Двое из будущего. 1901-... (СИ) - Казакевич Максим Валерьевич - Страница 48

— А что, далеко у вас тут сервис? — спросил я счастливого парня, что лыбился прямо передо мной. — Можно его посмотреть?

— Да, конечно, Василий Иванович, вам все можно. Вон дверь на задний двор, там у нас ремонт налажен. Пойдемте, я вам все покажу.

В общем-то, смотреть там было особо не на что. На заднем дворе образовалась небольшая постройка, в которой стояло несколько верстаков с тисками, маленький токарный и сверлильный станочки, ручной пресс и подставки, что позволяли стоять технике строго вертикально. За одним из верстаков трудился серьезный мужичок, который с умным видом раскидывал небольшой двигатель от «Урала». Услышав хлопнувшую дверь, не отрываясь от занятия, он громко и не слишком довольно произнес:

— Дверь закрывайте, сколько можно говорить. Дует! — и только потом поднял голову. Кивнул приветственно Степану Ильичу, менеджера вовсе проигнорировал, а на мне задержал взгляд, напрягая память.

Я поздоровался и с интересом подошел к столу, окидывая фронт работ. И все стало понятно — мужик менял прокладки, которые очень уж часто у нас прогорали. Паронит бы нам сделать и было бы счастье. Но вот беда, о нем я не знал вообще ничего, и потому как нам его получить оставалось лишь гадать. Уже сейчас частью мы перешли на медные прокладки и проблема вроде бы решилась. А тот «Урал», что сейчас перебирал ремонтник, был из самых первых выпусков.

Меня мужчина так и не вспомнил и потому никаких восторгов в его голосе и не присутствовало:

— А Саввы здесь нет, — глухо сообщил он, глядя на старшего Мальцева.

— Мы знаем, — ответил тесть, подходя к захламленному верстаку. И кивнув на грязный двигатель, ехидно спросил, — что, ломается железяка-то?

— А, зараза, замучила меня эта ваша техника, по ночам уже снится. Одно и тоже каждый день, — раздраженно ответил мужчина, схватив с верстака ветошь и энергично, словно таким образом выпуская свое недовольство, принялся оттирать мазутные пальцы. И при этом громко ворча, проклиная свою работу. — Масло поменяй, фильтра поменяй, цепь натяни, тросики натяни, бак от дерьма почисти, колеса подкачай…. Тьфу! Надоело хуже редьки, никакого творчества. Одно и тоже каждый день…. И ломается все время, зараза.

— То есть, техника дрянь? — со смешком спросил Ильич, поглядывая на меня.

— Дрянь, конечно, — чистосердечно признался мужик.

— И что, неужели все так плохо? Поди заграничные-то получше будут?

— Да ну вас, — совсем уж раздраженно махнул рукой мужик, — чего спрашиваете? Сами и так знаете. Разбирал я как-то заграничные двигателя, так скажу вам, что и у них не все хорошо. Тоже часто ломаются. Нету надежности ни у кого! А уж как масло нагорает! В керосине приходятся детали сутками отмачивать!

Слова этого мужчины были для меня как ружейные выстрелы, такие же хлесткие, режущие слух и болезненные. Обо всем, что он говорил, я знал и так, но, черт побери, все равно было очень неприятно их слышать. И все из-за молодости нашего производства, отсутствия серьезного опыта и несовершенных смазочных материалов. Когда там еще появится синтетика, полусинтетика или же простое, но качественно минеральное масло для моторных движков с нужными присадками? Нынешнее очень уж сильно горит, а в будущем, когда мы станем идти по пути повышения оборотов, проблема обострится еще больше. Вот и приходится сейчас мучиться, часто промывать моторы в керосине.

— Тебя как зовут-то? — спросил я мужика, когда тот перестал ворчать и бросил ветошь на стол.

— Дмитрий я. А что?

— Давно с моторами возишься?

— С подобными, — он кивнул на разобранный двигатель, — пару лет. До этого с другими работал.

— У Саввы давно работаешь?

— С полгода, а что?

— Самоучка?

