Узы крови (СИ) - Осадчук Алексей - Страница 53

В первую же ночь после родов Пьер, «соскучившийся» по своей супруге, решил навестить ее и в очередном своем припадке бешенства попытался отобрать у нее ребенка, который, мирно причмокивая, спал у груди своей мамы.

Именно в ту ночь Аделина впервые дала отпор мужу. Она сражалась не за себя, но за своего сына. Ведомая материнским инстинктом покорная овечка превратилась в хищницу. Убить человека оказалось довольно просто. Чтобы раскроить затылок насильнику, хватило и одного удара тяжёлой бронзовой статуэткой.

Каждый раз, вспоминая ту ночь, Аделина все никак не могла понять, каким образом ей удалось сдержаться и не превратить голову ублюдка в кровавое месиво. Видимо, это потому, что за те месяцы, которые она пробыла в доме отца, вынашивая своего сына, она тысячу раз представляла себе, как убьет своего ненавистного мужа.

Это даже превратилось в некую игру разума. Ведь убить мало. Надо же еще и замести следы. О сколько хитрых вариантов было придумано в те месяцы! А на самом деле все произошло довольно просто и даже буднично.

Худое, но жилистое тело мертвого мужа, она вытолкнула из окна своей спальни прямо на мощеную камнем дорожку. Даже не понадобилось вливать в рот покойника алкоголь. Пьер заявился к ней в спальню уже навеселе.

В итоге, всем родственникам и знакомым было объявлено, что Пьер Бошар трагически погиб, случайно выпав из окна. Слуги, конечно, могли бы пролить свет на некоторые детали – все в доме знали, каким человеком был их хозяин. Именно по этой причине никто из них даже не подумал поставить под сомнение официальную версию. Плюс каждый из них получил неплохое вознаграждение от Паскаля Леграна, чтобы не болтали лишнего. Репутация торгового дома Легранов не должна была пострадать.

После похорон «любимого» супруга Аделина Бошар вместе с маленьким Аленом переехала в дом отца и посвятила все свое время, как она считала, будущему наследнику империи Легранов.

Дед действительно души не чаял в своем внуке и постепенно готовил его к роли «императора». И все бы ничего, но на горизонте вдруг объявился этот ублюдок Анны и начал угрожать будущему благополучию Алена.

Аделина, как и в прошлый раз, когда ее сыну грозила опасность, решила взять все в свои руки… И, когда ей казалось, что все получилось, этот ублюдок Ренар неожиданно выжил и потом еще несколько раз снова и снова выходил сухим из воды…

…Аделина проснулась от того, что ее рот закрывала чья-то твердая горячая ладонь. Кроме того, на ее глаза была наброшена темная ткань. Как такое могло произойти? Она ведь так чутко спит!

Аделина было попыталась дернуться, но знакомый шипящий голос у ее уха насмешливо произнес:

– Не дергайтесь, мадам. Не надо шуметь. Такая прекрасная тихая ночь – не стоит никого будить. Вы снова искали встречи с нами? Почему?

Ладонь исчезла и Аделина обрела способность говорить:

– Как это, почему? – шепотом возмутилась она, продолжая оставаться в темноте. – Разве вы сами не понимаете?

– Нет, мадам, – будто издеваясь, ответил насмешливый шипящий голос.

Аделина, чтобы унять бешенство, сцепив зубы, приглушенно выдохнула.

– Вы получили оплату, но не выполнили работу. Я понимаю, что вам могло понадобиться дополнительное время, но человек, которого вы обязались устранить, уже дважды посетил этот дом. Мне нужны объяснения.

– Мадам, а вы уверены, что имеете право требовать объяснений? – вкрадчиво прошептал ей на ухо голос из темноты. Было в его тоне что-то такое, отчего по телу Аделины пробежал холодок. Она тут же враз растеряла свою уверенность. На мгновение в ее голове мелькнула мысль, что она живет последние минуты и что, когда разговор будет окончен, обладатель этого жуткого голоса ее прикончит.

Нет! Женщина внутренне встрепенулась. Она сегодня не умрет! Она нужна Алену! И если с ней до сих пор разговаривают, значит, есть возможность договориться и довести дело до конца.

