Холодное сердце (СИ) - "wondererli" - Страница 103

— Я знаю, что многие из вас с нетерпением ждали наступления сегодняшнего дня, поэтому буду немногословна, — шутливо начала она, и со всех сторон послышались тихие смешки. Вскоре голоса в зале стихли, и МакГонагалл продолжила, – Рождество всегда было для меня особенным праздником, и я несказанно рада, что в этом году встречаю его в компании таких талантливых и храбрых волшебников, как вы. Также я хочу выразить отдельную благодарность всем старостам, которые собственными усилиями организовали для нас этот замечательный праздник. Сегодняшний бал объявляю открытым! Все желающие могут выйти в центр зала и принять участие в традиционном вальсе.

После непродолжительных оваций помещение Большого зала вновь наполнилось чарующей мелодией, и некоторые студенты, а также преподаватели, заручившись парой, отправились танцевать. Постепенно их число увеличивалось, посему круг из вальсирующих расширялся, заставляя простых зрителей отступать назад. Из-за клубящейся на полу дымки создавалось впечатление, что танцующие пары не иначе как плывут по воздуху.

— Что ты делаешь? — по неволе шагнув вперед, Гермиона растерянно взглянула на Драко, который предпринял попытку вывести ее в центр зала.

— Собираюсь станцевать с тобой вальс, — в ответ на это она отрицательно мотнула головой, наотрез отказываясь от этой затеи. — Неужели ты собираешься отказать мне на глазах у всех этих людей?

— Видит Мерлин, у тебя был шанс избежать встречи с моими каблуками, — все же сдалась Гермиона и послушно проследовала за Драко.

Она достаточно давно не практиковалась в вальсе, поэтому боялась ненароком отдавить ноги своему кавалеру. Однако он сам выбрал свою судьбу, решив затащить ее на танцпол. Как там говорится, люди учатся на своих ошибках? Что ж, в таком случае оттоптанные ноги станут для него неплохим уроком на будущее.

Выждав подходящий момент, Драко положил ладонь на талию Гермионы, и они ловко влились в общий круг.

— Помнится, после танца с тобой Виктор Крам не выглядел покалеченным, — ни с того ни с сего заявил он и, раскрутив Гермиону, вновь притянул ее к себе, сокращая расстояние между ними до нескольких дюймов.

В следующее мгновение руки Драко собственнически сжались на ее теле, отчего пульс Гермионы ускорился по меньшей мере в два раза. Воздух между ними заметно накалялся.

— Ты ревнуешь? — намереваясь отплатить своему партнеру той же монетой, Гермиона скользнула рукой по плечу Драко и дразняще пробежалась по оголенному участку его шеи кончиками пальцев. В ответ на это затронутый ею участок кожи покрылся мурашками.

Глубоко вздохнув, Драко постарался избавиться от охватившего его мысли наваждения. В следующую секунду он обеими руками обхватил талию Гермионы и, осторожно подняв девушку в воздух и покружив, опустил на пол.

Из раза в раз их движения переставали источать ту целомудренность и нежность, что была присуща вальсу. Напротив, переполняющая их страсть больше подошла бы для танго.

— А у меня есть на то причины? — наконец уточнил Драко, когда Гермиона мимолетно прижалась спиной к его груди во время очередного вращения.

— Ни единой, — произнесла она, словно клятву.

После этих слов в глазах Драко зажегся победный огонь, хотя он и так должен был понимать, что сердце Гермионы принадлежит лишь ему одному.

Он был единственным, с кем она была готова впасть в любовное безумие.

Музыка стихла, и стоящие вокруг зрители наградили танцующие пары оглушительными аплодисментами. В некоторой степени это отрезвило Гермиону и Драко, потому как уже в следующую секунду они немного отстранились друг от друга, восстанавливая допустимую в приличном обществе дистанцию.

После завершения традиционного вальса студенты поспешили занять свободные места за столами, располагающимися по обе стороны зала. Вопреки всем сомнениям, Драко все же согласился пойти с Гермионой и сесть вместе с гриффиндорцами. Разумеется, ни Симус, ни Айзек не встретили его с распростертыми объятиями: беседуя с приглашенными ими девушками, они то и дело сверлили Драко недобрыми взглядами, словно надеясь, что беспалочковая магия наконец-то покорится им и они смогут запустить в слизеринца Аваду Кедавру.

