Особенности обучения диких котов (СИ) - Кальк Салма - Страница 121

- Я думала, ты придёшь к нам и побудешь со мной, у нашей няни выходной, и я не хочу оставаться с Сэмом совсем одна, - пожаловалась мама.

Анна подумала ещё, что от неё никакого толку в обращении с младенцами, она ж ничего о младенцах не знает, но сказала – что у Академии мероприятие, и сегодня вечером они идут поддерживать однокурсников. Мама обиделась – вот, как она ни просит Анну о помощи, так той помощи-то и нет. Это было как-то не слишком справедливо, что ли, но Анна не стала об этом говорить. Извинилась и распрощалась.

Едва не заревела, но взяла себя в руки – вот ещё, реветь. Лучше пойти на берег реки, посидеть и посмотреть на лебедей, они здесь очень красивые. Она уже подхватила сумку, когда в дверь постучали, и вошёл отец.

- Анна, не составишь мне компанию? – спросил он.

Вообще, у отца тут были какие-то дела с его высочеством почти всё время, Анна виделась с ним разве что утром, и то если не спала до обеда.

- Если вечером, то я уже обещала… - начала было она, но отец перебил.

- Пойти посмотреть, как ваши выступят? Так и пойдём. Нет, я зову тебя сейчас. Его высочество позвал пообедать, и сказал, что придёт с сыном и дочерью. Пойдёшь со мной?

Анна сделала глубокий вдох, убирая расстройство подальше. От таких приглашений не отказываются.

- Да, папа, конечно. Мне переодеться?

- На мой взгляд, ты всегда отлично выглядишь, - улыбнулся отец. – Идём.

Роганы поджидали их на крыше отеля, где располагалась таверна с видом на реку и старую часть города. Невероятно красиво.

Увидели их, поднялись из-за стола… ой, а это не Жиль. Видимо, это его старший брат, и другая сестра, не Анриетта.

- Добрый день, - улыбнулся принц. – Рад видеть вас, дорогая Анна. Познакомьтесь – это моя дочь Катрин и мой сын Франсуа.

- Очень приятно, - улыбнулась в ответ Анна.

- Анна – студентка Академии, водный факультет, так? – продолжал улыбаться принц. – Наша Катрин тоже его окончила, и работает по своей магической специальности.

Ух ты, интересно!

Анну посадили между отцом и Франсуа, а принцесса Катрин оказалась напротив неё – между своим отцом и отцом Анны. И за обедом говорили не о делах, а… просто говорили – о погоде, о фестивале, о том, что завтра праздник в замке Лимей. Анна однажды была там с отцом в гостях, и побывала на экскурсии в начале недели вместе со всеми, но бал и экскурсия – это вам не одно и то же.

Принцесса Катрин будила любопытство – она оказалась похожа не на своего отца, а на самого младшего брата. На принца, как поняла Анна, похожа Анриетта, которая учится на выпускном курсе, поёт и играет, и сегодня будет выступать. И принц Франсуа – тот вылитый отец, строгий и серьёзный.

- Чем вы интересуетесь, Анна? – спросил он.

- У меня очень много времени занимает учёба, - покачала она головой. – И я ещё училась водить машину.

- Это полезно и правильно, - согласился принц. – Вы уже думали, что будете делать после окончания учёбы?

- Пока нет. Ещё так далеко и долго, - улыбнулась Анна. – А чем занимаетесь вы? Работаете в «Четырёх стихиях»?

- Нет, я занимаюсь политикой.

Оказалось, молодой человек собирается принимать участие в выборах, уже начал предвыборную кампанию… и дальше Анна утонула в именах, названиях и положениях его предвыборной программы. Она поняла, что принц Франсуа избирается от магов, и собирается в случае победы защищать права магов в парламенте.

- Вы правы, маги нуждаются в защите, - сказала она. – Не так давно в Академию приходила проверка из министерства, и они никак не могли понять, что магов нужно учить совсем не так, как магически не одарённых.

- Вот, вы понимаете, - воодушевился принц, и дальше уже Анне можно было не говорить ничего.

Наверное, он бы проговорил и вовсе до заката, но к их столику подошёл господин ректор, и с ним была его супруга, госпожа декан целителей. И профессора Саважи, оба.

- Добрый день, Луи, добрый день, Филипп, добрый день, молодые люди, - кивал профессор де ла Мотт, и ему вторил профессор Саваж.

