Как уехать в Дубай и остаться там. Невымышленные истории иностранки в ОАЭ - Мустафина Алина - Страница 52

ПРИМЕЧАНИЕ

ЗА ВЫСШИМ ОБРАЗОВАНИЕМ ЕХАТЬ В ЭМИРАТЫ НЕ СОВЕТУЮ. НО ЕСЛИ ВЫ УЖЕ ЗДЕСЬ ИЛИ СОБИРАЕТЕСЬ ТУТ ОБОСНОВАТЬСЯ – ДРУГОЕ ДЕЛО. ОБУЧЕНИЕ, НОВЫЕ ЗНАКОМСТВА, ЗНАНИЕ РЕГИОНА ПОМОГУТ В ПОИСКАХ РАБОТЫ. НО, С ДРУГОЙ СТОРОНЫ, С ТАКИМ ЖЕ УСПЕХОМ МОЖНО ОТУЧИТЬСЯ В ГОЛОВНЫХ УНИВЕРСИТЕТАХ И, ЕСЛИ ЕСТЬ ЖЕЛАНИЕ, ПРИЕХАТЬ В ДУБАЙ И НАЙТИ ЗДЕСЬ РАБОТУ. ПРАВДА, ПОСТУПИТЬ В ЭМИРАТСКИЕ ВУЗЫ ПРОЩЕ: ПРОХОДНЫЕ БАЛЛЫ ПО ЯЗЫКОВЫМ ЭКЗАМЕНАМ НЕ ОЧЕНЬ ВЫСОКИЕ, ДАЛЕКО НЕ ВЕЗДЕ НЕОБХОДИМА СДАЧА GMAT.

Goodbye, Дубай

Дубайские резиденты много путешествуют. Летом – чтобы сбежать от дубайской жары в 50 градусов, зимой – посмотреть на настоящий снег, осенью и весной – провести время где-нибудь вдали от пустыни. Благо, что географическое положение Дубая и наличие огромного международного аэропорта делают город удобным для путешествий практически в любую точку планеты. Вот мы с Эмре и старались как минимум два раза в год открывать города Азии и Европы: покоряли Гималаи, смотрели на китов в Индийском океане, бродили по малайзийским джунглям, катались на сноубордах в европейских Альпах. Отправились мы как-то в готическую Прагу. Это было еще до работы в журнале и учебы в New York Film Academy…

Я хотела получить новую специальность, связанную с моей профессией, но не требующую отличного писательского навыка на неродном мне английском языке. Около года я гадала: «Кем быть?» Даже подала документы в Канаду и в филиал австралийского университета в Дубае. Меня приняли в оба места, но я все колебалась: оставить мужа на год и рвануть в Северную Америку учиться на пиар-специалиста или получить степень магистра маркетинга в Эмиратах… И вот стоим мы с Эмре на пражском Карловом мосту и поддаемся общему намерению загадать желание под фигурой Яна Непомуцкого[25]. Прижались руками к изрядно натертому туристами барельефу и бормочем каждый свое. Я шептала, глядя в бронзовые глаза мученика, что желаю понять, чего хочу на самом деле, и принять лучшее решение. Эмре тоже что-то говорил, периодически поглядывая на небо. А через пару дней как бы между делом заявил:

– Знаешь, я тут пилотом решил стать!

– А я в оперные дивы пойду, – посмеялась я.

Думала, пройдет у него эта блажь: семь лет опыта работы инженером в четырех странах, неплохая зарплата и должность. Но пражское небо окончательно помутило ему рассудок, он, оказывается, посмотрел на него и понял, что хочет летать. Его утомила монотонная и грязная стройка, пусть даже и пятизвездочного отеля на пальмовых островах. В то время как многие дубайские резиденты по утрам пьют кофе, читая новостные ленты и перешучиваясь с коллегами в уютных офисах, инженеры на стройках наматывают километры по периметру, поднимая пыль, и срываются на крик, подзывая прорабов.

Когда я поняла, что он это серьезно, назвала мужа эгоистом и ушла спать на диван, обиженно укрывшись колючим одеялом. У меня были свои девичьи планы на наши накопления: купить жилье, родить детей, в общем, обычный сценарий постсоветской девушки, перед которой маячит тридцатилетие… Помирились мы с Эмре дня через три, когда он спросил меня в лоб: «Хочешь мужа, который ненавидит свою работу, пусть даже и получая за нее неплохие деньги? Или тебе больше по душе супруг, который будет любить свое дело, но зарабатывать начнет не сразу, а, скажем, года через три? Правда, придется снова пожить по-студенчески, снимать комнаты, делить ванную и кухню с другими людьми, забыть про рестораны, бутики, маникюры и эпиляцию в салонах…» Несмотря на все эти пугающие подробности, ответ был для меня очевиден – несчастный муж не сделает меня счастливой. И я покорилась.

