Неисправная Система. Том II Грехопадение (СИ) - Коробов Станислав - Страница 96

Твою мать.

[Метание]

Не сдержавшись, я со всей силы скинул с себя тушу обнаглевшего кошака. Яркий солнечный свет больно резанул по глазам. Пусть мы сейчас и находились в пещере, моим глазам и этого оказалось достаточно, чтобы схлопотать «ослепление». Тело же и вовсе не желало реагировать на команды. Каждую его часть словно пронзили сотнями, если не тысячами мельчайших иголок. Боли не было, но онемение и раздражающий зуд…

Чертово животное отлежало мне каждый мускул.

И все же я был не против. Пусть кошак и повинен в моих страданиях, это ничто на фоне радости от оживления. Условно я не был мертв, но успел примириться со смертью. Потому радость от осознания, что все это оказалось уловкой, сейчас переполняет меня.

Уловкой, на которую я чуть было не повелся.

Сучность вновь собиралась развести меня, пользуясь стечением обстоятельств. И вновь ей даже не пришлось бы ничего делать для достижения цели. Потому как я уже нахожусь среди живых.

Будет лишним поводом ставить под сомнение каждое его слово. Или как минимум не делать поспешных выводов.

Я невольно глянул на руку с отметинами. По словам Грегора, они подтверждают, что все сказанное сущностью является правдой…

На тыльной стороне ладони остался шрам от двух отметин. Двух, но не трех.

Ну и что ты приказал Грегору?

И в ответ тишина. Впрочем, стоило ли ожидать чего другого? Уже и это является хорошей новостью. Сильно сомневаюсь, что сущность отпустит раба, прежде чем он полностью расплатится по счетам. А значит, Грег все еще жив.

Надеюсь.

Надо скорее подняться. Кто знает, что успел сотворить толстый ублюдок за время моего отсутствия…

К телу понемногу возвращалась чувствительность, и мне удалось приподняться на локтях.

— Дорогой, ты очнулся! — Мира уже было собралась кинуться ко мне, но сделав всего пару шагов, резко обернулась обратно, к девушке с длинными пепельными волосами из одежды на которой оставалась одна лишь мешковатая тряпка. — Дорогой, если это вправду ты, скажи что-нибудь, что знаешь только ты. Эта ненормальная хочет убить тебя.

— Не убить, — в руках у пепловолосой появился кинжал с изогнутым на манер молнии лезвием. — Убить его невозможно. Единственный вариант разделить душу Первородного на множество частей и запечатать каждую из них в отдельных сосудах. Иногда принося в жертву новые тела, чтобы эта тварь больше никогда не смогла вернуться в мир.

— Я, кажется, говорил, что мы не пара, — попытка подняться потерпела фиаско. Онемевшие руки отказывались долго удерживать меня в сидячем состоянии. — И меня заинтересовало предложение этой эксгибиционистки. Пусть говорит, если она знает, как избавиться от этой заразы.

Легкий порыв ветра колыхнул потрепанный балахон, заменяющий пепловолосой одежду, открывая обзор на ее татуированное тело. Тонкие полосы узора подчеркивали каждый изгиб…

Тьма застилает мой взор…

Своей рукой Мира попыталась прикрыть мне глаза, едва не расколов череп. Во всяком случае, был отчетливо слышен хруст моей головешки.

— Мира, ты вообще на чьей стороне? — с исцелением к телу возвратилась чувствительность.

Девушка понурила голову.

— Тогда не мешай, — с трудом, опираясь на подошедшего кошака, я смог подняться на ноги. Тело все еще плохо слушалось, но даже так лучше, чем валяться в зрительском зале.

— Н-но я… — эльфийка опешила от такого отношения. Уже дважды вместо благодарности ее понуряют за попытку помощи и проявление заботы. — Хорошо, дорогой.

— Теперь ты, — пальцем я указал на извращенку. — Говори, как избавиться от твари внутри меня. И не затягивай. Я не собираюсь торчать здесь целую вечность, пока снаружи идет бойня.

Девушка уверенной поступью направилась мне навстречу.

— Проще простого. Как только кинжал пронзит твою грудь, Первородный лишится возможности воздействовать на этот мир через твое тело.

А заодно этой возможности лишишься и ты. Помнишь чувство полного бессилия? Когда даже собственное тело не желает тебе подчиняться. Это не смерть. Это много, много страшнее смерти.

И видимо на это сработает, раз ты решил подать голос.

