Магл (СИ) - Катани Лилиан - Страница 90

 — Дедуля, лечись, — пробурчал себе под нос Поттер.

 — Тогда я впервые услышал об артефакторах — Певереллах. Об их творениях ходили слухи и легенды. Самые известные — это мантия-невидимка, воскрешающий камень и бузинная палочка. Камень и палочка могут служить кому угодно, а вот мантия работает только у того, в чьих жилах есть кровь Певереллов. Владелец всех трёх артефактов сможет жить вечно.

 — Точно, псих, — прокомментировал рассказ Гарри

 — Я решил во что бы то ни стало достать эти артефакты. Философский камень очень хорош, но срок его службы — триста лет, затем нужен новый. Сделать его очень сложно. Так было до того момента, пока ко мне в ученики не попросился Альбус Дамблдор. Молодой и амбициозный маг, но глупый. Веровал в победу добра над злом, не понимая, что зло и добро — это он сам и все люди вокруг. Палочку я получил от Гриндевальда. Сбив меня с ног и взяв её, ты стал хозяином старшей палочки. Камень был в перстне Гонтов. Твой опекун надел его на палец, слишком велико было искушение встретиться с умершей возлюбленной, сестрой Альбуса — Ариадной. Только он не учёл, что теперь это крестраж Тома.

 — Так, не понял. Давайте сначала: вы — Николас Фламель?

 — Верно.

 — Вы создали философский камень?

 — Да.

 — Камень имеет срок годности, поэтому вы решили найти три артефакта, которые дадут бессмертие. Я прав?

 — Совершенно верно.

 — Но соединить их может только потомок Певереллов.

 — Правильно.

 — И вы нашли ритуал, который перенесёт душу в чужое тело.

 — Да. Я опробовал его на Альбусе.

 — Как вы попали в тело директора?

 — Так же, как попаду в твоё.

 — А почему камень не смогли сделать?

 — Увы, мой мальчик, не смог. Огнецвет растет в глухой сибирской тайге. Волхвы не хотят меня пускать к себе.

 — Найди огнецвет и получи плюс пять к силе, плюс десять к мудрости и плюс пять к ловкости, — пробурчал Поттер себе под нос.

 — Ещё в семнадцатом веке я нашел ритуал, который позволит моему сознанию переместиться в чужое тело, но опробовать его не позволяла инквизиция. Сейчас произошло падение нравов, и действовать стало проще. Перемещение в Альбуса прошло очень гладко. Мальчик согласился сам, а руна, вычерченная у него на сердце — да-да, на твоём лбу тоже руна, — позволила мне получить его знания и память. Но это не самое удачное расположение. Я считал, что размещая её на лбу, можно влиять на сознание. Увы, теория не подтвердилась. Влиять на твоё сознание я не смог. Артефакты не давали заглянуть. Вряд ли ты совал голову в адский огонь, чтобы избавиться от неё. Так или иначе, руна на твоём лбу связана со мной, именно она не позволила мне уйти за грань, оставаясь в твоем подсознании, как крестраж. Я займу твоё тело, а ты поедешь дальше.

Фламель замолчал. Он явно наслаждался воспоминаниями о собственном триумфе. Гарри тоже молчал. Он понял, что тот адский огонь, который он вызвал, спас его не только от наёмников. Если бы тот, кого мы знаем под именем Альбус Дамблдор, взглянул бы в его лицо, то не стал бы рассказывать дальше. Но старик был слишком занят самовосхвалением. Как и все злодеи, он спешил поделиться своим гениальным планом.

 — Один из потомков Перевереллов — Том Риддл. Его мать — Меропа Гонт — была потомком Слизерина и Певерелла. Я хотел использовать тело Тома, но, увы, юноша разорвал себя на семь крестражей, что делает невозможным переселение в его тело.

 — Он разгадал ваш план, — глухо ответил Поттер.

 — Да. Чрезвычайно умный мальчик! Мне пришлось потрудиться, чтобы его крестражи не просто были уничтожены, но ещё и принесли мне пользу. Также необходимо было соблюсти все детали касающегося тебя ритуала.

 — Хм, а можно поподробнее про меня?

 — Твоя мать — потомок Ровены Райвенкло и Годрика Гриффиндора. Да-да, те, кого ты считаешь магглами, прямые потомки двух основателей! Увы, маги Англии изгоняют сквибов. Я провел расчеты и вычислил, что наиболее сильный ребенок родится у неё от Джеймса Поттера — прямого потомка Певереллов. Пришлось модифицировать не один рецепт приворотного зелья, прежде чем получился результат. Затем необходимо было провести ритуал с добровольным жертвоприношением. Твои родители были слишком беспечны, они никогда не заглядывали под ковер в детской.

