Приглашение с подвохом (СИ) - Рыжая Ехидна - Страница 27

Не современная, с телескопической ручкой и самоотжимом, а самая обычная, деревянная, как у технички тети Вали из моей школы. Только новенькая.

Ух ты!

— Однако, — слышу потрясенный голос Дана из-за спины, — что-то источник совсем расшалился. Не в его правилах прилюдно играть с материей.

— Он просто внимательный, — встаю на защиту эфемерного существа. — Уловил, что мне инвентаря не хватает.

А сама тем временем расплываюсь в улыбке — так мне приятна эта забота. Сорок квадратных метров каменного пола ручками отмыть от вековой грязи — обычное дело для Золушки из сказки, а я на такие подвиги не способна.

Роли распределили быстро. Я — «оператор швабры», а за Даном камин и ведра со свежей водичкой. Хотелось завершить поскорее — Дан то и дело поглядывал в сторону лестницы, желая получить доступ к заветной комнате.

Ну-ну…

Коты нашего стремления побыстрее отвязаться от уборки не разделяли. Решили, что гоняться за тряпкой очень весело и забавно, наверное, она им виделась знатной добычей. Они толкались, наскакивали, затаивались и прыгали под невероятными углами, пугая и смеша меня одновременно. Естественно, быстрее от этого дела не делались.

Когда мне удалось перебраться из-под лестницы на стратегический простор — в середину залы — стало совсем невыносимо. Увещевания и просьбы игнорировались — усатые обормоты просекли, что магической управы на них нет, вот и отрывались по полной, веселясь и беснуясь. В какой-то момент Дану буквально пришлось отгонять кошаков от швабры.

Застоялись они, что ли?

С горем пополам я почти закончила. Расслабилась и тут же поплатилась: упустила момент, когда Черныш решил, что спрятаться от брата у меня в ногах — это гениальная идея.

Идея кошмарная! Под напором кошака размером с пони я, естественно, заваливаюсь, нелепо взмахнув свободной рукой. Снежок, воспользовавшись моим замешательством, нацеливается на швабру. Рывок был таким резким, что в попытке устоять, я, по закону подлости, опрокидываю ведро с мыльной водой.

— Ну все, вы надоели! — рявкает разъяренный Дан и делает шаг вперед, намереваясь поймать хвостатых.

— Осторожно! — пытаюсь предупредить, но уже поздно.

Остается наблюдать, как ноги Иллидана разъезжаются в разные стороны на мокром скользком полу. Инстинктивно пытаюсь его подхватить, уберечь от падения, но вместо этого меня утягивают следом.

И я лечу в пропасть.

Короткая вспышка, и в памяти всплывает калейдоскопная круговерть образов: пляж, бывший, хохочущая ведьма. Полет в пропасть, мягкая перина и разлетающиеся подушки. Нависающий надо мной Иллидан, страсть которого обжигает, сладкие поцелуи пьянят, а тихие стоны сводят с ума…

Все прекращается так же быстро, как и начинается.

Лежащий подо мной мужчина самым натуральным образом стонет от боли, приняв на себя весь удар. Невольно отмечаю, что его руки сжимают меня в оберегающем жесте — одна обхватывает талию, вторая — затылок, прижимая меня к груди.

Ещё секунду я размышляю, пытаясь не только отдышаться, но и собрать пазл в своей голове. Какого черта это только что было?

— Иллидан?

Хватка ослабевает, а я, наконец, приподнимаюсь так, чтобы видеть лицо мага. Он внимательно, я бы даже сказала, с обреченностью во взгляде смотрит на меня, что все сомнения развеялись сами собой.

— Что, черт возьми, произошло ночью? — шиплю рассерженной кошкой, стараясь игнорировать, что щеки буквально заливает румянцем. Матерь божья, что я там творила! — Ты что, стер мне память?

— Ты не могла бы с меня слезть?

Насмешливый голос Дана подействовал лучше пощечины. Я взвиваюсь с места как ужаленная, едва осознаю, что все это время сидела на мужчине практически в одной из поз Камасутры.

Прямо как во сне! Только ночью я была страстной всадницей, а теперь… О, черт, я что, теперь каждый раз буду заливаться краской стыда, едва вспомнив об этом?

