Черный день. Книги 1-8 (СИ) - Доронин Алексей Алексеевич - Страница 154

— Стоим, — распорядился Богданов. — Пойдем на переговоры. Макс, Дэн, Артем, без вас никак.

Он проверил свой «стечкин»: на этот раз перед ними были не безобидные шоферы. В кармане разгрузки лежал еще один пистолет — не для стрельбы по-македонски, а для обмена или уплаты пошлины. Его спутники тоже вооружились. Остальные прикрывали. Автоматы и «тигр», который издали не отличишь от «Калашникова», сознательно держались на виду.

Случайно или нет, тяжелый асфальтоукладчик, два катка и прицеп-цистерна — видимо, с битумом — встали так, что перегородили дорогу, оставив два узких просвета. Проехать легковушка могла, но с риском поцарапать борта.

На разделительной полосе горел костер в железной бочке. Еще один огонек, поменьше, в котором угадывался мангал, мерцал рядом с вагончиками-бытовками. Между ними сновало множество фигур. Доносились гогот, разноязыкая речь и мат. Запах гудрона мешался с аппетитным ароматом жарящегося мяса.

Когда четверо выживальщиков преодолели половину расстояния до «заслона», какой-то шайтан в оранжевом жилете вскочил с бордюра и замахал руками, тараторя по-своему. От его воплей поднялись еще шестеро; у троих Богданов заметил ружья. «Пираты Карибского моря, ёпрст», — подумал он, глядя на пеструю бандану. С ума сойти: полдня не прошло, а уже так оборзели. Мясо понятно, откуда — тут стада гоняют. А ружья? У деревенских подрезали?

Тридцать черных то ли от природы, то ли от пыли и гари работяг напряженно следили за гостями. Но с места никто не двинулся. Если у них и были нехорошие намерения, то гастарбайтеры их забыли, когда увидели, что новоприбывших много и те тоже вооружены.

Вперед вышел хмурый усатый мужик лет под сорок славянской наружности. Карманов на его жилете было не меньше, чем на штормовке Богданова.

— Здравствуйте, — вежливо приветствовал его Владимир. — Можно проехать?

Человек, наверняка бригадир, посмотрел на него изучающее.

— Проезжайте, — наконец выдавил он. — Кто держит?

— Ну, тогда отгоните с дороги это корыто. А то поцарапаем, не дай бог.

— Не вопрос… Абдула! — крикнул он типу в бандане. — Откати драндулет.

Чернявый запрыгнул в открытую кабину асфальтоукладчика, взялся за рычаги, и тот с ревом, выбрасывая клубы дыма, медленно покатился к обочине.

— Вы кто такие, мужики? — спросил Владимир, пока железная махина медленно, как улитка, ползла по дороге.

— Работаем. По подряду, — флегматично ответил бригадир.

— А ружья?

— От бандитов.

— Ясно, — хмыкнул Богданов. Хотя ни хрена ему ясно не было: ружья, то ли чтобы отбиваться от лихих людей, то ли у самих лихих людей отнятые. — Вы в курсе, что произошло?

— В курсе, — с тем же лаконизмом ответил мужик. — Служил.

— Почему тогда не шевелитесь?

— А куда?

Сурвайвер понял, что против этой логики не попрешь, и хотел уже откланяться, но тут его взгляд упал на два ГАЗа-66 с кунгами, припаркованных на площадке у дороги. Гулять, так гулять.

— Откуда транспорт?

— Дык… муниципальный.

— Понятно. Слышь, земляк, у меня предложение на миллион баксов.

— Хочешь «шишиги»?

— Ага. Твои орлы против не будут, если мы махнемся не глядя?

— Они не мои, я у них вроде замполита. Слушаются они своего основного.

— Ладно, — вздохнул Богданов. — Зови сюда этого главного. Перетрем.

Через десять минут группа разжилась двумя уникальными вездеходами, которые по недоразумению относились к классу грузовиков. Владимир не сомневался, что в новом мире без дорог их проходимость сослужит выживальщикам хорошую службу. Отдать пришлось новый блестящий «гранд чероки», сто тысяч рублей и две канистры спирта.