Сработает, я стану слабее, но вернусь с новым телом. А ты так сможешь? Сильно сомневаюсь. Прежде чем дашь ответ вспомни, соврал ли я хоть раз. Одно дело, что результат был не тот, на который рассчитывали смертные, но лжи в моих словах не было ни грамма. Все эти уловки удел слабаков и ничтожеств. Мои же знания позволяют достигать цели одной лишь правдой.

Неожиданно обе девушки приняли боевые стойки.

— Ты ведь тоже почувствовала проявление силы Первородного, — пепловласая перехватила кинжал для удара, в свободную же руку призвала сияющий золотом щит. — Не запечатаем сейчас, помрем.

— Это всего лишь отголосок, — эльфийка встала на мою защиту. — Таких как он много. Никто даже не заметит, если один потеряется где-нибудь со мной.

— Полоумная малявка! Этот «отголосок» уже убил одного бога, — вспышкой света девушка переместилась мне за спину, замахнувшись кинжалом для удара.

Черный стержень, пронесшийся у моего уха, впечатал девушку в стену. Из ее груди вырвался протяжный вздох. Пусть легендарный артефакт и смог остановить удар, он не отменял вложенной в него силы.

— Следи за языком, — за спиной эльфийки появился сотканный из мрака плащ. — Из нас двоих к божественности сейчас ближе именно я. И если «божество» сисек не понимает по-хорошему… — черные стержни заполонили собой пещеру. — Его всегда можно заменить. Хочешь сохранить жалкие остатки божественности? Бросай на землю артефакты и вали отсюда. Или мне стоит собрать их с твоего трупа?

— Как только я доберусь до храма… — пулеметной очередью стержни обрушились на девушку.

Пепловласая едва успела укрыться за щитом. Правда, помогало это не слишком. Атаки Миры за счет одной лишь грубой силы вдалбливали противницу в стену, заставляя трещать свод пещеры.

Вспышка вырвалась из-за щита, и тут же была загнана обратно, ударившим наперерез стержнем.

— Кинжал тоже оставь, — не говорила, а приказывала эльфийка, ни на секунду не ослабляя напора.

Следующую вспышку света, в разы более яркую, чем предыдущую мира выпустила прочь из пещеры. И только следы крови на камнях, да разруха в пещере напоминали о короткой стычке за пределами человеческих возможностей.

— Дорогой, — окутанная плащом из мрака эльфийка обратилась ко мне. Обычно нежный голос сквозил силой. — Подойди ко мне.

Киса, секундой ранее подпиравшая мой бок испарилась, словно ее здесь никогда и не существовало.

Спасибо за поддержку животное, спасибо за поддержку.

Вдох-выдох.

Она хоть и дурная, но явно же не задумала еще какой глупости?

Надеюсь.

Девушка же терпеливо ждала, пока я доковыляю. Каждый шаг давался немалыми усилиями.

— Спасибо, — рукой я утер стекающую у нее из носа струйку крови и попытался исцелить рану. Способность же не оказала на девушку и малейшего воздействия.

Я почти ничего не понял из их диалога, но ясно одно — Мира была на моей стороне, и за одно это уже стоит поблагодарить девушку.

Тьма вокруг эльфийки окончательно развеялась, и она упала мне в руки.

— Позже покажешь делом свою благодарность, — в этот раз обошлось без подшага.

У девушки не осталось сил даже чтобы удерживать себя на ногах. Показанная способность явно была из высшего эшелона.

Я аккуратно уложил ее на землю. В таком состоянии вернуться в бой она не сможет.

— Подожди здесь, я вернусь, как только выбью у Грега свой кулон, а заодно и нежить добью, — с большим трудом девушка схватила меня за руку, не давая уйти.

— Дорогой, все уже закончилось, — Мира прокашлялась кровью. — Мы пробыли в астрале больше недели. Еще дня три ты не приходил в сознание. Снаружи никого нет. Только пустошь, гниющие трупы, да обломки крепости.

Твою мать.

Послесловие автора.

1) третью часть начну выкладывать ориентировочно через 2 недели. Продумать надо многое. Мир изменился. В нем исчезло разом 2 бога (пусть один еще и сохранил частичку своей божественности и остался в мире, чем определенно заслужит дальнейшее внимание); практически полностью были истреблены орки и царство насекомых, отделяющие королевство людей от зверолюдов и это будет иметь свои последствия; более того, зверолюды обрели возможность дальних переходов.