Сияние любви - Джонс Тейлор - Страница 60

– Что вы делаете, молодой человек?

Возникшая вдруг рядом тетя Филиппа вся дрожала от ярости.

– Немедленно отпустите мою племянницу. – Эстелла, одетая в ярко-розовое тюлевое платье, следовала за ней по пятам.

– Мама, не беспокойся. С Генриеттой все в порядке. – Тетя Филиппа округлила от удивления глаза.

– Капитан Кинкейд, – заявила она, – вы намерены обесчестить мою племянницу?

Брендан состроил гримасу.

– Ну, миссис Хэнкок...

– Не разговаривайте со мной, вы... вы развратник. – Тетя Филиппа оглядела присутствующих. – Он развратник и вор в придачу. Оказывается, эта ужасная статуя, которую он послал моей племяннице, была украдена.

– Это правда! – вмешалась мисс Ратледж. – Капитан украл ее в Индии, а теперь его арестуют за это. Я уже сообщила полковнику Хингстону, описывая детали этого ужасного преступления. Фактически я предложила ему лично приехать сюда сегодня вечером, чтобы арестовать капитана.

– О чем это вы, черт возьми? – грубо поинтересовался Брендан.

'Мисс Ратледж скривила губы.

– Вы знаете, о чем я. – Она фыркнула и обратила свой взгляд к присутствующим: – Мы должны были обручиться, а он бросил меня в Калькутте.

Все гости, находившиеся в комнате, обратились в слух, привлеченные возможностью услышать сплетню.

– Послушайте-ка, Кинкейд мой шурин, и я знаю его уже много лет. Он не вор, – заявил Хорас Даутрайт-старший.

Мисс Ратледж выдавила из себя слезу.

– Он забавлялся со мной, даже когда ухаживал за другой. – Она бросила на Генриетту злобный взгляд. – Он самый настоящий распутник.

– Придержите язык, мисс Ратледж! – рявкнула Пейшенс. – Мой брат, несмотря на все его недостатки, хорошо разбирается в женщинах и не будет связываться с подобными вам. – Она повернулась к Брендану и Генриетте: – Я вижу, что ты добился своего, выполнил условие игры.

Генриетта застыла на месте, затем медленно убрала ладонь с руки Брендана.

– Я не понимаю, – прошептала она.

Брендан, казалось, не слышал ее. Он нервно сжимал и разжимал кулаки. Даутрайт положил руку на плечо жены.

– Пэтти, не надо. – Пейшенс оттолкнула его.

– Я просто не могу спокойно стоять и смотреть, как они крадут титул у бедного маленького Хорри. Видит Бог, я пыталась, но больше сдерживаться не могу.

Молодой Хорас вынырнул из-под руки матери и засунул очередную конфету в рот.

– Мама, я тебе сотни раз говорил, что не хочу быть графом Керри. И с тех пор, как мне исполнилось два, я не был маленьким.

– Тише, малыш! – Пейшенс приблизила лицо к лицу Генриетты, дохнув на нее запахом какого-то лекарства. – Глупышка! Тебе следовало слушаться своей тети. Неужели ты думаешь, что капитан и вправду мог влюбиться в такого книжного червя, как ты?

У Генриетты похолодели руки.

– Я...

Пейшенс презрительно фыркнула:

– Это игра. Поэтому мой братец за тобой и ухаживал. Чтобы выиграть титул и земли своего сводного брата. Тебя просто легко было завоевать. Девушка, не пользующаяся популярностью, неопытная и не знающая ничего о таких опасных мужчинах.

Генриетте показалось, что стены салона стали сжиматься, потолок вот-вот обрушится на нее. Все пялились на нее и ждали.

Пейшенс издала презрительный смешок:

– Думаю, он уже просил тебя выйти за него замуж, как можно скорее, разумеется. По условиям игры у него остается немного времени.

Генриетта молча посмотрела Брендану в глаза. Разумеется, Пейшенс лгала.

Взгляд Брендана был холодным.

– Прости, – выдавил он из себя.

Генриетта вышла из салона. Нежные зеленые побеги любви и надежды, которые она еще совсем недавно лелеяла, погибли. Она опять была одна.

Глава 17

Рыцарь на белом коне черном муле

– Поздравляю, – проговорил мистер Гринбрайер. – Это означает, что вы выиграли игру.

Брендан тупо уставился на поверенного. Ему немалых трудов стоило побриться утром, выпить кофе у Бринкса и доехать до офиса Гроппера и Гринбрайера.