«Полупаркетник» Артема Богданов выбрал предметом бартера как самый пижонистый. У остальных машины были рабочими лошадками, а «чероки» сиял новым тюнингом. На водительской дверце была нарисована фигура оскалившегося вепря. Ну, просто мечта гопника. Или негра. Чем не тачка для главаря новообразованной банды?

— Накинь еще какой-нибудь ствол для меня, — попросил бригадир, выступавший в роли посредника, когда переговоры были закончены.

— Застрелишься? — испытующе посмотрел на него Богданов.

— Как масть пойдет.

— Ладно, держи. — Владимир протянул ему ТТ китайской сборки из «обменного фонда».

Бригадир выщелкнул обойму, проверил патроны.

— Семья у меня в Москве… была, — проговорил он. — К теще ездили. Слыхал по радио… Это везде так?

Вон оно что. Ясно, отчего с виду неслабый мужик выглядит таким раздавленным.

— Везде, — подтвердил главный сурвайвер. Больше он ничего сказать ему не мог.

Снова пошел дождь… Но народ тут про радиоактивные осадки не слышал и только прикрыл мангал самодельным навесом. Забрав грузовики, параноики продолжили свой путь, покинув лагерь работников с большой дороги.

А Владимиру еще предстоял нелегкий разговор с хозяином «широкого джипа». Слава богу, тот не стал устраивать разборок при чужих.

— Ты что, забыл, Артем? У нас теперь все общее. Понадобится, и свой «патруль» отдам. У твоего-то джипа только понты, а проходимость так себе. Помнишь, сколько раз тебя лебедкой из говна вытаскивали?

Назад решили поехать другим путем. Застрявшие на дороге запросто могут сообразить, что странный кортеж возвращается с добычей.

До того как стемнело окончательно, они целый час наблюдали диковинную иллюминацию. Небеса пылали, словно расцвеченные новогодним салютом. Владимир знал, что эта адская радуга вызвана преломлением солнечного света в солях выброшенных высоко в стратосферу частиц пепла. На такой высоте ветер фигачит со скоростью гоночного автомобиля, поэтому иллюминацию скоро смогут увидеть даже там, где войны не было. Успокаивало то, что с такой высоты радиоактивный дождик не прольется. Или не успокаивало?

На часах было без четверти девять, но темно стало, хоть глаз выколи. Фары освещали безлюдное шоссе… То есть шоссе казалось безлюдным, но Богданов был уверен, что люди никуда не делись от своих автомобилей. Иллюзия была бы полной, если бы не мелькали за стеклами светлячки фонарей и не горели нечастые костры, где сжались, сбившись в кучки, застигнутые темнотой вдали от дома люди. Аварийные знаки никто не выставлял, да и освещение салона мало у кого горело.

Редко-редко проносились мимо счастливцы, чьи машины благополучно пережили импульс. Встречных было того меньше. Все спешили добраться до Черепанова, даже если ни у кого там не было родственников или знакомых. Люди могли не знать про войну, но чувствовали — случилось что-то очень плохое.

Набухшие влагой облака сплошной стеной катили с запада. На высоте двух-трех километров вокруг частиц измельченного грунта, поднятых в воздух взрывной волной, активно конденсировалась влага… Авангард — вырвавшиеся вперед тучки необычно правильной формы — то и дело выливали свое содержимое на землю, и тогда дворники принимались за работу, размазывая по стеклу мутные потеки. «Не позже чем через час, — подумал Богданов, — до райцентра доберется весь фронт. И люди, если не бараны, на улицы носа не высунут».

Через сорок минут выживальщики добрались до райцентра и разделились. Один внедорожник отправился на станцию техобслуживания и АЗС. В машине поехали трое — на заправке вполне можно встретить сопротивление: насколько ценным станет топливо в изменившемся мире, многие явно уже поняли. Идеальным вариантом было бы захватить бензовоз.

Не доезжая двух километров до города, оставшиеся растянулись так, чтобы расстояние между машинами было не меньше сотни метров. Иначе колонна выглядела бы подозрительно не только для милиционеров, но и для любого обывателя, а будоражить народ раньше времени было не с руки. Рация из-за помех работала через раз, но свет фар позволял сурвайверам выдерживать дистанцию. Впереди ехал УАЗ Макса — передовой дозор. Дальше двигался богдановский «патруль», игравший роль КШМ,[26] за ним — остальные, грузовики — в середине.