Дамы улыбались, мужчины пожимали друг другу руки.

- Мы увидели, что вы здесь, и зашли за вами, - сообщил профессор Саваж. – Пойдёмте на площадь? Там вскоре начнут.

- Вы думаете? – принц ощутимо притормозил.

- Пойдёмте, Луи, - вступила госпожа декан боевиков. – Я думаю, там будет интересно. Наверное, самое масштабное выступление фестиваля – по словам Арианны.

- Да-да, Луи, раз уж даже наша Донна приехала, бросила своих пациентов и приехала, представляете? Вы же не можете быть консервативнее нашей Донны, - усмехнулся господин ректор.

Анна не сразу поняла, кто такая Донна, а потом вспомнила – госпожа Донна де ла Мотт, мама Клодетт и Филиппа, и великая целительница, которая лечила тяжело болевшую бабушку де Котель – долго и успешно, но всё же запустить сердце заново можно только трижды, так говорили. И то умеют только избранные, и госпожа де ла Мотт была из таких. Что это, выходит, она оставила госпиталь, и приехала поддержать Клодетт и Филиппа? Здорово!

В общем, они пошли всей компанией, и по дороге Анне удалось немного поговорить с принцессой Катрин. Та держалась дружелюбно, рассказала, что работала на разные компании, сейчас у неё перерыв между контрактами и немного частных заказов, а осенью она поедет в Массилию заниматься очисткой питьевой воды – это очень востребовано. Точно, профессор Дьюи говорил им то же самое. Значит, нужно тренироваться, подумала Анна.

На площади высоких особ тут же провели к их местам, а Анна попрощалась и убежала к друзьям. Выдохнула. Нет, ей не сложно, но иногда хочется сесть на чью-то куртку или просто на нагретый камень, и ощутить, что рядом свои. Марианна, Финнея, Леон и… Саваж.

Госпожа декан боевиков была права – это выступление было самым масштабным, самым красивым и самым вдохновенным. Де ла Мотты получили диплом третьей степени, а младшие Роганы победили всех. Анна украдкой глянула в ту сторону, где сидели принц и отец, когда объявляли победителей – и ей показалось, что принц рад и горд, хоть и не хочет этого показать. Впрочем, его дети учатся под фамилией матери – оба, и Анриетта, и Жиль, и живут не с отцом.

А в финале вышло совсем фантастично – когда победители пели гимн Академии. Они и так его исполняли невероятно круто, а тут – на всю площадь, и все подхватили, и Анна с удивлением поняла, что сама поёт во весь голос – а ведь обычно она поёт только для усиления некоторых заклинаний, и то тихонько. Но сейчас это было не важно, а важно то, что она – часть огромного целого, такого замечательного.

После концерта объявили танцы до утра, и зажглись костры, и музыканты заиграли что-то бодрое и фолковое.

- Танцева-а-а-ать! – заорал Флинн, подхватил за руку Лои, и они побежали к ближайшему костру, а за ними – и остальные.

Спустя какое-то время Анна отошла перевести дух – было очень здорово, она даже позабыла про свои печали последних дней. Отошла в темноту, оперлась на дерево, стояла, смотрела на площадь.

Девушку неподалёку она знала, не могла не знать – Лина Дюваль, дочка министра и кузина Мари Дюваль. Почему-то она смотрела куда-то в толпу танцующих, и по лицу её текли слёзы. Если бы Анна не увидела это – не поверила бы ни за что. Лина Дюваль не из тех, кто плачет.

Но увидела не только она. Откуда-то котом вывернул Саваж. Подошёл, обнял, вытер пальцем слёзы со щёк, прижал к себе. Увёл в темноту – они прошли в двух шагах от Анны, она тихо всхлипывала, а он говорил ей что-то утешительное.

Ничего особенного, да? Саваж утешает рыдающую девушку. Сто пятисотую в сто пятисотый раз. Но почему у Анны-то земля вдруг всё равно что ушла из-под ног?

О нет, она не думала о нём ежечасно, как бывало зимой. И даже наивно полагала, что излечилась, и рана не болит. Но сейчас-то почему так больно?

- Анна, что случилось?

Леон. Откуда он взялся? Не важно. Он обхватывает её за плечи, с другой стороны обхватывает Грейс. Обниматься с некромантами, чёрт возьми. Анна обхватывает обоих и рыдает уже безудержно, её не остановить.