— Гермиона, — нежно проворковала подходящая к столу Джинни. Заприметив Драко, она молча склонила голову и удостоилась ответного жеста с его стороны. Учитывая их отношения в прошлом, это можно было считать каким-никаким прогрессом. — Ваш танец был таким чувственным, что я не могла отвести взгляд.

Уж в чем в чем, а в этом она была абсолютно права: чувств там было более чем предостаточно.

Гермиона обняла подругу и оглядела ее с головы до ног, изучая надетый на Джинни наряд. Это было утонченное черное платье с неглубоким вырезом, открытыми плечами и приталенным топом, переходящим в свободную юбку до колен. Присмотревшись получше, можно было заметить, что платье было покрыто крохотными мерцающими блестками, которые напоминали волшебную пыль.

Учитывая пристрастие Джинни к ярким цветам, невольно закрадывалась мысль, что на сей раз ее выбор пал именно на черный из-за намерения таким образом выразить душевную скорбь от невозможности провести этот вечер с тем, с кем так отчаянно хотелось ее сердцу.

— Ты замечательно выглядишь, — сделав комплимент, Гермиона жестом пригласила Джинни сесть рядом, и та без возражений опустилась на соседнее свободное место.

По прошествии получаса обстановка за столом стала более-менее дружелюбной. Пока Драко отстраненно беседовал с подсевшим к нему Найджелом о квиддиче, Гермиона старалась поднять настроение Джинни, которая изредка поглядывала на сидящего с противоположной стороны зала Лекса. Слизеринец, в свою очередь, также не производил впечатление слишком уж счастливого человека. Он с нечитаемым выражением лица наблюдал за Джинни, время от времени отвлекаясь на то, чтобы перекинуться парой слов с обратившимися к нему однокурсниками.

Когда с приемом пищи было покончено и все находящиеся за столом принялись наполнять свои бокалы безалкогольным пуншем, Симус огляделся вокруг и, не заметив поблизости никого из преподавателей, достал из внутреннего кармана пиджака металлическую фляжку. Ту самую, что была его незаменимой спутницей на подобных мероприятиях.

— Ты как всегда в своем репертуаре, — съязвила Гермиона, вспоминая бал по случаю Хэллоуина. Впрочем, учитывая то, что еще на первом курсе этот человек пытался превратить воду в ром, удивляться здесь было нечему.

Прекрасно понимая, что Гермиона все равно не станет докладывать об этом никому из профессоров, Симус лишь пожал плечами, не видя смысла оправдываться. Так, добавив в свой бокал достаточное количество янтарной жидкости, которая подозрительно напоминала огневиски, он вопросительно оглядел остальных в поисках желающих улучшить пунш парой-тройкой капель крепкого алкоголя.

— Можно? — подал голос Драко, когда Симус закончил наливать огневиски в бокал нервно оглядывающейся по сторонам Сьюзен. Она явно боялась оказаться пойманной кем-то из преподавателей за распитием спиртных напитков: при таком раскладе ее не спасет даже репутация пай-девочки, которую она так упорно зарабатывала на протяжении семи лет.

После непродолжительной игры в гляделки Симус все-таки кивнул и передал Драко фляжку, чем заслужил укоризненный взгляд от Айзека, который явно не одобрял этот неожиданный акт милосердия по отношению к их общему недругу.

Стоило Драко плеснуть немного алкоголя в свой пунш, как Гермиона тут же проронила полный разочарования вздох: утрата еще одного трезвого человека за столом уж точно пришлась ей не по вкусу.

— Что? — перемешав содержимое бокала, он вопросительно изогнул бровь, не сумев оставить реакцию Гермионы без внимания. — Немного огневиски никак не скажется на моей способности вести себя адекватно, зато точно поднимет настроение.

— Если это так, то налейте и мне, — Джинни громко поставила свой бокал перед Драко, взглядом испепеляя Дафну, которая не совсем грациозно опустилась на соседний от Лекса стул и закинула ногу на ногу, в результате чего часть ее оголенного бедра выглянула из-под длинного разреза на платье.