Печать мастера (СИ) - Ри Тайга - Страница 53

– Я не говорил ученику, не обсуждал, – возразил мастер Хо. – Он ничего не знает!

– Вот и посмотрим, к каким выводам пришел мальчик, – Магистр Вэй довольно сложил руки на животе.

Трава?

Коста думал очень быстро.

Трава. Расследование. До этого говорили о контрабанде. Что мастеру улыбнулась удача… Единственная «трава» – это торговец, который скрылся раньше, чем они его нашли… Об этой траве речь?

Все равно больше ничего нет. Коста решительно обмакнул кисть в тушь, стряхнул излишки и начал рисовать.

Пики Лирнейских и обоз. Сани и снег. Мешки и рулоны, сложенные рядком. Кернская лавка и дом торговца. Лицо девушки, чай, стол, мешочки с травой. Мерные весы. Ширма. Он даже тщательно прорисовал соцветия той сухой травы, что увидел.

Истратив почти все пергаменты, он на мгновение задумался и продолжил.

Нарисовал задний двор, мешки с солью, оставленные снаружи и рулоны ткани, занесенные снегом. И потом – замок на лавке.

Отложив в сторону кисть, Коста остановился.

– Рассказывай, – скомандовал ему Магистр.

Коста облизал губы и прокашлялся – голос ещё не слушался его так же хорошо, как раньше. И начал хрипло говорить.

О том, сколько стоит соль на рынке и рулоны таких тканей. О том, какие потери понес торговец – не менее семидесяти фениксов, если сложить все. Что такие потери оправданы только в одном случае – есть что-то ценнее. Что мешочки с “травой”, вероятнее всего были спрятаны в мешки с солью. Что мерные весы нужны для распределения “товара”, который явно принесет больше семидесяти фениксов, поэтому этими потерями можно пренебречь.

– Достаточно, – оборвал его Магистр Вэй, и отобрал один из рисунков у Садхэ, который тот рассматривал особенно внимательно – на нем был изображены лица торговца с дочерью. – Ты знаешь, как называется эта “травка”?

Коста мотнул головой – нет.

– Но я знаю, что она произрастает в Лирнейских, – добавил Коста, подумав. – И не в предгорьях в одном дне пути – выше, на плато. – Потому что они с Наставником часто уходили на день в горы, и такую траву Коста непременно зарисовал бы. – Горы – это горцы, если трава местная, нужны проводники, чтобы организовать сбор, при этом… – он запнулся на мгновение, – разные травы собирают в разный сезон. Организовать условия сушки и хранения, и только затем организовать доставку через Хребет.

– Любопытно, – поощрительно кивнул Магистр Вэй и обернулся на Наставника Хо – тот почти улыбался. – А, если это не горцы…

Коста задумался.

– Плантации, – ворчливо подсказал Садхэ, – нужные травы растут в нужном климате и только…

– Где Кайр? – Магистр Вэй прицокнул языком на слугу и жестом показал – собрать со стола рисунки.

– Ожидает за дверью, – отчитался Садхэ.

– Зови.

Мастер Хо едва заметно переступил с ноги на ногу и посмотрел на вход.

В кабинет, чеканя шаг, как Главы кланов, весь в белом, вошел ещё один Высший. С широкой белоснежной прядью в угольно-черных волосах.

– Кайр.

– Господин, – поклонился менталист Магистру.

– Посмотри мальчика, Кайр.

– Но… – начал мастер Хо.

– Никаких «но», “четвертый”. Мое доверие тебе – безгранично, как воды Бирюзового моря, поэтому я все увижу сам на острове «Памяти», но мальчик… – Магистр Вэй перевел взгляд на него, и Коста незаметно поежился – ему показалось, что его поставили на весы, взвесили, и сейчас думают, какую назначить цену.

– Я ручаюсь за своего ученика!

– Сейчас настали другие времена, – скорбно произнес Магистр. – Не раз и не два змея вползала в наш дивный зеленый сад, взращенный с такой любовью, под видом диковинной птицы… Или… вам есть, что скрывать?

– Скрывать нечего, – рубанул мастер Хо здоровой рукой в воздухе. – Малец ничего не знает, я никогда не привлекал его и не посвящал…

– Вот и проверим. Кайр!

– Слушаюсь.

