Шайтан-звезда - Трускиновская Далия Мейеровна - Страница 164

– Когда вы научитесь подвязывать остроги к ноге, как бедуины подвязывают копья, тогда и будете скакать на конях с острогами. Я не хочу, чтобы мои люди теряли на скаку оружие! – по лицам мальчиков Джейран поняла, что они осознали справедливость упрека. Правда, остроги теряли вовсе не эти двое, а Дауба и Ханзир, но ведь все они считали себя «ее людьми» и все были готовы ответить за оплошность товарища.

– У вас есть джамбии. Для того, чтобы отбиться от пеших, этого довольно, а от стрел вас бы и остроги не спасли. И не смейте брать с собой псов! Возможно, здешние жители их не любят, – добавила Джейран.

Мальчики дружно вздохнули.

– Скачите быстрее псов – и да пошлет вам вера счастливое возвращение! – и она махнула рукой в сторону башни.

Бакур и Вави подбоднули коней стременами, широкие рукава их белых джубб и концы головных повязок взвились – мальчики направились в конец каравана, чтобы оставить остроги, а затем понеслись туда, куда было велено.

Джейран, не приказав каравану останавливаться, следила за ними из-под руки.

Она видела, как мальчики подъехали к башне и остановили коней. Затем они, видимо, посовещавшись, разделились и один стал объезжать сооружение справа, а другой – слева.

– О безумцы! – проворчала Джейран. – А если там, за башней, их ждет засада? Ведь она как будто нарочно создана для дорожных грабителей и разбойников!

Хашим, не следивший за всадниками, ибо зрение ему этого не позволяло, но внимательно наблюдавший за лицом своей звезды, негромко рассмеялся.

– А разве дорожные грабители водятся в таких диких краях? – осведомился он. – Клянусь собаками, они помрут с голода прежде, чем дождутся тут каравана!

Из-за башни Вави и Бакур выехали уже вместе и принялись махать руками, призывая к себе Джейран.

– Хотелось бы мне знать, что они там обнаружили, – сказала она. – Поедем, о дядюшка, поглядим и мы.

– Кажется, я знаю, чего они там не обнаружили… – и Хашим первым направил коня к башне.

– О Ситт-Шакунта, никто, кроме меня, не разберется в этом деле! – крикнула Джейран, за время пути привыкшая за всеми распоряжениями обращаться лишь к Ястребу о двух клювах, и обращаться именно так – с почтением. – Я поеду и посмотрю, что там такое! Ко мне, о Чилайб, о Джарайзи!

Она с умыслом позвала самых младших – они больше прочих обижались, если звезда слишком долго не уделяла им внимания.

– Поскорее поезжай и поскорее возвращайся! – отвечала Шакунта.

Подождав мальчиков, Джейран вместе с ними нагнала Хашима, и к башне они подъехали уже вчетвером.

– Насколько я поняла, людей вы тут не нашли, – сказала Джейран Бакуру. – Давайте спешимся и войдем в башню.

– О звезда!.. – хотя отвечать должен был Бакур, но первым заговорил, разумеется, Вави. – Мы недостойны лечь под ноги твоим псам – мы не нашли входа в эту башню!

Джейран задумалась – и вспомнила, как она карабкалась по горам, убегая из мнимого рая.

– Может быть, вход расположен выше человеческого роста? – спросила она. – Вы же выросли в таком месте, где нет высоких каменных зданий, которые их владельцам приходится оборонять от врагов, и вы не знаете, какими могут быть их входы. Успокойтесь, прохладите свои глаза – и поищем вместе.

– О звезда! – пылко воскликнул Хашим. – Воистину – ты наша звезда и ты приведешь нас ко многим победам во имя веры! Клянусь псами!

– Да, как в Хире, – осадила его девушка. – Когда вся наша победа свелась к удачному бегству!

– Объедем вокруг башни, – немедленно предложил лукавый старичок уже не страстным и восторженным, а обычным голосом. – Но сдается мне, что и наверху мы входа не увидим.

Хашим оказался прав. Ни дверей, ни окон, ни даже дыр, достаточных для того, чтобы пролезла кошка, в башне не оказалось. А между тем это было творение рук человеческих – камни как раз такой величины, какие под силу таскать людям и ослам, а наверху – кирпичный парапет с несколькими щелями, которые могли бы служить бойницами.

