Шайтан-звезда - Трускиновская Далия Мейеровна - Страница 165

– А что, если пнуть эту башню ногой? – спросила Шакунта. – Не рухнет ли она вся?

– Нет, Ситт-Шакунта, она не рухнет, – сказав это, Хашим снова посмотрел на Барзаха, но тот опять не заметил странного взгляда. Казалось, Хашим ждал от Барзаха объяснения этого странного дела с башней.

Джарайзи запустил руку в щель, откуда тянулась привязанная к багнакху веревка, и там уж ухватился основательно. Однако, заглянув через парапет, он едва не рухнул вслед за кирпичами.

– Да хранят меня псы! Клянусь верой – это башня людоедов! И вот человеческие кости!

– Куда ты завел меня, о порождение шайтана? – немедленно напустилась Шакунта на Барзаха. – Тебе непременно нужно, чтобы нас съели, а кости выбросили воронам? Теперь ясно, почему уже столько дней мы не видели по дороге ни одного творения Аллаха! Ты солгал мне, ты подкуплен врагами и солгал! Хорошо ли тебе заплатили за то, чтобы погубить меня, о Барзах?

– Ради Аллаха, кто мог мне заплатить за это, о прохлада моих глаз? – завопил Барзах, дергая за верблюжий повод с такой силой, что верблюд от боли едва не взбесился. – Ведь мы вместе расспрашивали купцов, и они указали нам направление к землям, куда еще при халифе аль-Мутаваккиле бежали сохранившие свою веру огнепоклонники, и мы ехали по их словам, не уклоняясь ни вправо, ни влево!

– Сейчас ты сам помчишься на этом верблюде, ни уклоняясь ни вправо, ни влево, пока не скроешься из виду для нас и не явишься перед людоедами! – зарычала Шакунта. – О враг Аллаха, да чтоб тебя не носила земля и не осеняло небо! Как же это ты берешься служить проводником, когда не найдешь дороги в собственном жилище от спальни к домику с водой?!

Чилайб осторожно дернул Хашима за рукав.

– О шейх, этот человек – воистину враг Аллаха? – тихонько осведомился он.

– Нет, о дитя, он просто из тех людей знания, которые не умеют применять книжную премудрость к обычной жизни, – объяснил Хашим.

– Это к лучшему, – неожиданно прошептал мальчик. – Чтобы мы делали, если бы под знаменем врагов Аллаха собрались такие толстые и бестолковые люди?

– О звезда, как мне теперь быть? – взывал сверху Джарайзи. – Нужно ли мне забираться сюда? Или эти кости нам ни к чему?

– О дядюшка, я не понимаю, как могли попасть кости людей на вершину башни, куда не ведут лестницы, – с такими словами Джейран дернула Хашима за другой рукав. – Джарайзи прав – они нам ни к чему! Надо поскорее убираться отсюда!

– Наоборот, о звезда, нужно забраться на башню и оттуда осмотреть окрестности. Клянусь псами, мы найдем поблизости деревню или даже две! – возразил Хашим и обратился к висящему на стене мальчику: – О дитя, там, наверху, только кости или есть еще и свежие трупы?

– По-моему, свежих трупов нет, – заглянув в щель, сообщил Джарайзи. – А если бы они были, мы бы тут вспугнули всех окрестных ворон!

– Вот видишь, о владычица красавиц! – обратился Барзах к Шакунте, как будто она, сидя на верблюде у подножия башни, могла видеть человеческие костяки. – Здесь не живут людоеды! А если и жили, то давно покинули башню. Очевидно, кости остались с тех времен, когда в этих местах жили племена великанов, может быть, даже племя Ад, которым башня служила обеденным столиком, ибо сыны Адама…

– Глупость этих слов простирается дальше границ Мисра! – возразила Шакунта, несколько успокоившись. – А где же они брали сынов Адама для своих трапез? Ты завел нас в такие места, где не то что Пестрого замка, а вообще человеческого жилища не сыщешь, а теперь затягиваешь нелепые разговоры и продлеваешь надо мной свои речи! Поворачивай караван, о предводитель айаров! Здесь мы ничего не найдем!

– А между тем мы уже в землях огнепоклонников, о звезда, – шепнул Хашим Джейран. – Но этот человек упорно не признает очевидных примет!

– Почему ты шепчешь об этом? – осведомилась Джейран также шепотом, хотя в нем и не было нужды – Шакунта громко ругала и кляла Барзаха, возводя его родословную к обладателям копыт и хвостов, а он жалостно оправдывался.