— Ты обещал хорошие воспоминания, — сложив руки на груди, сверлю мага самым сердитым взглядом из своего арсенала, — на крайний случай — полеты в горах. А вместо этого…

— Сделал то, что должен был, — Дан обрывает мой обвинительный монолог командирским тоном. — А стер память, потому что как раз и не хотел подобной сцены.

Он не был зол, но весь его вид давал понять, что мои нападки неприемлемы. Пришлось сделать усилие над собой, глубоко вдохнуть и подавить рвущуюся наружу ярость. Таким образом я ничего не добьюсь.

— Её бы и не было, скажи ты правду ещё вчера.

— Я надеялся, что до этого не дойдет, — поднимаясь на ноги, сообщил Дан. А потом игриво добавил то, от чего у меня буквально кровь забурлила: — Кстати, отличный способ проверки на совместимость до обмена обручальными браслетами. Что скажешь?

Стрельнув в этого нахала глазами, в надежде, что он развеется пеплом, разворачиваюсь на пятках и с прямой спиной ухожу на кухню, чувствуя, как мне прожигают затылок. Мне надо остыть. А то наговорю такого, что мы точно разругаемся.

В мыслях был только один вопрос… если он раз стер мне память, что мешает ему это повторить буквально в любой момент? А если то видение с плохим Даном воплотится в реальность? Что тогда?

А может, он такое провернул со мной не впервые?

Я всегда старалась искать в людях хорошее, но Иллидан это что-то с чем-то. И я иной раз не знала, как себя вести. Мои эмоции рядом с ним больше походили на испуганных зайцев. В одну секунду я его боюсь до чертиков, в другую — мы вместе смеемся, то вдруг я его смущаюсь.

Сейчас, например, я злилась. Разобраться бы ещё, на кого конкретно. На Дана или на себя за нелепую реакцию? Веду себя как глупая истеричная девица.

Мужчина появился на кухне как раз в тот момент, когда закипел чайник.

— Позволь мне? — обернувшись, натыкаюсь на Иллидана с подносом в руках и легкой улыбкой на губах.

На подносе серебряный заварочный чайник. И ситечко тоже серебряное. И сахарница, и небольшие чашки, и чайные ложечки. А вокруг этого великолепия пучки засушенных трав, какие-то мешочки и стеклянные баночки.

— Пожалуйста, — пожимаю плечами и осторожно протискиваюсь в сторону, так как Иллидан стоит слишком близко и упрощать мне задачу, судя по всему, не собирается. Зато искорки в его глазах говорили сами за себя: ему нравилась эта игра. Смущать и наблюдать.

Пора вспомнить рабочие будни. И вернуть контроль. Спокойствие, рассудительность и уверенность.

Усевшись за стол, с интересом наблюдаю, как мужчина ловко орудует травами и чайным набором. Дан с трепетом перебирает засушенные соцветия, извлекает зеленые почки из небольшой стеклянной баночки, некоторое время раздумывает, чему отдать предпочтение: бурой травке из холщового мешочка или веточке чего-то фиолетового… а определившись, скидывает всю смесь в заварочный чайник и заливает кипятком.

Плавные движения мастера завораживали. Может быть он ещё и травник?

— Так что там случилось? — вновь возвращаюсь к событиям минувшей ночи, стряхнув с себя оцепенение.

— Она тебя ждала, — Иллидан оборачивается. Мазнув по мне взглядом, словно ожидая реакции, продолжил: — Но я был к этому готов, поэтому защиту начал выстраивать сразу, но Мариам играючи рвала вуаль твоих воспоминаний.

— Как?

— Очень просто, — Иллидан расставляет на столе чайный набор и разливает по чашкам чай. — Пока я выстраивал счастливые воспоминания, ведьма искала в них брешь. К примеру, я не смог выудить ни одного воспоминания, связанного с семьей. У тебя что, нет семьи?

Я опешила от вопроса. Иллидан задел больную мозоль, даже не догадываясь об этом. Уставившись невидящим взглядом в окно и тарабаня пальцами по столешнице, я обдумывала ответ.

Есть ли у меня семья? Глупый вопрос. Конечно, есть. Другое дело, что в глубине души я считала, что родные от меня отказались. Мать бросила неизвестно почему, отец завел новую семью, а я как неприкаянная. Сама по себе.

— Можно и так сказать, — ответила нехотя, но Дану этого было мало. Усевшись напротив, мужчина сверлил меня взглядом, пока я не продолжила: — Семья по факту есть, но её как бы и нет.