Еще год мы копили деньги, лелея мечту о мечте. Я устроилась в журнал и тоже смогла вносить скромный вклад в бюджет нашего проекта, кроме того, у меня на счету уже лежала внушительная сумма, накопленная на промоушенах в Dubai Duty Free.

Возникали у Эмре и мысли о капитуляции: «Слушай, может, я погорячился?» Но тогда я возвращала его с земли на небеса. Кстати, я и сама за это время поняла, чего хочу (Ян Непомуцкий исполнял и мое желание): выучиться на режиссера. Я давно об этом думала, но страхи «А как я работу найду?», «В режиссеры идут только гении», «У меня уже есть профессия, раньше надо было думать» меня останавливали. Муж вдохновил своим примером, а учеба в NYFA помогла убедиться в правильности моего решения. Я приняла эти «знаки судьбы» и принялась за поиски киношного учебного заведения.

Как я уже писала, Дубай – это шанс, лотерея, в которой может попасться либо счастливый билетик, либо пустой. Считаю, что нам повезло, билет был выигрышным. Прожив в Дубае почти четыре года, мы с мужем взяли накопленное и отправились за мечтой, на которую всегда не хватало времени, денег и веры в себя. Мне было чуть больше 27 лет, Эмре 31, мы решили: сейчас или никогда, – и не дали зыбучим дубайским пескам засосать нас в рутину зарабатывания и накопления денег. Друзья, знакомые, родственники крутили пальцем у виска: «Бросать работу в кризис? Потратить все деньги? А не поздно ли в вашем возрасте?» Правда, были и единомышленники, которые, как и мы, были убеждены, что, кроме денег, мы ничего не теряем, а их всегда можно заработать.

Мы долго выбирали страну, чтобы в ней были недорогая летная школа и бюджетная киноакадемия. В качестве вариантов рассматривали Америку, Италию, Турцию, Чехию и… Испанию. На последней мы и остановились, чтобы не только получить образование, но и выучить испанский язык, более востребованный, чем итальянский или чешский. Мы выбрали небольшой городок в испанской Каталонии, именно там оказалась одна из самых недорогих летных школ в Европе. Хорошая киноакадемия была от нее в полутора часах езды на электричке в Барселоне. Правда, киношкол на английском языке не нашлось, пришлось мне овладеть испанским за… полгода. С утра до поздней ночи я корпела над упражнениями, смотрела мексиканский сериал про наркобароншу на языке оригинала, искала испанцев, желающих практиковать английский взамен кастильского, и нагло напрашивалась им в друзья. Думала, если смогу окончить магистратуру, понимать и объясняться с преподавателями и одноклассниками, то совершу личный подвиг. В успех верилось с большим трудом, но каким-то волшебным образом все получилось.

Живя в Барселоне, мы иногда путешествовали по Испании, по-студенчески останавливаясь у незнакомых людей благодаря каучсерфингу, снимали комнаты в коммуналках, передвигались на велосипеде, метро и экономили на всем, на чем могли. Наша новая жизнь кардинально отличалась от дубайской, мы забыли о ресторанах, удобных автомобилях, обнаружили, что McDonald’s – это дорого, а кофе в Starbucks – очень дорого. Конечно, мы скучали по чувству уверенности в завтрашнем дне, ежемесячной зарплате, путешествиям с комфортом и шопингу, потому что «захотелось», а не «носить нечего». Но зато у нас появились другие увлечения, друзья, ценности и знания.

Каждая из этих наших жизней (эмиратская и европейская) была по-своему удивительной и яркой. Во время публикации первого издания книги мы жили в Турции, в городе, где Европа встречается с Азией, растили двоих сыновей, одного из которых я привезла под сердцем из Испании, Эмре устроился пилотом в Турецкие Авиалинии, а я сняла наконец свой первый нестуденческий короткометражный фильм. Проект «Мечты сбываются» занял у нас три года (два года – обучение, год – поиски работы). Редактирую это издание книги я из столицы другой ближневосточной страны – Катара, города Доха, куда мы переехали после пяти лет турецкой жизни. Сейчас мы всего в семи часах езды от города, где все начиналось, – Дубая.

Эмре летает по всему миру в Qatar Airways и иногда берет меня с детьми на борт. Периодически мы навещаем друзей в Эмиратах и вспоминаем, как все начиналось. Со всеми героями книги я на связи, так что всегда в курсе их новостей. Где бы мы ни были, Дубай останется с нами навсегда. Ведь именно благодаря этому городу мы смогли понять, чего хотим, поверить в свои силы и добиться этого. Дубай помог нам вырасти, созреть и рискнуть, и мы никогда не жалели о сделанном выборе. Возможно, когда-нибудь мы туда вернемся. Поживем – увидим.