– Я знаю, – ответил он нехотя.

– Вы довольны?

Брендан пожал плечами. Ему было все равно. После всего того, что произошло, он даже подумывал о том, чтобы передать все молодому Хорасу Даутрайту-четвертому. К чему одинокому человеку замок и огромное состояние?

Гринбрайер сцепил руки в замок и подпер ими подбородок.

– Надо сказать, я немало удивился, узнав, что вы победили из-за несоблюдения правил. Я был шокирован, узнав, что ваша сестра, миссис Даутрайт...

– Сводная сестра, – уточнил Брендан.

– Хорошо, ваша сводная сестра, так резко нарушила правила. Она не только рассказала об игре своему сыну, что, как написал Уильям, не должна ни в коем случае делать, она еще упомянула о ней перед всеми в Брайтвуд-Холле на прошлой неделе. – Поверенный покачал толовой. – Когда леди Темпл рассказала мне об этом, я не поверил своим ушам. А все эти выходки миссис Даутрайт кажутся еще более странными в свете этого.

Мистер Гринбрайер взял в руки толстый конверт, перевязанный бечевкой, и помахал им в воздухе. Брендан вспомнил, что уже видел этот конверт во время первой встречи с поверенным. Любопытство взяло над ним верх.

– Что там? – спросил Брендан.

– Я не имею права позволить вам ознакомиться с содержимым, – ответил Гринбрайер. – Но я могу сказать вам, что в этом конверте хранятся несколько любовных писем и стихотворений, написанных вашей приемной матерю и ее любовником, неким Дермотом Флинном.

Брендан растерянно поморгал глазами.

– Дермотом Флинном? Он был лесничим в замке Керри.

Детские воспоминания взаимных оскорблений и намеков, которыми обменивались его отец и мачеха, нахлынули на него. Теперь все предстало в новом свете.

– Он был лишь одним из ее любовников. Но мистер Флинн был отцом миссис Даутрайт. Уильям обнаружил эти письма и послал их мне, чтобы они помогли удержать ее от нарушений правил игры.

– А Пейшенс знала, что они у вас?

– Да. Но это не удержало ее, не правда ли?

Брендан не ответил. Теперь ничто не имело значения, раз рядом нет Генриетты.

Брендан помотал головой, пытаясь отогнать от себя мысли о ней. Генриетта больше не была частью его жизни. Она спряталась в доме у тети Филиппы и отсылала его письма назад не читая. Брендан обманывал ее все это время, стараясь завоевывать ее любовь и доверие. Такое прощать нельзя.

– Уничтожьте эти письма, – проговорил Брендан упавшим голосом.

Гринбрайер потер висок.

– Хорошо, сэр. – Он сделал запись в своем блокноте, а затем снова посмотрел на Брендана. – Ну что же, вся бумажная работа будет завершена до конца недели. После этого вы сможете распоряжаться деньгами и имуществом по своему усмотрению. Кстати, не могу выразить, как я рад, что все это недоразумение с золотой статуей наконец-то выяснилось. Вас могли бы засадить довольно надолго.

– Возможно, – ответил Брендан. Его могли бы посадить в лондонский Тауэр, но хуже, чем сейчас, ему все равно бы не было.

– Когда я услышал о рейде который они устроили в Брайтвуд-Холле, я ужаснулся, – продолжал мистер Гринбрайер. – Что за глупая женщина эта мисс Ратледж – вызвать полковника Хингстона, чтобы арестовать вас!

– Глупо, – подтвердил Брендан безучастным голосом.

– Выражение ее лица в тот момент, когда статуя была обнаружена в ее спальне, а не в вашей, было бесподобным. Хорошо, что майор Бонневиль заметил, как она прячет статую в вашей комнате, и успел ее перепрятать. – Брендан медленно провел рукой по своим волосам.

– Я думал, вы вызвали меня, чтобы обсудить игру.

– Такая жалость, – сокрушенно вздохнул мистер Гринбрайер. – Видите ли, я уже много лет служу вашей семье, а до меня на Кинкейдов работал мой отец. Так что мне неприятно видеть, что имение продается.

– Ядумал передать его молодому Хорасу.

– Это очень... щедро с вашей стороны, капитан Кинкейд. Но Уильяму этого бы не хотелось.

– Тогда чего он хочет? – У Брендана начало создаваться впечатление, что его брат придумал для него какую-то изощренную пытку ради своего развлечения. Но нет. Уильям не был таким.