Анархист (СИ) - Ежов Сергей - Страница 75

Отсюда вывод: уничтожив предприятия по производству мясной и растительной пищи, мы не только приблизим победу, но и сохраним миллионы жизней, в том числе и европейцев.

[1]КУНГ — Кузов универсальный нормальных габаритов.

[2]АДД — авиация дальнего действия — род сил авиации в военно-воздушных силах СССР центрального подчинения.

Глава 29

— Мюнхен мы обошли по дуге. — сообщил штурман — Подходим к Аугсбургу, искать велено здесь. Обещали дать сигнал по радио, но это рискованно: тут большой авиазавод по производству истребителей, Мессершмиттов. Так что за безопасностью здесь следят, как следует.

— Это понятно. — вздохнул Антон — Попробую рассмотреть без наводки.

А если серьёзно, то чем отличается микробиологическое производство от окружающего ландшафта? Ну, здания... Зданий здесь в достатке: богатый, обихоженный край. С дорогами тоже полный порядок. Металла микробиологи используют немного: на авиазаводе металла на порядок больше.

Сооружения... Желательно необычные...

Есть! Очистные сооружения должны быть непременно.

Какие-то два часа планомерных поисков, и Антон увидел то, что искал: очистные сооружения, скопированные с типовых наших.

— Дима! — позвал он штурмана — Мы нашли то, что искали!

— Ну-ка, ну-ка! — встрепенулся тот.

— Вон, смотри, круглые такие сооружения, наполненные водой, а поперёк каждого — железный мостик.

— Вижу!

— Это аэротенки. Важнейший элемент системы. После полёта, если будет интересно, я расскажу подробнее. А пока фотографируй и слушай: котельную ты и так видишь.

— Угу.

— Небольшое высокое здание рядом это главная насосная станция. Без неё тут вообще ничего работать не будет. Электроподстанцию определил?

— Определил.

— Тогда едем дальше: вон фильтры первичной очистки, дальше мы видим, те, что у забора, пруды сброса. По сути это просто бронированные канавы, не тратьте на них усилий. А вот что важно: вон те здания — это уже цеха предприятия, там стоят автоклавы с биомассой. Судя по размерам, это очень серьёзное заведение. Очень. И цехов мы видим целых шесть. Это очень много. Рядом мы видим административный корпус, судя по всему, главная баклаборатория расположена в этом же здании. Одним махом можно уничтожить и лабораторию, и сотрудников, а главное — эталонные культуры и документацию. Зажигалок не жалейте, ребята.

— Вижу, здесь разобрались? — подал голос пилот.

— Разобрались.

— Тогда поехали в Вюртемберг. Штурманец, напомни, как там название, смешное такое.

— Мюхленхуйли.

— Ха-ха-ха! И хотел бы, да не забудешь! Вот ведь варвары, даже названия деревень у них ругательные!

Самолёт совершил плавный доворот на новый курс и направился на северо-запад. До следующего объекта разведки меньше полутора сотен километров, но спокойно их преодолеть не дали.

— Командир! — раздался голос — Верхний башенный стрелок. За нами погоня.

— Как увидел? — спокойно отозвался пилот

— Он неосторожный. Вылез на диск Луны.

— Возьмёшь?

— Даже не волнуйтесь.

— Товарищ пассажир, прошу посмотреть на заднюю полусферу. Сейчас наш Сергей Викентьевич покажет, чему научился у вас. Экипаж, все болеем за товарища старшину.

Пара немецких ночных охотников, вызванных радарами ПВО, догоняли одиночный разведчик, и, наверное, уже предвкушали вполне заслуженную победу...

— Командир, они вышли на позицию. Скольжение вправо!

Самолёт, не изменяя скорости и общего направления слегка, почти незаметно, прянул вправо, и огненные шнуры пушечной и пулемётной очередей прошли мимо него. Зато снаряды из верхней установки устремились и попали куда надо: передний истребитель вспух огнём, перевернулся и беспорядочно повалился вниз. Ведомый пары охотников попытался уйти вниз, но там его ждал стрелок нижней установки, получивший целеуказание от верхнего:

— Пошел к тебе, три пальца дальше правой шайбы.

Длинная, снарядов на десять, очередь, и второй охотник повалился к земле.