Коста посмотрел на мастера и тот кивнул – неохотно. Менталист встал напротив и немного наклонился, чтобы удобнее было смотреть в глаза. Белая полоса в волосах этого мага была шире, чем у Риса, и шея – чистой, по крайней мере он не увидел никакой метки. Морщины у рта и между бровей были глубоки и давними, как будто этот менталист видел многое задолго до рождения Косты.

– Смотри в глаза, мальчик, и не сопротивляйся. Тогда не будет боли, – скомандовал ему Кайр и Коста кивнул. – Смотри в глаза…

…

Через десять мгновений Коста проморгался от слез – виски ломило так, как будто ему надавали по голове, а слезы текли безостановочно.

– Чисто, – отчитался Кайр. – Я просмотрел все ключевые воспоминания за последние пару зим, кроме…

– Что?

Коста сквозь пелену в глазах увидел, как напряженный мастер сделал шаг вперед.

– У мальчика стоит ментальная «закладка». Уровень три-четыре не выше. Воспоминания не стерты, но скрыты от носителя. Свежая, – уточнил Кайр, – не более десяти декад.

– Четвертый? – Магистр обернулся к наставнику Хо.

– Рис ставил «щит» и только…

– Не только. Я уверен, – оборвал Кайр. – Ломаю?

Все смотрели на него. Мастер – встревожено, Магистр – изучающее, менталист – с равнодушным интересом.

– Это не повредит? – уточнил наставник Хо.

– Нет, – Кайр пожал плечами. – Не больше чем обычно. Если не будет сопротивляться «взлому», если будет – я не поручусь за последствия…

– Мальчик не будет сопротивляться, – постановил Магистр Вэй. – Не так ли, мальчик?

Коста медленно кивнул, просчитывая варианты.

Выбора все равно не было. Чтобы бы это ни было – ни он ни мастер не покинул эту комнату, если не пройдут проверку…и… стертые воспоминания? Чтобы это ни было, он предпочитал знать.

– Молодец. Хороший мальчик… Кайр, начинай!

– Не сопротивляйся, не отводи взгляд, не паникуй, – ровно перечислил менталист правила. – И тогда все кончится быстро. Будет… немного больнее, но это быстро закончится… Я просто вскрою воспоминания и мы посмотрим их вместе… Если понял – кивни.

Коста кивнул.

– Ты должен хотеть показать воспоминания добровольно… смотри в глаза… смотри… в… глаза…

Боль прошила виски и первое, что Коста увидел – это низко склонившееся над ним лицо мастера Риса. Близко-близко.

Падал снег…

Глава 17. Октагон. Часть 2

Главный остров, основной корпус

Кабинет Главы

…в поместье Блау падал снег. Белые пушистые хлопья. Дорожки сада, шероховатые камни невысокой ограды, чахлые саженцы, заботливо привязанные в зиму, замело…

Воспоминания кружились перед ним снежной поземкой.

…

– Юный ученик мастера… Таби, поприветствуй молодого мистера… – менталист подтолкнул вперед девочку в сером, коротковатом для ее роста плаще, и та сделала шаг, присев. Смугло-золотистая, с живыми любопытными глазами. «Заноза-Таби». – Я рекомендовал бы держаться от младшего наследника на расстоянии… и от Главы тоже…

Вдалеке в самом начале аллеи с парадного крыльца трое слуг спускали стул с приделанными снизу полозьями, на котором сидел, укутанный в меховое покрывало старик. Импровизированные сани медленно поползли по дорожке…

– Глава предпочитает уединение… Таби!!!

Снег закружился метелью, и Коста как со стороны увидел, как он клонится на бок – не ярко сверкнули плетения.

– Стазис, отец! Тебе же нельзя плести, – охнула девчонка.

– Тебе тоже нельзя, сколько раз… сколько раз я должен повторять Таби-эр, никогда не подходить к гостям и членам клана… только под присмотром…

Чужие черные глаза закрыли небо.

– Я хотела посмотреть, посмотреть … катакомбы… и город… что там снаружи… и он свободный, значит – уедет, хотела передать Весть дяде Дэю…

– Таби!

– Он же очнется? – шмыгнула носом девчонка.

– Да, – черные глаза отодвинулись, – через пару мгновений… и ничего не вспомнит… удивительная устойчивость направленному взлому…