– Что же это за творение, о дядюшка? – озадаченно спросила Джейран. – Неужели туда ведет подземный ход?

Вдруг страшная мысль пришла ей в голову.

– А если там обитают ифриты или мариды? – шепотом спросила она.

– Прикажи мальчикам забраться наверх, о звезда, – попросил Хашим. – Посмотрим, что они там найдут.

– Скачи к каравану, о Чилайб, и прикажи, чтобы все заворачивали сюда! – крикнула Джейран. – Как ты полагаешь, о дядюшка, не опасно ли здесь ночевать? И далеко ли может быть колодец?

– Колодец близко – если я только верно понял назначение этой башни… – задумчиво сказал старик. – Здесь непременно должна быть поблизости деревня… возможно, заброшенная и покинутая деревня…

Караван остановился и сменил направление. Мальчики, убежденные, что никакой опасности не предвидится, бросили вьючных верблюдов и поскакали к башне наперегонки.

– О Бакур, сможешь ли ты забраться наверх при помощи острог? – спросила Джейран.

Юноша запрокинул голову.

– Здесь больше, чем три человеческих роста, о звезда, – отвечал он. – Мы попытается – и да поможет нам вера…

Вера помогла прислонить остроги к стене и взобраться по ним довольно высоко, но когда на плечи Бакуру встал Чилайб, вера не удержала их – и они свалились вниз, ушибив при этом локти и бедра.

– У меня есть кое-что получше, чем остроги, – сказала Шакунта, наблюдавшая за этими действиями с высоты верблюжьего горба. – Где мои узлы и корзины?

Привели верблюда, сняли нужную корзину, и Шакунта, покопавшись, достала нечто, вызвавшее огромный интерес не только у мальчиков и Хашима, но и у далекого от воинских забот и забав Барзаха.

Это была железная перчатка, сделанная точно по руке, и на пальцах имелись длинные когти.

– Что это за вещь, о Ситт-Шакунта? – дрожащим голоском осведомился Хашим.

– Эта вещь из Индии, а называется она «багнакх», – объяснила Шакунта. – Ее можно надевать на руку, и тогда она используется в драке. А можно привязать к ней веревку, и пропустить через эти кольца, и тогда бахнакх поможет взобраться даже на очень высокую стену.

– Каким же образом, о владычица красавиц? – спросил Барзах.

– Нужно забросить бахнакх между зубцами, и потянуть, и дернуть за веревку – тогда когти сожмутся, и ухватятся за стену, и по веревке можно будет взобраться наверх, – объяснила Шакунта и повернулась к молчаливой Джейран. – Вам, айарам, полагалось бы знать такие вещи.

– До сих пор у нас не было в этом нужды, – ответил вместо Джейран Хашим. – У кого к седлу привязана самая длинная веревка?

– У меня, – отозвался Джахайш. – Вот она, о шейх.

Бакур привязал веревку к багнакху так, как показала пальцем Шакунта, размахнулся и с первого же раза угодил между зубцами. Шакунта сама потянула за веревку, убедилась, что железная перчатка не падает, и дернула.

– Теперь по ней может взобраться даже рыночный борец, о айары, – презрительно сказала она, имея в виду и немалый вес борца, и его предполагаемую глупость.

– А нужно ли нам брать приступом башню, которая выглядит столь подозрительно, о госпожа? Не задержит ли нас это по пути к Пестрому замку? – спросил Барзах.

– Если бы мы знали путь к Пестрому замку, то не остановились бы возле этой башни, – отрубила Шакунта. – Где твои храмы огня, где твои огнепоклонники? Что здесь свидетельствует об проживании огнепоклонников?

– Ничто, о Шакунта, – печально согласился Барзах.

Хашим покосился на него, хотел что-то молвить, но воздержался.

Тем временем Джарайзи скинул мешавшую движениям джуббу, забрался на плечи к Вави и оттуда уже полез по стене, упираясь в нее ногами. Бакур и Ханзир внимательно следили за ним, готовые в любой миг подхватить его.

Добравшись до похожей на бойницу щели, Джарайзи ухватился руками за верх кирпичной кладки – и чуть не сорвался, потому что кирпичи были просто плотно уложены, но не скреплены раствором. Те, что не выдержали прикосновения его руки, рухнули вниз, так что Бакур и Ханзир едва успели отскочить.