Пробуждение от лица парней (ЛП) - Валенти Сюзанна - Страница 19

Я оскалился, собираясь наброситься на него, когда прямо между нами приземлилась гарпия, ее черные крылья сложились за спиной и ударили Вошера по лицу.

— Нокси. — Я удивленно ахнул, увидев, что мой друг Габриэль ухмыляется мне, держа в руке пакет с едой на вынос. Его темные волосы были взъерошены из-за перелета, а мускулистая голая грудь была обнажена, и на его теле красовались бесчисленные символы, нанесенные чернилами.

— Привет, Орио, — сказал он, продолжая махать крыльями, так что Вошер получил по морде перьями и зашипел, пытаясь отступить. — Я принес ужин.

— Спасибо, — серьезно сказал я, а он ухмыльнулся так, что я понял, что он уже видел это и планировал свое вмешательство в дела Вошера.

Я прошел мимо него, ведя его к своему домику, и всплеск воды подсказал мне, что Вошер прыгнул в бассейн. Я никогда не купался в нем. Это было негигиенично, учитывая, сколько времени этот загорелый урод проводил в воде со своими надувными матрасами. Клянусь, я должен их всех прихлопнуть, чтобы спасти от приставаний. Они, наверное, поблагодарили бы меня за это. Это была не жизнь для маленького счастливого надувного существа.

Я отпер дверь с помощью своей магии и прошел внутрь, вздох облегчения покинул меня, когда Габриэль вошел, и я закрыл за ним дверь. Я позволил профессорской маске полностью соскользнуть с моего лица. Это был мой самый любимый момент за весь день — просто отпустить фальшь, которую мне приходилось надевать за этими стенами.

Я устало потер глаза, затем повернулся к своему другу, и он стремительно шагнул вперед и обхватил меня своими татуированными руками.

— Ты выглядишь мертвецом на ножках, — сказал он, отпустив крылья.

— Я тоже мертв на этих ногах, — сказал я, изобразив что-то вроде смеха, но это прозвучало неправильно. — Что ты здесь делаешь?

Он отпустил меня и опустился на диван, положив пакет с едой на журнальный столик.

Я присоединился к нему, сбросив пиджак и положив ноги на стол, пока ослаблял галстук на горле. Клянусь, что большую часть времени он был похож на петлю, накинутую Лайонелом Акруксом.

— Просто проверяю, — сказал он, нахмурившись, когда я наклонился вперед, чтобы взять со стола свой бурбон. — У меня было видение о твоей привычке пить.

Мои пальцы коснулись бутылки, и я внутренне хмыкнул, сев обратно на свое место и оставив бурбон там. — Я бы не назвал это привычкой, скорее необходимостью.

Я усмехнулся, но он не улыбнулся.

— Как дела с Вега? — спросил он, меняя темы быстрее ветра.

Я пожал плечами.

— Они сильные.

— Расскажи мне о них, — попросил он, выглядя искренне любопытным. — У одной из них голубые волосы, верно?

— Да, и что? — сказал я резко, слова прозвучали оборонительно, и я выругался про себя.

Я не хотел, чтобы Габриэль заметил что-то в моем поведении, когда дело касалось Дарси. Он мог бы использовать свое Зрение, чтобы попытаться увидеть больше. Слишком много. Не то чтобы там было что видеть. Я ни черта не сделал. И не собирался. Так как он вообще мог что-то увидеть? Определенно не было будущего, где я действовала бы в соответствии с этими безумными чувствами, так что я был на сто процентов защищена от его видений. Даже если я доверял ему свою жизнь, никто не должен был знать об этом. Это был просто сбой. Наверняка что-то связанное с ее Орденом. Она была просто Сиреной. Просто безобидная маленькая Сирена.

Габриэль почесал татуировку в виде трех переплетенных крыльев на ключице.

— Просто расскажи мне о них, — рассмеялся он, и я немного расслабился, рассказывая ему все, что узнал о двух потерянных принцессах, пока мы ели принесенные им тако — за исключением той части, где Блу была на вкус как лучший сон в моей жизни и так сильно возбуждала меня, что я не мог думать ни о какой другой девушке в последнее время.

Его серые глаза на секунду затуманились, когда он погрузился в видение, а когда он восстановил фокус, он посмотрел на спинку дивана, как будто что-то там увидел, и удивление проступило на его лице.