— Сергей Викентьевич, Иван Иванович, от лица службы объявляю благодарность! — торжественно сказал командир.

— Служим трудовому народу!

— Так и воюем, Антон Петрович. — с гордостью отметил пилот — Помогает друг другу, подсказываем, заранее продумываем оборонительные маневры, всякие приметы для целеуказания друг другу. Иван Иванович, по наводке Сергея Викентьевича, довернул свою артустановку и приготовился открыть огонь. Фашист влетел прямо в створ, осталось только нажать на гашетку. Бывало и наоборот, когда цель идёт не сверху вниз, а снизу вверх.

Мюхленхуйли оказался не отдельным поселением, а частью ненамного более крупной деревни Хоэнберг. Очень удачно получилось, что штурман самостоятельно отметил очистные сооружения впереди-слева по курсу, всё было отлично видно, и доворачивать не пришлось. Пусть немцы думают, что разведчик искал что-то другое, тем более что военных производств тут хватает: тут тебе и пороховой завод, и завод ракетного топлива, и танкоремонтный завод и авиаремонтный... Много всего. Промышленный район.

— Отлично поработали. — объявил пилот — Осталась последняя точка, и идём домой.

У последней точки, артиллерийского завода, их поджидала засада: три пары высотных перехватчиков. Пилот принял решение в бой не ввязываться, тем более что силы противника превосходящие, и ушел на высоту. Поршневые двигатели ни в скороподъёмности, ни в высотности с газотурбинными соревноваться не могут, так что перехватчики несолоно хлебавши, вернулись на свой аэродром.

— Возвращаемся в Москву, до посадки примерно четыре часа. — сказал пилот — Антон Петрович может отдохнуть, экипажу следить за небом в своих секторах.

Антон не стал изображать ненужный героизм, опустил спинку кресла и задремал, в дежурном режиме осматривая окружающее пространство. Очнулся он от сигнала локатора: приближаются два истребителя, впрочем, пилот ведёт с ними разговор. Понятно. Это прикрытие спускающемуся высотному разведчику. Так положено, и у этого правила есть огромный смысл: самолёт после длительного высотного полёта неуклюж, экипаж только-только адаптируется к изменяющемуся атмосферному давлению и не способен быстро реагировать на неожиданные опасности, а значит нужно подстраховать его. возможно даже что-то подсказать, если потребует обстановка. Поэтому встречать высотные разведчики всегда вылетают самые лучшие, самые опытные лётчики истребительных авиаполков.

К вечеру следующего дня большая группа тяжёлых бомбардировщиков отправилась на бомбёжку выявленных целей. Заторопились потому, что пришло известие, что на практически готовые хлебокрупяные заводы прибыл обученный персонал. Специалистов разместили в одиночных зданиях, переоборудованных в общежития. Позднее людей собираются расселить, лови их поодиночке! А тут их удалось прихлопнуть одним ударом.

В этих налётах Антону почти не довелось проявить себя, поскольку все цели, имеющие хоть какое-то значение, были помечены радиомаяками. Задачей Антона было проконтролировать качество разрушения биотехнологических заводов.Проконтролировал: всё было разрушено в высшей степени основательно, а после ещё и простерилизовано термитными зажигалками и напалмом. впрочем, в двух местах пришлось стерилизовать повторно.

Отвлекающие, гораздо более мощные удары, наносились по промышленным предприятиям, выпускающим боевое железо: авиационным, танковым, артиллерийским и прочим заводам, прямо работающим на войну.

Перевооружение на лёгкую по весу, но прекрасно защищённую бронетехнику, переодевание всех бойцов в композитную защиту, а главное — жесточайшую зачистку всех населённых пунктов, где скрывался противник, дало свои плоды: потери войск снизились во много раз.

С продвижением линии фронта в Польшу, Румынию, Венгрию обнажил новую проблему: участились отравления некачественным алкоголем, а то и метиловым спиртом. В этих странах, как оказалось, имеется огромное количество спиртовых заводов, где производится спирт различного назначения: не только питьевой, но и технический с самыми разными, в том числе, и ядовитыми примесями. И стоит он дёшево. По глупости, по легкомыслию люди покупали и пили всякую дрянь. И умирали — иногда в жутких мучениях. Жесточайший запрет на употребление алкоголя местного производства дал некоторое снижение глупых потерь.