Случилось нечто невиданное (ЛП) - Даскалова Мария - Страница 57

     — Здесь не почтовая станция, где подают коней по первому желанию, — сказал он Бенкендорфу. — Шлюпки только с моего разрешения.

     Изумившись дерзости командира корабля Критского, граф пожаловался на него адмиралу Грейгу.

     — Критский — командир корабля, и я не имею права отменять его распоряжения, — таков был ответ Грейга.

     Феликс Петрович впал в восторг, когда узнал об ответе адмирала.

     В сентябре наступила кульминация военных действий у Варны. Корабли обстреливали крепость день и ночь. «Соперник» и «Меркурий» высадили новые десантные части на южный берег залива. Высоту на мысе Галата занял небольшой отряд под командованием генерала Бистрома, а у поселка Карантината построила редут часть генерала Головина. Генерал Засядько разместил ракетный полк на трех узловых высотах — северо-восточнее, западнее и юго-западнее Варны, которые действовали непрерывно. Триста три солдата и тридцать восемь офицеров заняли места за ракетными станками, чтобы расстрелять две с половиной тысячи снарядов по крепости.

     В эти осенние дни Варна превратилась в пылающий костер.

     Феликс Петрович отмечал в своем дневнике и письмах все важные и интересные события, которые происходили вокруг. Кривцову он писал почти ежедневно. Вот какие письма получал тот от своего приятеля Феликса Петровича.

<p>

</p>

     13 сентября 1828 г.,

     на борту корабля «Париж»

     …Ты не знаешь, что представляет собой военный корабль. И я до последнего времени наслаждался таким сладким невежеством, но теперь я уже кое-что знаю. Ветра нет, море спокойно как зеркало, а корабль то поднимается, то опускается, вверх-вниз, со свирепым постоянством. Господину Мюллеру, чтобы накормить царскую свиту, не требуется много провизии. Сядут за столы 60 человек, но после поглощения супа половина исчезает, а за жаркое почти никто не принимается.

     С прибытием на корабль я снова оказался под руководством Матусевича и Бутенева и погрузился в большую политику, поэтому нахожусь в курсе последних новостей. Наш флот тут при Варне захватил целую турецкую флотилию, и если балтийский флот заблокирует Дарданеллы, то и наша дипломатия на море одержит победу. Англия, как известно, не соглашается признавать блокаду Дарданелл нашим флотом. Наши дипломаты, хоть и с большим трудом, усвоили эту истину. Скоро, чтобы плюнуть в море, потребуется просить позволения англичан. Что же до политики Австрии… Несмотря на все свои старания, австрийскому кабинету не удалось достигнуть полного примирения между Портой и Англией с Францией. Австрийское правительство подстрекает Порту упорствовать в решении греческого вопроса. Мне непонятно, почему они так поступают. Ведь Австрия также имеет интерес и в торговых, и в политических связях с независимым греческим государством. «Доброжелательная» Пруссия начинает колебаться. Не хочу хулить ее, но она самая слабая в пятерке ведущих держав Европы. Поэтому, чтобы удержать свое место в концерте европейских держав, она пытается вмешаться в наши отношения с Портой. Берлинский кабинет пытается убедить нас принять его посредничество в мирных переговорах с турками. Мы в таком случае используем одну из хитростей Меттерниха. Тот, хотя и имел хороший слух, часто притворялся глухим. То же самое мы делаем и с пруссаками. Мы говорим: извините, но гром орудий так силен, что мы не разбираем, что вы говорите.

     И все-таки прения о Греции принимают благоприятное направление. Все больше разговоров о независимом греческом государстве. Без признания полной независимости все высказывания о самостоятельной территории и государственных границах — это только красивые слова. Но это характерно для англичан. Да, и мне кажется, что намерение украсить новое государство королевским троном восторжествует…

     Тут у нас кипит напряженная работа. Генерал Шильдер день и ночь погружен в дело, как мышь в мучной мешок. К южному берегу залива приближается армия Гомера Врион-паши. Говорят о предстоящей атаке на его силы. По этому вопросу существует неопределенность. Одни ратуют за непременную атаку, другие желают ее избежать. Страсти и амбиции разгораются… Чтобы уяснить сложившееся положение, на разведку послан отряд лейб-егерского полка — два эскадрона и четыре орудия под началом польского полковника флигель-адъютанта графа Залуского.

     Посмотрим, как пойдут дела.

<p>

</p>

     16 сентября 1828 года

     на борту «Парижа»

     под Варной

     …Глубокая разведка, предпринятая полковником Залуским, провалилась. Полковник двинулся в разведку, не имея ни малейшего понятия, как ее следует проводить. От высокого самомнения, глупости и нерадивости он не предпринял достаточных мер безопасности. Турки напали, захватили орудия, перебили большую часть людей, а сам полковник едва спасся бегством. В главной штаб-квартире поднялся большой шум. Здесь шумят и по поводу отсутствия бдительности, и от стремления князя Евгения принимать предохранительные меры. А тот просто хочет знать, с какими силами ему предстоит встретиться. Штабные же называют это трусостью, а самого князя — выжившим из ума стариком. Его корпус приближается к Варне. С адъютантом князя Комаровым император послал приказ атаковать противника с марша, как только встретят его. Атаковать без разведки! Князь желал остановиться на два дня для отдыха личного состава и для производства разведки, ведь тут совершенно незнакомая ему местность: он даже не знает, где можно разместить свои части. Но Дибич отказал: император стоял за незамедлительную атаку.

     Между тем великий визирь Мехмед Селим-паша наступает с юга, а Гомер Врион-паша с запада. Я задаю себе вопрос: какую «Илиаду» собирается написать этот Гомер?

     Я думаю, тебе знакома такая личность с большим самомнением, как генерал Сухозанет. Он твердит, что уже имел дело с войсками Гомера Вриона, наткнувшись на них со своим отдельным небольшим отрядом. Он уверяет командование, что из-за них не стоит тревожиться — они не представляют ничего особенного. Ему поверили. Кто знает, может, так оно и есть…

     Приказ атаковать относился и к генералу Бистрому, который укрепился на мысе Галата. Дибич готовил скоординированные действия. Бистром и князь Евгений должны будут атаковать противника, о котором они не имеют ни какого понятия. В любом случае, что бы там ни случилось, главное произойдет здесь, при Варне…