– А потому, что я не уверен, что тебе хочется этого, – сказал хитрый старикашка. – Ты боишься зла от этой затеи для себя и для мальчиков, и ты предпочла бы вернуться…

– Мы уже взяли у них деньги, о дядюшка, и должны выполнить свою работу, – возразила девушка. – Немедленно объясни им, где мы находимся!

Хашим колебался.

– Подумай сам – что может угрожать мальчикам, если с ними – звезда? – спросила тогда Джейран.

Шакунта между тем призвала на голову Барзаха многие бедствия, немало этим повеселив всех мальчиков, кроме висевшего на стене Джарайзи.

– Да будет позволено сказать мне, о госпожа, – внезапно заговорил Хашим. – Я полагаю, что мы уже достигли мест, куда скрылись не пожелавшие принять ислам огнепоклонники. И вот вам свидетельство, о почтенные!

Он указал рукой на башню.

– Что ты имеешь в виду, о друг Аллаха? – радостно осведомился Барзах.

– Кости, что лежат на вершине этой башни, – и, пока Джейран не стала прилюдно упрекать его в безумии, Хашим торопливо продолжил: – Предводитель нашего отряда молод и не знает того, что знаю я. А я беседовал с купцами и путешественниками, знающими обычаи огнепоклонников. Они не хоронят своих мертвецов в земле и не предают их огню, как это делается в Индии. Они строят вот такие башни, которые называются «дахма» и кладут на их вершины тела, чтобы птицы расклевали их, а солнце высушило кости.

– Ты полагаешь, что это убогое строение и есть «дахма»? – спросил Барзах. – Я тоже немало читал про огнепоклонников, и знаю, сколько степеней посвящения имеют их жрецы, и знаю имена трех священных огней – Адур-Анахид, Киркой и самый славный из них – Адур-Фарнбаг, и знаю также…

– Горе тебе, замолчишь ли ты? – перебила Шакунта. – Что проку в твоих книгах, если ты не сумел опознать башню?

– На рисунках она выглядела совсем другой, о госпожа! – оправдывался Барзах. – Она была высокой и красивой, а это же куча камней, которые как будто набросали взбесившиеся ифриты!

– Разве может быть высокой башня, на которую не должны вести ступени? – спросил Хашим, и столь явственно было удивление в его голосе, что Джейран поразилась ехидству «дядюшки». – Ведь огнепоклонники доставляют своих мертвецов наверх, лишь пользуясь приставными лестницами! Или в книгах об этом ничего не сказано?

– А разве в книгах о вере должно говориться еще и о приставных лестницах? – вопросом же отвечал раздосадованный и опозоренный Барзах.

– Каково твое мнение, о предводитель айаров? – не удостаивая его более взглядом, обратилась Шакунта к Джейран.

– Я полагаю, что огнепоклонники жили здесь некоторое время назад, но ушли, о Ситт-Шакунта, – сказала девушка. – И их прогнали вовсе не воины ислама. Если бы это было так – мы нашли бы в этих землях и тех правоверных, которые пришли сюда вслед за войсками повелителей правоверных, и тех бывших огнепоклонников, которые приняли ислам. Их прогнало что-то другое…

– Наш предводитель прав, – подтвердил Хашим. – Бывает, что старая дахма повреждается и выходит из употребления, тогда неподалеку ставят новую. Но эта еще вполне крепка. Я полагаю, что Джарайзи должен залезть на кирпичную кладку и осмотреть окрестности.

Мальчик, убедившись, что приказание не отменяется, осторожно перебрался через парапет и пошел вдоль него, стараясь не наступать на кости.

Вдруг он поднес руку к глазам, хотя отличался остротой зрения.

– Что ты там увидел, о Джарайзи? – крикнула снизу Шакунта.

– Я увидел башни в горах! Они вон там, далеко-далеко!

– Погоди, не слезай! – удержал его Хашим. – Посмотри внимательно – есть ли у подножия гор заброшенная деревня, а если есть – не видишь ли ты на ее окраине каменного возвышения наподобие этой башни?

– Может, это и деревня, – вглядевшись и подумав, – отвечал мальчик. – Но возвышения я не вижу!

– Ты имеешь в виду место, где горел священный огонь? – спросила Джейран у Хашима.

– Да, о звезда. Мы должны убедиться, что здесь жили именно огнепоклонники – ведь этот человек говорил, что ночью возле Пестрого замка были видны большие священные огни. Если мы найдем места этих огней – значит, стоит углубляться в горы и искать пути к тем башням.