Трагедии - Еврипид - Страница 187

Фоант Ты с делом божьим не спеши, чтоб вышел прок.

Ифигения Удалось бы очищенье!

Фоант Я с тобой о том молюсь.

В течение последней части беседы часть слуг ушла, кто в храм, кто на луг, прилегающий к нему, кто в дом. При окончании из храма показывается процессия: ведут Ореста и Пилада в наручниках с покрытыми головами, гонят телят, ягнят с луга, несут серные факелы. Во время прохождения процессии Фоант покрывает лицо плащом.

Ифигения Но постой, уже из дома осужденные выходят,[430]

Ризы новые рабыни мне несут... телят я вижу,

И ягнят выводят, чтобы, заколов их, след убийства

С нечестивых я омыла; светят факелы; готово

Все, что нужно, чтоб очистить и гостей и изваянье...

Строго-настрого беречься от заразы горожанам

Я велю... Привратник храма, если он очистил руки,

Чтоб богам служить, идущий для свершенья брака, жены,

Отягченные плодами, бойтесь язвы и бегите.

1230 Ты же, царственная дева, Зевса дочь и дочь Латоны,

Если я убийц омою, жертву примешь — там, где должно.

Будет чистою обитель Артемиды, мы блаженны

Тоже будем... Но о прочем умоляю — лучше смертных

Вам оно известно, боги, все и ты, богиня, видишь!

Следует за процессией через правый проход. Фоант в сопровождении слуг, несущих горящие факелы, входит в храм через среднюю дверь.

ТРЕТИЙ МУЗЫКАЛЬНЫЙ АНТРАКТ

Хор

Строфа О славный сын Латоны,

Не ты ли, златокудрый,

Делосские ущелья

Обогатил плодами?

Не ты ль кифарой славен,

Не ты ль и сердце тешишь

Стрельбой из лука, бог?

1240 Тебя с утесов влажных

Детенышем, едва

Покинув ложе муки,

Родимая умчала

К Парнасской выси Вакха,

Где шумны ликованья

И где потоки бурны;

И там, где, отливаясь

Своей спиною пестрой,

Под лавром густолиственным

Вещания Фемиды

Стерег дракон чудовищный?

Еще дитя, еще

1250 Ты, на руках у матери

Резвяся, змея-сторожа

Убил и на златом с тех пор

Божественном треножнике

Воссел, неложный бог!

Из глубины святилища

Вещанья роду смертному

Ты раздаешь. Близ вод

Кастальских твой чертог стоит,

Земли средина здесь.

Антистрофа С тех пор, как сын Латоны

1260 Божественных вещаний,

Землею затаенных,

Лишить дерзнул Фемиду,

Те сонные виденья

Земля сама рождает:

Что было, быть чему,

Она в пещерах темных

Гадателям в ночи

Показывает спящим

Из ненависти к Фебу.

Зачем отнять дерзнул он

У дочери оракул...

И быстрою стопою царь

1270 Достиг Олимпа выси,

Рукою детской Зевсов трон

Обвил он, умоляя,

Чтоб из чертога Пифии

Был изгнан гнев и страх.

И, улыбаясь смелости

И жажде храма пышного,

Царь кудрями встряхнул Зевес:

Вещания ночные он

Рассеял — больше нет

Забвенья вопрошающим

Земные силы темные,

И Локсий вновь приял

1280 Почет средь храма людного,

А человек гадающий

Уверенность обрел.

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ

Вестник со стороны моря, смущенный и торопливый.

Вестник Вы, алтаря служители и храма

Хранители, скажите мне, где царь.

Царя страны зову я: эти двери

Надежные пусть выпустят царя!

Корифей Коли спросить позволишь, в чем же дело?

Вестник Их нет... Ушли те юноши... их дочь

1290 Атридова спасла... Ее искусство...

Бежали на аргосском корабле,

И наш кумир священный там запрятан.

Корифей Не может быть!.. Но тот, о ком у нас

Ты спрашивал, не здесь, он храм покинул.

Вестник Но где же он? Царь должен все узнать.