Странствия Луны (СИ) - Иванов Сергей "Logo42" - Страница 116

Поневоле забеспокоишься, идя на контакт с такой личностью. И поневоле согласишься с Ириной: разумное существо с такими параметрами личности и с имеющимися у него возможностями экстремально опасно. А если это еще и женщина, то тогда вообще лучше не связываться.

А надо.

Но Арошни там не одна. Светлая Богиня проявила себя тоже весьма нетривиально. И заставила задуматься еще и над этим. Потому, что после того, как Мстители убили Бинайраэна, а потом сознались мне, что действовали по приказу Светлой, и даже признались в содеянном по ее приказу… Уууу…

Начну с Шайнтлайна. Креатура Арошни, это понятно. Уж не знаю как, но информацию с него она точно снимает, я в этом уверена. При этом, Бинайраэн был моей собственной креатурой, и ему я могла доверять целиком и полностью. Сомневаюсь, что с него Арошни что-то там могла бы снять. Все-таки, Бинайраэн был сформирован мною и окружающей меня средой обитания, а Шайнтлайн был подготовлен Арошни заранее.

Но теперь его нет. И его место точно займет Мелантия.

Она халфлингша.

Которая только что получила повышение через кое-чей труп. Пусть сама ни сном, ни духом, и вообще не при делах целиком и полностью, без всяких шуток… Ну и так далее. Она тут совершенно ни при чем, и это правда.

Но кто там у нас официально является божеством халфлингов в Землях?

Светлая Богиня!

Красивая комбинация! Аж до дрожи красивая! Понять бы еще, зачем Светлой Богине понадобилось на время выключать из игры Джандииру и Азалайтен — совсем было бы здорово. Вот не верю я в то, что это была случайность! Не верю!

Но также я с трудом верю в то, что Дива не вычислила бы у меня опасную для себя шпионку. Впрочем, для этого Мелантии было достаточно быть безопасной до нашего похода в Ил Алук. А какова ситуация сейчас я не знаю.

Мстители сидят под арестом, причем зайти к ним могу только я и никто другой. Даже, еду им буду носить лично. Сейчас они пассивны, и очень слабо фонят в местную ноосферу. Минайриль их увидит только в том случае, если будет целенаправленно искать. Но даже увидев, не сможет толком ничего сказать про них в силу того, что для нее лично Мстители сейчас не опасны. Дива, конечно, про них узнает, но тоже вряд ли что-то сможет предпринять. Остаются только Мелантия и Шайнтлайн.

Вот тут я ничего толком не могу предположить.

Кроме одного. Носимую Мстителям еду я обязательно буду проверять на яд. Причем опасаюсь я отнюдь не Шайнтлайна, а Мелантии из рода Черноглазов.

Paris Quadrifolia, семейство Мелантиевых — растение такое. Он же, простым языком, Вороний Глаз. Это меня Ирина просветила. Просто диву даешься как Система подбирает имена для персонажей!

Нет уж, кормить буду только лично и только с проверкой на наличие яда!

Вздохнув, я активировала вход в игру.

***

Самое странное, что все мои тревоги оказались напрасными. Ну, по крайней мере, на первый взгляд. Дива все так же сидела в келье с Минайриль. Мелантия плела какие-то свои интриги. Шайнтлайн занялся заданиями, оставшимися после гибели Бинайраэна. И оба даже близко не приближались к Мстителям, которые тихо сидели под замком. Азалайтен и Джандиира пребывали в бессознательном состоянии, но им ничего не угрожало. Примерно через сутки они должны были поправиться. Как раз к открытию Завесы.

Тишь да гладь!

Проклятье! И как в такой ситуации радостно наслаждаться паранойей, когда все вокруг за тобой демонстративно не следят? Суслики фиговы: ты их слежку не видишь, а она же наверняка есть!

Придется заняться решением накопившихся проблем. Например, тем фактом, что до открытия Завесы осталось совсем немного времени. Послезавтра утром моя территория окажется доступна всему миру. И следует отметить, развита я была не особо сильно. Даже территория освоена не вся. Ничего удивительного — я сосредоточилась совсем на другом. Но сейчас мне предстояло срочно, до открытия Завесы, решить хотя бы несколько насущных вопросов развития, отложив в сторону всё остальное. Даже столь важное, как личности Арошни и Светлой Богини.

