Зеркальщик. Счастье из осколков (СИ) - Мусникова Наталья Алексеевна - Страница 49

- А чего я? – обиделся Илья. – Он вон какой бледный да слабый, иные покойники и то краше выглядят, вот я и подумал…

- Молодой человек, - неприятно, точно ржавые петли, проскрежетал старый маг, - соблаговолите собственную глупость на суд людской не выпячивать. Особливо перед барышней, паче того, Отражением Всеволода Алёновича! Сил у нашего Зеркальщика немного, вот он собственное заклинание и разрушает через длительный заговор, а не привычным хлопком или же прикосновением. Сдаётся мне, дражайший Илья Викентьевич, что Вы не только по Зеркальной магии лекции пропускали, но и вообще посещение занятий не шибко жаловали. То-то я припоминаю, Вы лишь с третьей попытки экзамен выпускной сдать смогли!

Побагровевший чародей уже открыл рот, чтобы сказать что-нибудь резкое, когда защитный купол дрогнул, по его прозрачной поверхности пролегла грубая трещина. Никита встряхнулся, удобнее перехватил большой саквояж, знакомый Вареньке ещё с первой их встречи с доктором, а едва только отвалился первый кусок зеркала, тут же бросился в открывшийся лаз, нимало не заботясь тем, что может обрезаться об острые неровные осколки.

- Ну-с, Всеволод Алёнович, - знакомым округлым тоном проворковал доктор, усаживаясь на корточки и передавая Варвара Алексеевне саквояж, - давайте посмотрим, что Вы такое с собой учудили и чем я могу Вам помочь. А Вас, дражайшая Варвара Алексеевна, я прошу моей помощницей побыть, свою-то я с собой нынче брать не решился, уж больно много ужасов про место сие рассказывали. На меня посмотрите, Всеволод Алёнович. И без моего дозволения взгляд не отводить.

Зеркальщик послушно поднял на доктора испещрённые красными точками глаза, лихорадочно блестящие и запавшие.

- Да уж, прав Илья Викентьевич, краше только в гроб кладут, - фыркнул Никита Васильевич, бесцеремонно ухватив Всеволода за подбородок и покрутив его голову из стороны в сторону. – Ну что ж, в общем и целом картина мне ясна. Значится так: полный постельный режим на протяжении трёх суток. Варвара Алексеевна, присмотрите за этим особо, поскольку пациент нервный и всё время норовит удрать, процедуры не завершив.

Барышня с готовностью кивнула.

- Отлично. Так вот, полный постельный режим три дня, микстуры, кои я выдам, принимать по часам, а не как попало, что Вы особливо любите делать, да ещё: магию использовать строжайше запрещаю. Вы меня поняли? Ка-те-го-ри-чес-ки!

- Никита! – вскинулся Всеволод, коего совсем не прельщала перспектива пропустить завершение расследования из-за навязанного постельного режима. – А то ты не знаешь, что для меня магия так же естественна, как дыхание!

- Значит, дам сдерживающий амулет. А то и два, для надёжности.

- Да ты не понимаешь, есть люди, коим совершенно незачем меня видеть! – продолжал горячиться Всеволод Алёнович.

Варенька принахмурилась, а потом понимающе кивнула, она догадалась, что Всеволод имеет в виду своего отца и мачеху, кои также проживают в этом городе, а значит, вполне могут случайно встретить его где-нибудь. Особенно, если Зеркальщик не сможет вовремя отвести им глаза.

- А тебя, сокол ясный, никто и не увидит, - ядовито усмехнулся Никита Васильевич. – Ты что, забыл? Полный постельный режим.

- А расследование? Нам совсем чуть-чуть осталось! Душегубец – Иван Аркадьевич, он не племянник, а сын покойного купца Пряникова!

- Ну и отлично, значит, Варвара Алексеевна прекрасно справится сама. А наш бравый Лев Фёдорович ей охотно поможет. Заодно и приглядит, чтобы барышню никто не обидел. Так что, друг мой, сейчас ты выпьешь микстурку и отправишься баиньки…

- Не надо со мной нянькаться как с ребёнком, - прошипел Всеволод, так полыхнув глазами, что даже привычному ко всему доктору стало не по себе.

«Ого, а у нашего Зеркальщика дар-то сильнее стал, - подумал Никита, стараясь, однако, чтобы лицо сохраняло смешливую невозмутимость. – Вот что любовь-то делает. Чёрт, да куда эта микстура-то делась?! Неужели оставил, растяпа такая? А, вот она, голубушка, за подклад завалилась».