 — Где была нарисована пентаграмма…

 — Совершенно верно, мальчик мой! Совершенно верно! Этим выстрелом я убил двух зайцев — получил сосуд в виде твоего тела и уничтожил Тома. Ритуал сработал идеально — твоя мать стала добровольной жертвой, а Риддл показал тебе смерть. Осталось сущая малость — испытания.

 — Так, опять не понял. Риддл — потомок Слизерина и Певерелла. Мама — потомок Райвенкло и Гриффиндора. Папа — Певерелла. Я ничего не перепутал?

 — Верно.

 — То есть, с Риддлом мы родственники, — уверенно сказал Гарри. — Вам нужно тело того, в чьих жилах кровь Певереллов. А чем мои родственники по отцу не подходят?

 — Тем, что в них нет крови двух основателей, которая есть в твоих родственниках по матери.

 — Конезавод племенных жеребцов и кобыл какой-то, — пробурчал Поттер. — Затем вы заставили Риддла прийти в дом к мои родителям. Моя кроватка стояла в пентаграмме. А как мама стала жертвой?

 — Ах, самопожертвование — это так благородно! Нужно только написать книгу за своим собственным авторством, «забыть» её в неположенном месте и наблюдать, как Лили Поттер начинает ритуал.

 — Волдеморт убил отца, затем маму, а так как я был в пентаграмме, то он… — Гарри многозначительно замолчал.

 — Он должен был показать тебе смерть.

 — И куда он делся?

 — Питер Петтигрю его уничтожил. Веришь или нет, но я ни разу в жизни не использовал непростительные. Зачем, когда есть другие, кто с радостью ударит в спину? Но Питер заметил меня. Мантия в полную силу скрывает только владельца. Ах, Гарри, у тебя чрезвычайно умный кот. Я куплю ему самую лучшую печёнку и молоко! Он избавил меня от необходимости учитывать ещё одного человека в моем плане.

 — Почему я жил у тети?

 — Александр не дурак, он сразу понял, что над тобой проведён ритуал. Мне стоило больших трудов оставить тебя в живых. Нет, он ни в коем случае не претендовал на титул Лорда в обход твоего отца. Как ты правильно сказал — он действовал в интересах рода.

 — А дальше?

 — А дальше, после ритуала, необходимо было, чтобы ты сразился с магической тварью…

 — Цербер, гиппогрифы, пауки, драконы…

 — Да-да, всё верно, но ты постоянно ускользал.

 — Гриндлоу. Оно стало магической тварью, с которой я принял бой. Ваша работа?

 — Опять верно. Какой ты умный малыш! — умилился старик.

Если бы в этот момент Николас Фламель не предавался радужным мечтам и не праздновал преждевременно свою победу, может быть, история повернулась бы по-другому…

 — Да, гриндлоу. Потом ты должен был бы попасть на кладбище Литтл-Хэнглтона, где верный сторонник Тёмного Лорда возродил бы своего господина. Увы, я не всесилен. Лорд Ардвидссон разгадал часть замысла и уничтожил мою идею. Но и он не Мерлин. Крестраж Тома захватил его и убил тебя. Все условия выполнены: Лили Поттер добровольно принесла себя в жертву, Том Риддл показал тебе смерть, ты сразился с магической тварью, а затем тот, кто показал тебе смерть, убил тебя. Благодаря руне на твоём лбу я поселился в твоей голове и могу управлять тобой. Пора, Гарри, тебе пора в вагон.

Гарри Поттер встал со скамейки и побрёл в сторону вагона. Дверь была открыта, электричество в составе отсутствовало, и на месте тамбура зияла чёрная дыра. Дамблдор проследовал за ним и тоже подошел к автоматической двери.

 — А как вы заставили Риддла прийти к моим родителям?

 — Имея один кусок, можно влиять на другие. Мальчик был гением, но, как и все гении, он был очень рассеян. Не стоит раскидывать свои вещи, где попало.

Николас Фламель возвел глаза к потолку и не заметил, как Гарри Поттер оказался за его спиной. Он уже праздновал победу. Сильный толчок, и пожилой человек не смог удержаться на ногах отправившись в темноту тамбура вагона метро.