Черный день. Книги 1-8 (СИ) - Доронин Алексей Алексеевич - Страница 153

Не повезло. Груз был таким же бесполезным, как и машины. Окажись товар поценнее, можно было бы произвести обмен на предметы выживания, которых в Гнезде завались.

А может, наоборот, повезло. Были б фуры под завязку набиты продуктами, кто стал бы церемониться с этими гавриками? Попросили бы поделиться по-хорошему, а при отказе — по-плохому. Правда, дальнобойщики народ тертый, минимум двое были вооружены помпами — вон как напряглись, когда он остановился рядом. Но на стороне сурвайверов десятикратный перевес по огневой мощи и полная незамутненность сознания. Они уже вели и ощущали себя как на территории врага.

Ладно, ну их в баню, пусть живут… Эти бедолаги ничего не понимали и гадали теперь, как могли одновременно выйти из строя две новые импортные фуры. Владимир не стал тратить времени на разъяснения, ограничившись парой слов про войну. Он подозревал, что большинство, застигнутых катастрофой на шоссе, о ней не знали. Опережая готовые посыпаться на него вопросы, Богданов извинился, откланялся и вернулся к машине. Никто не обязывал его заниматься просвещением.

Двинулись дальше. Проблема логистики по-прежнему ждала решения.

На обочине дороги, к которой почти вплотную подступали посадки лиственниц, стоял мужик в поношенной штормовке и с рюкзаком. То ли грибник, то ли рыбак… Нет, судя по чехлу за спиной — охотник. Правда, охота явно была неудачной, и пустой рюкзак уныло болтался за плечами.

Когда из-за поворота показался старый тентованный КамАЗ, мужик отчаянно замахал рукой. Но, вместо того чтоб остановиться, водитель прибавил газу.

В кабине сидели двое, у них не было причин бояться одинокого попутчика. Раньше не было. Похоже, они что-то знали. Или догадывались.

— Вот суки. Шмальнуть бы вдогонку. — Человек поправил чехол за спиной.

Для «тигра» с оптикой разделявшие стрелка и удалявшийся грузовик двести метров были рабочей дистанцией, а стрелять бывший сержант разведроты умел.

— Успеешь еще, Макс, — осадил товарища Богданов, выходя из-за дерева. — Разбойник, блин, с большой дороги. Пока можно, действуем миром. Успеем пострелять.

На обочину дороги вышли еще пять или шесть «грибников». Двое с автоматами, один с ручным пулеметом.

— Жека, — подозвал Владимир бывшего менеджера по продажам. — У тебя репа интеллигентная, поймай нам транспорт… Хотя нет, погоди, есть идея получше. Макс, Дэн, со мной. Остальные езжайте вперед и ждите нас у поворота на Черепаново. Сейчас разживемся колесами.

Удача улыбнулась через пять минут, после того как они пропустили мимо два старых «жигуленка», реликтовый «форд» и мотоцикл с коляской.

Они ждали на отрезке дороги, который изгибался петлей, заставляя снижать скорость. Рядом с УАЗом защитного цвета на обочине расположились трое в камуфляже, издали неотличимом от общевойскового, освещенные лучом закрепленного на капоте прожектора. Тот, что стоял впереди, носил оранжевый берет вроде эмчеэсовского, а на поясе — кобуру. Двое других были вооружены легко узнаваемыми «семьдесят четвертыми» — у одного автомат висел на ремне за спиной, другой держал «калаш» в руках, вниз стволом.

Когда из-за поворота показались огоньки фар, стоящий впереди властно взмахнул рукой с фонарем. КамАЗ остановился, не доезжая десяти метров до поста. Решительной походкой «оранжевый берет» и один из автоматчиков подошли к нему. В кабине сидел молодой пацан в кепке, похожий на классического пэтэушника.

«Щегол», — сразу понял Владимир. Все, что произошло дальше, было чистой импровизацией.

— Старший прапорщик Богданов, войска ГО. — Владимир сунул ошалевшему шоферу под нос красную корочку своего военного билета, не давая прочесть. — Транспорт реквизируется для проведения эвакуации.

Кобура и форма из магазина спорттоваров были красноречивее документа, не говоря об автоматах. Корочки превращали банальный грабеж в законную реквизицию.