Доктор достал небольшой пузырёк с плотно притёртой крышкой, не без труда откупорил её, поморщился от резкого запаха, ударившего в нос, и наклонился над Всеволодом, тщательно следя за тем, чтобы лекарство не выплёскивалось.

- Ну-с, голубчик, хотите али нет, а три глоточка Вам сделать придётся.

Всеволод сперва упрямо сжал губы, он терпеть не мог лечиться, но поймав мягкий, чуть укоризненный взгляд Вареньки, смутился и покорно сделал три крохотных глотка. Едкое зелье опалило гордо, выбив слёзы из глаз и перехватив дыхание, Зеркальщик поперхнулся и закашлялся, не сдержав недовольной гримасы.

- Вот и отлично, - улыбнулся Никита Васильевич, жестом фокусника доставая из кармана блестящий причудливый браслет, - вот и умница.

- А дознание, - вяло прошептал Всеволод Алёнович, чувствуя только одно всепобеждающее желание спать.

- Варвара Алексеевна справится, - беспечно отмахнулся доктор, ловко защёлкивая браслет на запястье друга. – Да, барышня, у меня к Вам убедительнейшая просьба: Вам нужно самым тщательным образом следить за тем, чтобы Всеволод Алёнович не манкировал целебными процедурами. Сегодня он кроток и послушен, аки агнец, поскольку ему невероятно плохо, но уже завтра, когда ему станет лучше, он совершит попытку нарушить все мои распоряжения.

- Не волнуйтесь, доктор, я прослежу за тем, чтобы Всеволод Алёнович самым тщательным образом исполнял все Ваши распоряжения, - отчеканила Варвара Алексеевна, чувствуя себя легендарной воительницей, готовой оберегать своего любимого даже от него самого.

Доктор вежливо поклонился и звучно хлопнул в ладоши. Один из магов быстро подскочил, и Никита Васильевич коротко приказал, кивнув на безмятежно спящего Всеволода и властно взмахнув рукой:

- Доставить домой и приставить сиделку. Она будет рядом с Всеволодом Алёновичем, пока её не сменит Варвара Алексеевна.

Маг почтительно поклонился, взмахом руки подозвал товарища, и они вместе принялись выплетать что-то прозрачное и невесомое, наподобие занавеса.

«Туманный портал», - догадалась Варенька, видевшая нечто подобное в одной из папенькиных книжек.

- А мы с Вами, Варвара Алексеевна, путешествовать будем по старинке, на санях, - Никита Васильевич поднялся с колен и почтительно подал барышне руку. – Сначала доставим Вас в Сыскное Управление, а уж потом я к себе поеду не спеша.

Осколок десятый. Наследник для обряда

Путь до Сыскного Управления прошёл для Варвара Алексеевны словно бы в глубоком тумане, из коего хаотически всплывали бессвязные силуэты, смутные очертания и всепоглощающее беспокойство за одного ставшего самым дорогим и близким дознавателя. Девушка кусала губки, вертелась на сидении, несколько раз чуть не падая, нервно приглаживала волосы, чтобы в следующий миг встряхнуть ими в тщетной попытке прояснить сумбур в голове. Никита Васильевич, видя терзания барышни, пытался завязать непринуждённый разговор, но каждый раз встречал остекленевший взгляд прорицательницы или же зачарованной, обитающей в собственном мире, куда простому смертному путь заказан. Даже известие о том, что сани подъехали к Управлению, Варенька не услышала, продолжая витать в облаках.

- Варвара Алексеевна, - доктор чуть коснулся плеча девушки и тут же поспешно убрал руку, ощутив резкий укол защитной магии, - Варвара Алексеевна, душа моя, Сыскное Управление ждёт Вас.

Варенька послушно поднялась, но тут же резко развернулась и вцепилась в руку доктора, глядя на него со смесью мольбы и надежды:

- Никита Васильевич, а с Севой точно всё хорошо будет?

Доктор нахмурился, в очередной раз не сразу догадавшись, о каком Севе идёт речь. По мнению Никиты, домашнее имя Всеволоду Алёновичу подходило в той же мере, как и деревянная лошадка боевому, прошедшему не одно сражение гусару, но барышня, очевидно, считала иначе. Что и говорить, беда с этими девицами, у них всегда и на всё своё собственное разумение имеется! Однако Варваре Алексеевне сейчас требовались не философские рассуждения на тему девичьего здравомыслия (буде таковое имеется), а чёткий ответ. Желательно правдивый и при этом успокаивающий. Доктор задумчиво пощипал подбородок, размышляя, как правильно ответить на вопрос, ведь барышня явно не удовлетворится простым успокаивающим согласием, а на долгие беседы времени нет. И Варвару Алексеевну, и самого Никиту Васильевича ждут дела важные.