Кристалл Хранителя (СИ) - Данилов Алексей - Страница 91

Внезапно меня накрыло волной жара. Спина и плечи в один миг покрылись липким потом, волосы зашевелились на голове. Я испуганно вжался в постамент часовни, понимая, что соседнюю улицу накрыло мощное заклинание. Я осмелился выглянуть и обнаружил, что все враги, кроме живых теней и колдуна превратились в головешки, в кучку пепла, над которым дымилось оплавленное оружие.

Боевая магия не подействовала на живых теней. Те рассыпались за укрытия и продолжали отстреливаться.

Я обратил внимание на то, что с правого подступа подошли наши наемники и мастер О`Рэйли. Его голова представляла собой уродливый череп, обтянутый кожей. Видимо, заклинание выпило все силы из Красного Плаща, и шамол-наемник вместе с одним из деревенских увальней оттаскивали мага, чтобы он не стал легкой мишенью. Нас стало больше. Местные что-то кричали (из-за боя я временно потерял слух), поддерживали огнем, однако когда в руках колдуна засиял растущий на глазах бирюзовый диск, защитники деревни попрятались за заборами и деревьями. Как будто что-то из этого могло уберечь от гнева волшебника!

Мой револьвер щелкал и плевался искрами, когда я отстреливал живую тень. Краем глаза заметил, как вдоль дома маневрирует Велма.

Бирюзовый диск плавным движением был послан в сторону подступившей подмоги и, словно комета, врезался в забор, распылив на молекулы двух наемников. Заклинание достигло большого роскошного дома с соломенной крышей и поглотило его, обхватив лепестками хищного всеядного цветка.

Рукоять пистолета разбивает изнутри окно поместья Кристиана, затем из отверстия высовывается черное дуло. Бах! Бах! Это гаркнула пушка Вильяма, и подбиравшаяся к дому живая тень рассыпается жирными хлопьями, другого противника побеждает Арри, разнеся ему голову из ружья. Мы одолевали обидчика, но никак не могли справиться с невероятно сильным колдуном.

Тот снова взращивал смертоносный диск. Губы волшебника сосредоточенно поджаты, брови сведены вместе. А любая пуля, попадающая в его защиту, взрывается стальными каплями, не достигая цели.

Велма перебегала из одного укрытия в другое, и живая тень поймала женщину на мушку. Свистнувшая пуля попала ей под правую грудь. Перезаряжая револьвер, я успел заметить удивление и боль в ее глазах, в которых также отражалось пылающее зарево на западной стороне деревни.

– Не-е-ет! – услышал я возглас Вильяма.

Дуло пистолета качнулось и буквально изрешетило атакующего врага.

Колдун приближался к дому. По его довольной ухмылке, я понял, что тот сообразил, где мы прячем Орегато, и готовил новую атаку на поместье.

Велма лежала на земле. От ее лба, скул, бледных пальцев оттекла кровь, губы потеряли присущий пунцовый оттенок. Она пыталась шевелиться, но получалось плохо.

Из дома выскочил Вильям и с безрассудной храбростью, граничащей с глупостью, бросился к колдуну. Лицо его пылало праведным гневом.

– Это не поможет! – заорал я, но тот уже не слушал.

С вытянутым пистолетом агент ордена Меча и Короны шел к вражескому волшебнику. Колесцовый замок на оружии щелкал и автоматически прокручивался при стрельбе, но пули врезались в невидимое «толстое стекло».

Повинуясь внезапному порыву, я отбросил трость, вскочил с места и ринулся к колдуну, стараясь не думать о том, что сделает со мной бирюзовый диск, сияющий между ладоней противника. Он как раз проходил мимо часовни, так что в два счета я оказался рядом, активировал Воздушный Молот и всадил весь заряд в противника. Дрожащее размытое пятно грозного артефакта врезалось в защитную ауру и... уничтожило ее. Невидимая преграда озарилась мрачным зеленым светом и лопнула, отбросив меня и Вильяма на несколько ярдов. Близнец кувырнулся пару раз, но, в отличие от меня оружие не выпустил из рук. Не успел колдун ничего понять, как агент выстрелил ему трижды в грудь. Белоснежный хитон окропили пятна крови. Волшебник непонимающе воззрился на свою одежду. Последняя пуля развернула мужчину в мою сторону и тот неосознанно, наверное, уже на пороге своей смерти, сделал движение пальцами, посылая в меня бирюзовый диск. Кажется, я закричал. Перед глазами полыхнула оранжевая вспышка, и заклинание колдуна отлетело прямо к поместью, однако из-за неточной корректировки, диск врезался не в фасад, а в боковую часть дома, снося начисто весь торец.