— Синий цвет означает, что ты… черт возьми, — пробормотал он себе под нос.

— Что? — потребовал я, мое сердце бешено колотилось.

— Ничего. — Он прочистил горло. — Слушай, я пришел поговорить с тобой кое о чем конкретном», — сказал он серьезно, его глаза потемнели. — В последнее время меня посещают странные видения. Как будто какие-то стены мешают мне что-то увидеть. Словно темное облако преграждает мне путь. Я пытаюсь пробиться сквозь них, но это невозможно. Я не знаю точно, что это, но я… я думаю, что это плохо, Орио. И это чертовски пугает меня, потому что если я не могу увидеть опасность, то я не могу защитить от нее свою семью. Я не могу защитить от этого тебя.

— Черт, — вздохнул я, давление снова нарастало в моей голове. — Я не знаю, что сказать, парень. Может быть, ты мог бы посоветоваться с другими Провидцами, узнать, не борются ли они тоже?

Он неопределенно кивнул, все еще глядя на меня с беспокойством в глазах.

— Ты действовал в соответствии с тем, что я сказал тебе на днях? Ты должен следовать за светом, Лэнс. Это важно. Важнее, чем я могу сказать.

— Я не знаю, что это значит, — умоляюще сказал я. — Какому свету, Нокси? Нет никакого света. Этот мир такой чертовски серый, что иногда я просто…

Мой взгляд снова переместился на бурбон, в голове крутились мысли о Дариусе, его отце, о том гребаном избиении, которое он пережил на днях. Мне стоило только закрыть глаза, чтобы почувствовать удары ремня по моей спине. На его спине. От этого меня тошнило. В буквальном смысле, блядь. В тот момент, когда он потерял сознание в своей постели той ночью, меня вырвало в его туалет с золотым сиденьем, когда я сражался с желанием вылечить его. Я не спал, зная, что он страдает, и не имея возможности ничего с этим поделать. Это была агония, которую я даже не могу описать, и хуже всего было то, что я знал, что Лайонел может сделать это снова в любой момент. И я ничего не мог сделать, чтобы защитить от него Дариуса. Точно так же, как я не смог защитить от него свою сестру.

Клара ушла из-за этого гребаного монстра, и каждый день, прошедший без нее, напоминал мне, насколько я был беспомощен перед его властью. Если бы я только начал действовать раньше, поговорил с ней о Лайонеле и понял, как глубоко он держит ее под своим контролем, возможно, я смог бы увести ее от него…

Габриэль протянул руку и положил ее мне на плечо.

— Прошлое ушло. Для тебя там больше нет путей.

— Я знаю, — выдохнул я, мой разум погрузился в темную, всепоглощающую яму.

— Так выбери новый путь, — призвал он. — Ты можешь быть счастлив, я знаю.

— Ты видел это? — спросил я, умоляя, потому что не видел в своем будущем никакого пути, ведущего к счастью. Хотя, возможно, уничтожение Лайонела принесло бы мне его. Возможно, именно это мог видеть Габриэль. И это давало мне надежду, потому что если он мог видеть падение Лайонела, значит, это действительно было возможно.

Он кивнул, в его глазах читалось обещание. Но у меня не было его дара, я не мог воспринимать то, что видел он. Поэтому я был просто азартным игроком, слепо делающим ставки, и не знал, куда девать свои деньги.

— Ответ находится на пути наименьшего сопротивления, — сказал он, и я вздохнул.

— Ну, тогда он должен быть на дне моей бутылки бурбона, — сардонически сказал я, наконец-то стащив ее со стола и поддавшись своей тяге к оцепенению. Я отвинтил пробку, сделал глоток и почувствовал на себе взгляд Габриэля. Он не осуждал, это было не в его стиле. Но иногда я думал о том, каким я был, когда впервые встретил его, и хотел бы быть таким для него. Этот алкоголик-мудак, которым я был сейчас, вероятно, был гораздо больше, чем он рассчитывал получить в качестве друга. Но мы не были обычными друзьями, мы были союзниками по Туманности, что означало, что я был избран звёздами для него, а он для меня. От этого никуда не деться, к сожалению для него.

Мы болтали о семье Габриэля, и я наслаждался счастьем его жизни, пытаясь украсть часть для своей собственной, забыв о своих проблемах.