Конечно, вопрос номер один — это Ормстюр. Тихо данный кадр не сидел, и в мое отсутствие прошли набеги, на ближайшие к морю поселения. Причем больше они походили на разведку боем плюс тренировку новичков в боевых условиях. Дело в том, что атаковали меня, в основном, отбитые у демонов трэли под командованием пары-тройки серьезных бойцов. Ни Эйджилса, ни самого Ормстюра там и близко не появлялось. Разве что, при атаке на поселение Селки всерьез засветились вершарки — акульи оборотни. Но предупрежденные мною заранее Тюлени успели подготовиться, и для них это нападение не стало сюрпризом. Набег на Малиновый Куст отразил Карнэсард, подоспевший со своим драконом на помощь ополчению халфлингов. А вместо атаки Галадинена викинги попытались ограбить торговый пост. Ой, зря! Не уверена, что Эклавистини пришла бы на подмогу поселения, но его жители уже были моими подданными, а значит враждовали с викингами. Так что тех стали бить сразу с двух сторон. В общем, без шансов.

Еще Ормстюр устроил гонки на выживание с экспедицией Эйнара. Вот там была вся его элита, включая и самого предводителя викингов. Если бы не мой дракон, ставший неприятным сюрпризом для вершарков, были бы потери. Замораживающее Дыхание в воде действовало не хуже, чем на суше, надолго подвешивая практически невидимые облака парализующего яда. Для акул эти “мины” оказались сложным препятствием, что и позволило Эйнару если и не оторваться от преследователей, то хотя бы не дать приблизиться к себе на опасное расстояние. Догнать его Ормстюру не удалось, но, добравшись до селки, мои викинги с их-то фракционной супервыносливостью просто попадали с ног от усталости. Потому их и не оказалось в замке к моему прибытию. Но сейчас я с нетерпением ждала доклад Эйнара и знакомства со Снорри.

С моей стороны несомненной козырной шестеркой против Ормстюра оказался отпущенный на вольные хлеба гоблин и его отряд. Легко захватив власть в своей деревушке, тот сдержал слово, и провел прямо-таки образцовый набег на замок викингов. Передав местным трэлям-эльфам записку от Баэльквейта, гоблин умудрился увести оттуда целых пятнадцать рабов: десять бывших обитателей Алкатьяфьюна и пять пленных русичей. Не без ощутимой помощи уводимых, конечно. Мораль моих светлых эльфов в результате существенно поднялась, а в замке внезапно сформировалась еще одна фракционная группа — из Русского Замка. Девять человек: шесть женщин и трое мужчин — из которых двое были продвинутыми НИПами-мастерами. Что с ними делать я не знала. Кузнец третьего ранга мне, может быть, еще бы и пригодился, но его специфика была не совсем подходящая. У меня уже имелись кузнецы и от халфлингов, и от темных эльфов, и, конечно, от гномов. Преимущество кузнеца-русича в данном случае было лишь в том, что он мог работать, заметно экономя ресурс. Там, где гному или халфлингу потребовалось бы две меры руды, русич справлялся одной, но и вещи при этом делал весьма посредственные. Руды у меня хватало, экономия не требовалась, так что такой кузнец был не актуален. А куда пристроить мастера-бортника вообще было непонятно. Не смотря на свой четвертый ранг, конкуренцию с халфлингами-пчеловодами даже второго ранга он бы выдержал с трудом. Впрочем, у Бриндена в наличии был всего один пчеловод, да и тот перворанговый. Хуже было то, что, по факту, этот бортник не разводил пчел, как халфлинги, а разорял гнезда диких, из-за чего каждый раз слегка падала мораль светлоэльфийского населения. И переучить его было невозможно. Пока я распорядилась отправить всех русичей в Кристалл, помогать шахтерам. Там, правда, жили люди из рыцарского замка. Русичи-язычники были им не совсем по нраву, но староста Корвин кое-как справлялся. Придумаю потом, куда их пристроить.

Увы, но на этом успехи гоблина закончились. Получив от нас ощутимый приз, он зазнался, и следующий набег распланировал куда хуже. В следствии этого его первый успех стал заодно и последним: викинги мало того, что отбили нападение, так еще и выследили сбежавших. Сегодня под утро, когда я прорывалась из Ил Алука, деревня гоблинов была полностью уничтожена воинами Ормстюра. Но с паршивой овцы, определенно, оказался вполне приличный клок шерсти. О чем я не преминула сообщить Шайнтлайну, напоминая про его скепсис.