Раздался протяжный вопль.

Из образовавшегося проема с рваными краями, вызвавшего ассоциацию с распахнутой пастью монстра, выпал мастер Орегато. Одна его рука отсутствовала, а культя заливала водопадами крови сырую землю.

Последний бирюзовый диск ослепительной вспышкой на горизонте взорвался где-то над морем. Проклятье! Мастер Харраген во второй раз спас меня от смерти, однако под удар попал ценный пленник. Подбежавший Красный Плащ застыл с выражением полной растерянности. Я же не упускал ни одной секунды, поднялся и побежал к мастеру Орегато, в то время как Вильям кинулся помогать сестре. На ходу я стянул брючный ремень, упал на колени рядом с магом. Удивительно, но тот еще находился в сознании. Из ужасной раны кровь хлестала алой пульсирующей струей. С каждым мгновением из мастера Орегато утекала жизнь, белки глаз прорезала сеть лопнувших сосудов, он вцепился уцелевшей рукой в мое плечо и сухими губами прошептал:

– Помоги...

– Заткнись! – взревел я.

Подхватил его культю и обмотал ремнем, затем продел в петлю и затянул так крепко, что мастер Орегато издал тихое: «Ох», и закрыл глаза.

– Ты не умрешь, сука!

Крови было так много, что под нами образовалось целое озеро, в котором я утопал по самые колени.

– Ты не умрешь!

Бледная тень смерти уже пометила лицо мага. Пусть мне удалось остановить кровотечение, я не мог спасти раненого.

– Орегато, очни-и-и-ись! Врач! Здесь есть вра-а-а-ач?!

Мой крик вознесся к небесам, и в ответ на него посыпался пепел. Жирные, серые, горькие хлопья падали вниз в эту страшную долгую ночь. Больше не раздавались выстрелы, были слышны лишь стоны раненых, да крики бойцов, потерявших своих близких. В воздухе ощущались запахи гари и слабеющий – озона.

Кажется, я плакал. Слезы стекали по грязным щекам, оставляя светлые полоски. Отчаяние и бессилие незримыми путами разрывали сердце.

Вильям запрокинул сестре голову и приложил ухо к ее груди, чтобы послушать сердце. Рядом возник Арри, что-то спросил у близнеца, и тот раздраженно рявкнул на великана. Наемник поспешил уйти в поместье. За время его отсутствия Вильям слегка повернул Велме голову, чтобы та могла дышать свободнее. Женщина потеряла сознание. Агент осмотрел место ранения, достал нож, вспорол одежду на торсе и разорвал эти залитые кровью лохмотья. Показалось совсем небольшое отверстие с обожженными краями прямо под правой грудью. Вернулся Арри с какими-то тряпками, Вильям вырвал их из рук здоровяка и принялся тампонировать рану. Когда ткань полностью забила отверстие, он развернул простынь, сложил вчетверо, сделав лоскут, и бережно перевязал рану. Он что-то кричал, наверное, от бессилия. Восковое лицо Велмы выглядело умиротворенно. Ее можно было посчитать умершей, но я видел едва заметное трепетание ноздрей.

Ко мне подбежал мастер Харраген. Он пришел в себя от шока и теперь оттолкнул меня в сторону, положив ладони на грудь мастера Орегато.

– Он мертв, – пробормотал я.

Красный Плащ не ответил, только отчаянно давил на неподвижную грудь, и из-под его ладоней вырывались сгустки изумрудного пламени, похожие на огонь некромантии. «Необходимо понять смерть, чтобы научиться спасать жизнь», – вспомнились слова Кира. И я подумал о том, что если его некромантия и волшебство лечения имеют схожий цвет, то, может быть, мой близкий товарищ и прав.

Мастер Орегато резко выдохнул. Это далось ему нелегко, раненый пленник так и не пришел в сознание. Я коснулся артерии на его шее. Пульс слабый, нитевидный.

– Жить будет, – констатировал мастер Харраген. – Но когда он очнется, я не знаю.

– Это лучше, чем ничего.

– Эван.

Я вздрогнул от звука собственного имени.