Все прошло как по маслу. Водитель слабо ерепенился, но до тех пор, пока Богданов не напомнил об ответственности за неподчинение органам власти при военном положении. После этого шофер выпрыгнул из кабины и поспешно отошел от машины, будто она горела.

— Хоть расписку выдайте, — попросил он, заикаясь и косясь на оружие. — Хозяин шкуру спустит.

Вид у него был пришибленный. Еще бы, не каждый день узнаешь про ядерную войну. Матерясь про себя из-за задержки («Проще было дать тебе прикладом по мозгам»), Богданов с серьезным видом накарябал на листке бумаги текст «документа», поставил подпись, дату. Надо было отыгрывать шоу до конца.

— Компенсацию получать в комендатуре района. После отмены. Теперь что касается тебя лично. Отношение к воинской службе?

Парень на мгновение замялся, как любой штатский, слыша этот вопрос. Наверно, так и подмывало ответить: «Отрицательное».

— Освобожден я, — проговорил он, наконец.

— Не понял?

— Группа Д. Сердце.

— Во народ. — Богданов переглянулся с автоматчиком. — Эту дуру, значит, водить можно, а служить ни-ни. Шуруй отсюда, у нас пока план по мобилизации закрыт. Борис, в кабину.

Его товарищ, который на самом деле отслужил срочную пять лет назад, быстро занял место водителя грузовика. Оставив шофера в прострации на опушке леса, они тронулись в путь. В километре от места экспроприации Владимир переместился из неудобного УАЗа в свой «патруль», на заднее сиденье.

— Я в ауте, — обернулся сидящий за рулем Дэн (его собственное авто железным хламом стояло в гараже Гнезда). — Ариец… командир, ты во ВГИК не пробовал поступать?

— Была мыслишка. — Владимир водил карандашом по карте района. — Да подумал, по конкурсу не пройду. Поехали, че рты разинули? Смелость города берет.

Грузовик шел порожняком, и им не пришлось выкидывать на дорогу ненужный груз (конечно, лучше бы он был нужным). Кузов оказался грязным, там возили то ли асбест, то ли строительную смесь, но цель группы стерильности не требовала.

Больше они решили «реквизиций» не проводить — был риск нарваться не на лоха, который мог навести на подозрительных «гэошников» настоящих военных. Одного грузовика худо-бедно хватит.

Через двадцать минут на таком же безлюдном участке дороги судьба послала им навстречу ЗИЛ-наливник.[25] Прижать его к обочине было плевым делом. Водитель ЗИЛа оказался старше и опытнее, и маскарад его не убедил. Как назло, он был не наемной рабсилой, а сам себе хозяином. Ошибка мужика была в том, что он не оценил всю сложность ситуации. Пришлось действовать грубо: дать ему по сопатке, связать и бросить на опушке. Жить захочет — развяжется.

Бензовоз был полон дизельного топлива — огромная удача, ведь и генератор, и треть их автомобилей потребляли именно солярку.

— Сколько у нас на кармане? — спросил Владимир казначея, когда автопоезд снова тронулся в путь. Заправщик с верным камрадом отправился в Гнездо.

— Триста двадцать с копейками, — ответил тот. Естественно, речь шла о тысячах.

— Неслабо. — Богданов отметил, что многие захватили с собой свободную наличность.

Значит, восприняли всерьез его прогноз. Это поможет решить часть вопросов без стрельбы и мордобоя: многие люди еще верили в деньги, слишком сильна инерция мышления. Везде, где возможно, они постараются обойтись без насилия.

Но спокойно доехать до города им не дали.

— Впереди дорожные работы, — зашипела рация минут через пять, — обе полосы раздраконили, дорогу техникой перегородили. Народу вокруг до хрена.

Голос Макса, который теперь ехал первым, был, как всегда, спокоен, но Богданов знал, что по пустякам тот не стал бы его тревожить. Ситуация заставляла нервничать самого Владимира. Единственная нормальная дорога, по которой они могли добраться до цели, перегорожена. Объезд займет часа три, и еще неизвестно, кто встретится на окольном пути.

Когда они проезжали тут в прошлый раз, работы только начинались, но рабочих согнали сюда видимо-невидимо — похоже, сроки поджимали. Чего теперь ожидать от толпы гастарбайтеров и русских маргиналов, он не знал.