Мужик развел руками. Можно было и не спрашивать, слишком уж молодая отрасль. На мотористов нашего профиля никто еще специально не учит. А надо бы…. Мы при заводе открыли что-то наподобие класса техникума, где по вечерам опытные рабочие передают свои умения молодежи. И приглашаем читать лекции преподавателей из университетов, чтобы те отдавали свои знания не легкомысленным студентам, у которых в одно ухо влетело, а в другое вылетело, а уже состоявшимся опытным рабочим и инженерам, которые усваивали и переосмысливали материал сугубо с практической точки приложения. И надо сказать, что приглашение преподавателей хоть и стоило нам хороших денег, но оно себя оправдывало. Грамотность наших кадров медленно, но верно повышалась, что положительно сказывалось на качестве работ. Так вот, имея этот опыт, можно организовать нечто подобное и по теории строительства и эксплуатации двигателей внутреннего сгорания. С преподавательским составом, правда, будет беда, таких специалистов днем с огнем не сыщешь. Поэтому придется воспитывать своих. Тот же Тринклер в какой-то мере сможет потянуть это дело. Да и обучить наших партнеров как грамотно ремонтировать наши мотоциклы тоже необходимо. Гарантийный ремонт именно это и подразумевает.

— Ты, Дмитрий, я смотрю, любишь с техникой возиться, — сказал я, подходя к верстаку. — Ты у Саввы Степаныча один такой или еще есть подобный тебе?

— Один я такой, — признался он. — Сложно найти грамотного помощника. А инженеры денег требуют.

— А ты значит забесплатно?

— Ну почему же? Свой честный рупь я имею.

— А в столицу не думал перебраться?

— В столицу, скажете тоже. Да кому я там нужен? Там и своих без работы хватает. Ну, приеду я туда, а дальше куда?

— А на «Русские Заводы», например?

— Ну, вы хватили, — засмеялся словно от веселой шутки Дмитрий. — Туда же просто так не попасть. Слышал, что очередь там большая. И чем я там заниматься буду в этой столице, дожидаючись телеграммы? А тут мне у Саввы Степаныча вполне неплохо. Да и с техникой я здесь могу спокойно заниматься.

Что ж, хозяин-барин. Не желает мужик срываться с теплого места — его дело. Да и у Саввы работника воровать тоже не очень хорошо. Поэтому я промолчал и лишь покивал головой, показывая, что принимаю его доводы. А после, сказал:

— Ты, когда отсюда решишь уходить, и если вдруг возникнут сложности с работой, то к Степану Ильичу обратись. Он подскажет тебе адресок, где меня можно найти. И если надумаешь перебраться в столицу, то я помогу тебе с работой. И вот тебе номер телефона, чтобы позвонить смог с вокзала, — на первой попавшейся бумажке я карандашом вывел несколько цифр. — Мне разбирающиеся работники нужны, — и с этими словами я вышел из помещения на свежий воздух. Следом за мной степенно вышел тесть, а в щель закрывающейся двери я услышал недоуменный голос Дмитрия, который спрашивал у парня, что продавал мои мотоциклы.

— А это кто такой был?

С Саввой я встретился следующим днем. Приперся он в старый дом, где жил раньше и поймал меня за утренней тренировкой, без которой я уже не мог обходиться. Не размявшись с самого утра, я целый день ощущал себя не в той тарелке. И к моему удивлению он не повел себя, так как обычно, а терпеливо дождался, когда я освобожусь и только потом поздоровался со мной за руку:

— Здравствуй, Иваныч. Рад, что приехал. Честно.

Не похоже на него это. Наглости поубавилось у него что ли?

— И тебе привет. Как дела твои?

— Грех жаловаться, — ответил он довольно и похлопал по внутреннему карману пиджака, где обычно лежал толстый кошель. — Хорошо торгуюсь, люди раскушали твою технику. И на ремонтах неплохо получается заработать.

— Ну что ж, рад за тебя, — только и оставалось мне ответить. С моей точки зрения наши мотоциклы и мопеды были слишком уж далеки от идеала, но вот местный люд, неизбалованный качественными агрегатами, радовался и этому. И после этих слов я отошел в сторону, чтобы обтереться полотенцем. Разговаривать со своим родственником у меня не было никакого желания. А что до деловых отношений, то на этот случай у нас есть договор, в котором довольно жестко регламентировались все торговые условия. И в случае недоразумений с Савкой всегда разбирался наш юрист безо всяких скидок на наше родство. И я в это дело не вмешивался.