– Хорошо, – сглотнув, она пошла на попятную. – Возможно я, не вникнув в детали, слегка погорячилась, но и вы должны понять меня. Мне рекомендовали вас как лучших из лучших… И что же я вижу? Грозные Ночные Волки не могут прикончить какого-то слабого двадцатилетнего мальчишку.

– О, мадам, – голос снова перешел на насмешливый тон. – Называя своего племянника слабым мальчишкой, вы лукавите.

– Не называйте этого грязного ублюдка моим племянником, – сквозь зубы прошипела Аделина.

– В данном случае, – хмыкнул голос. – Слова ничего не значат. Как бы мы его ни называли, это не изменит того факта, что он является сыном вашей покойной сестры. Узы крови – вот, что всегда имело и будет иметь значение. А что же касается его слабости… Перед тем как нанять нас, вы как-то совершенно забыли упомянуть о том, что этот хех… слабый двадцатилетний мальчишка одним ударом убил одного из лучших мечников Вестонии.

– Разве это что-то меняет для вашей гильдии? – спросила Аделина с легкой насмешкой.

– Вы правы, – неожиданно легко согласился собеседник. – Ничего. Но есть одна маленькая загвоздка… Ваш племянник оказался довольно ловким малым и в одиночку убил троих наших бойцов, которым виконт де Ламар, как мечник, даже в подметки не годился. Причем наши люди напали на вашего племянника в тот момент, когда он не был готов.

Аделина вздрогнула. По ее телу пробежала волна холода. О боги! Как такое возможно?

– Как вы думаете, мадам, о чем в первую очередь мы подумали после произошедшего? – вкрадчиво поинтересовался шипящий голос.

Аделина вдруг ощутила, как твердая ладонь легла ей на горло, а крепкие пальцы слегка сдавили ее шею. Стараясь не делать резких движений, она судорожно сглотнула и тихо ответила:

– Я…

Но голос ее перебил.

– В первую очередь, мы подумали, что, либо вы по какой-то причине намеренно скрыли правду о вашем племяннике, либо сами находитесь в неведении.

– К-какую п-правду? – заикаясь, хрипло спросила Аделина.

– Правду о том, что ваш племянник – маг, – ответил голос. – Скажу больше, он не простой одаренный. Он – истинный.

Ладонь на горле Аделины вдруг начала постепенно увеличиваться в размерах, а ногти на пальцах стали превращаться в острые когти. Женщина понимала, что неизвестному достаточно одного движения, чтобы смять ее шею, словно лист бумаги.

– Я… Я… Не з-знала…

Успела жалобно прохрипеть она.

– Мы знаем, – ответил голос. Правда, человеческого в нем более ничего не осталось. Это уже был приглушенный рык зверя. – Иначе с тобой никто бы не разговаривал.

Аделина почувствовала, как под ней на простыне растекается что-то теплое. Похоже, она обмочилась.

Ладонь на ее горле начала снова уменьшаться, а, спустя мгновение, вовсе исчезла.

– Принимая во внимание новые обстоятельства, – голос снова был человеческим. Правда, в его тоне слышались нотки брезгливости и презрения. – Наш прежний договор должен быть пересмотрен и изменен. Вы готовы выслушать наши условия?

Аделина, усилием воли подавив страх, собрала всю свою храбрость и упрямство в кулак и хрипло произнесла:

– Да, готова!

– В виду того, что наша цель – одаренный, за дело должны взяться вервольфы. А это совершенно другие деньги…

– Я согласна! – не дав договорить собеседнику, выпалила Аделина и с ненавистью в голосе добавила: – Я дам вам столько денег, сколько потребуется, лишь бы этот ублюдок сдох!

Нортланд. Фьёрдград, столица Винтервальда. «Жемчужина Севера», дворец конунга Бьёрна Острозубого. Личные покои принцессы Астрид.

– Сестренка, это точно тот, о ком ты мне писала в письмах? – пухлые губы Хельги, прозванной в народе Отважной, слегка скривились, а в ее голосе слышались скептические нотки.

– Да, сестренка, – слегка дрожащим от волнения голосом ответила принцесса Астрид.

Несмотря на то, что девушки были кузинами, с самого детства они называли друг дружку сестрами. Отец Хельги, ярл Сигурд Кровавый Меч был старшим братом королевы Маргарет, матери Астрид.