux Veritatis – дурной знак. Что-то назревает... И лучше бы мастер Орегато поскорее пришел в себя и раскрыл все карты.

Май выдался очень душным и жарким.

Солнце долго не покидало небосвод, перекатываясь лениво и беззаботно. Оно окрасило Марбург в оранжевые и желтые оттенки. Здания отбрасывали длинные тени, зато после заката в городе царила черная непроницаемая тьма. Ее рассеивали лишь уличные фонари, да светильники патрулирующей стражи.

В парках происходит бурное цветение орешника, листья клена обратились своими пластинками вверх, чтобы ловить теплые лучики и окрасились в самые разнообразные цвета. По стволам долбят шустрые дятлы с красными макушками. Прилетели жаворонки, и их трели перекликаются с криками грачей. Особенно птицы полюбили Гнездовища, наверное, чувствуют детей неба и воспринимают их, как близких родственников. Сочная зеленая трава выпрямилась и окрепла. Одуванчики раскрыли головки, и глаза рябило от обилия желтых точек, по которым весело шныряют полосатые пчелки и шмели.

Природа ожила. Вот это настоящая потрясающая весна!

С другой стороны, в душном воздухе ощущалась тревога. Город словно замер в ожидании беды. Жители радовались превосходной погоде, однако их манера держаться, жесты и беспокойные взгляды выдавали волнение.

Обуреваемый беспокойными раздумьями насчет приезда сектантов, я сидел на резной скамье, опершись на трость. По соседству расположился великан, поглядывающий на часы высокой башни. Каждый раз, когда сдвигалась минутная стрелка, он теребил одной рукой тряпичную панамку, а другой поглаживал стоящие на каменной плитке платформы сумки. Поезд, следующий по центральной железной дороге, из Гросс-Грейва в Гешле, по непонятным причинам задерживался. Я вспомнил свое прибытие в Марбург, тогда мы тоже опоздали, потому что живые тени хотели наделать во мне лишних дырок в окрестностях Хайвела. Ребята из Международного Сообщества Железнодорожников уже извинились по громкоговорителю за задержку и заверили, что поезд прибудет на станцию через пятнадцать минут.

Я надел шелковую рубашку, закатал рукава, а две расстегнутые верхние пуговицы обнажали шею и часть грудной клетки, на ногах темные штаны и мягкие бархатные туфли с застежками. Жители, покинувшие дома и знающие, что вернутся к вечеру, облачились в сарафаны, безрукавки и шорты, но я боялся, что мы провозимся допоздна, что грянет мороз и нужно к нему подготовиться.

Шона видно не было. Да разрази меня Нецис! Даже в мыслях продолжаю называть Димитра вымышленным именем. Наверное, чтобы легче было поддерживать конспирацию напарника. Я его заметил лишь раз, когда ступил на вокзальную площадь. Силуэт грифонца в белой элегантной тунике с капюшоном и в брюках прохаживался мимо местных магазинчиков, высматривая что-то для себя.

Заполненный людьми, шамолами, крылатыми визари, великанами и остроухими светлозарами вокзал находился в постоянном движении. Слышались жалобы детей, лай собаки и, наконец, раздался долгожданный свисток поезда. Все присутствующие подхватили вещи, мамаши подгоняли капризных дочерей ближе к краю платформы. Началась суматоха.

Сидевший рядом великан сжал багаж мощными пальцами и, шумно пыхтя, затопал вперед. Громкоговоритель призывал свериться с билетом и не толпиться на перроне во избежание несчастных случаев.

Пронзительный свисток приблизился. Наконец, вдали показалась огромная черная туша, грохочущая колесами и стальными шарнирами. Поезд величественно въехал на станцию Марбурга, замедлил ход и остановился. На перроне образовалась настоящая давка, мелькали билеты, ходили пересуды о террористах и возросших ценах на недвижимость.

Выкатились решетки ступенек, и из поезда повалил народ.

Я делал вид, что совершенно не заинтересован в происходящем, пристально осматривал ногти, щурился на ярком весеннем солнце и... наблюдал за двумя девушками. Брюнетка с короткими вьющимися волосами и рыжая, дамы хрупкие и невысокие. Все, как и описывал Димитр. Они отделились от общей массы, встали в сторонке, о чем-то тихо беседуя. Я не мог слышать их разговоров, а менять позицию пока не хотелось. В руках у рыжей был стильный кожаный чемоданчик, она сказала что-то еще и передала багаж подруге. Та воззрилась на девушку с выражением благоговейного ужаса и приняла увесистый чемодан без каких-либо пререканий. Затем представители Lux Veritatis двинулись в сторону города.

Легким движением я покинул скамейку и прогулочным шагом отправился за ними.

Одетые в цветастые платья, девушки привлекали много внимания. Мужчины заглядывались на изгибы их бедер, откровенный вырез у рыжей и полуоткрытую спину брюнетки. На привокзальной площади молодой парень присвистнул дамам вслед, рыжая обернулась и кокетливо подмигнула ему.

В итоге мы вступили на Главный Рынок.

Зазывалы просили оценить их товар, бегали дети, а я то и дело терял девушек среди многочисленных прохожих. Держался поодаль, не привлекая к себе внимания. Рыжая шла вперед, а брюнетка покорной тенью следовала сзади.

Шона я обнаружил идущим по параллельной улице.

Димитр спокойно прохаживался между рядов, останавливался возле лавок, примерил шляпу с полями, задержался, разглядывая ассортимент механических часов. Этакий прилежный гражданин, хорошо одетый и с прекрасными манерами. Но на самом деле грифонец не сводил глаз с двух девушек, особенно с рыжей. Она интересовала его намного больше брюнетки.