Печать мастера (СИ) - Ри Тайга - Страница 52

Коста посмотрел на Мастера и тот кивнул.

– Стол, книги, раскрытый свиток, цветок засушенный… – Коста запнулся – неизвестного вида, с бледно зелеными лепестками, нефритовая подставка, подсвечник, кисточка, чайная пара, чайник…. Карта, стеллаж… первая полка сундуки… вторая полка свитки… на третьей фигура птицы и две корзины… четвертая полка вся занята….

– Достаточно. – Магистр Вэй и Садхэ переглянулись.

– Сколько ступенек на входе в это крыло? – продолжил спрашивать Учитель наставника.

– Пять, – Коста с трудом удержался, чтобы не хмыкнуть.

– Сколько девушек встречало пребывших?

– Четырнадцать, одна пряталась в кустах и не вышла, но белая юбка слишком заметна, – уточнил Коста.

– Лея, стесняется до сих пор, – пояснил Садхэ магистру.

– Сколькие из этих девушек выше тебя ростом?

Коста на мгновение замер, вспоминая.

– Три, четыре, пять. Пятеро.

– Сколько птичьих клеток в коридоре?

В коридоре не было птичьих клеток! Если только… фреска на стене – он видел её краем глаза.

– Семь.

Магистр Хо молчал, заложив здоровую руку за спину, но с каждым ответом расправлял плечи все увереннее.

– Кто сидит во второй?

– Вторая клетка на рисунке пуста. Там осталось несколько птичьих перьев.

– Рисунок какого растения изображен на орнаменте судна, на котором вы прибыли?

– Три, – Коста сдвинул брови. – Там три разных орнамента. Резные перила, подход к корме и каюты. И… нет ни одного рисунка растений.

– Сколько ярусов в западном здании Аукциона Аль-джамбы?

Коста помедлил, думая.

– Если стоишь на помосте – по правую руку, – тихо подсказал Мастер.

– Молчать, “четвертый”. Я спрашиваю мальчика.

Магистр Хо наклонил голову.

– Вы учили стихи древних?

Коста неуверенно кивнул. Кто знает, что этот старик имеет в виду?

– Стих мастера Синь Арр, посвященный осени. Прочти в обратном порядке.

Коста закрыл рот, открыл и закрыл глаза – представив в воображении пергамент, на котором один за другим появляются тонкие штрихи. И с выражением начал читать с конца, немного спотыкаясь.

Когда он закончил раздались легкие хлопки в ладоши – в зале появилось новое действующее лицо и мастер Хо напрягся и сразу нахмурился. И поэтому напрягся Коста.

– Шестой. – Утвердительно произнес магистр Вэй. – Мы ждали тебя только к вечеру.

– Закончил быстрее, я же не мог пропустить прибытие “четвертого” и не поприветствовать… со-ученика, которого столько зим не было на острове…

Коста с трудом сдержал удивление.

Со-ученик? Да мастер Хо годится этому Высшему в отцы. Высокий, сильный, двигающийся, как хороший боец. В белых одеждах клана Арр, с двумя тонкими косичками, спускающимися вдоль лица. С фальшиво-теплой улыбкой и ледяными глазами. И словами полными яда.

«Шестой» прошел вперед к мастеру.

Этот Высший Косте не понравился сразу, не только из-за разговора на аукционе, о котором он ещё не успел рассказать мастеру, но и потому что «шестой» специально протянул вперед правую руку для салюта наставнику.

– Ах, прости…Грустные вести…

– Шестой, – это все, что произнес мастер Хо, не двинувшись с места – не подав руку и не наклонив головы.

«Шестой». И все.

– «Восьмой» передал, что на Севере удача улыбнулась тебе, и удалось раскрыть канал поставки травы? – сладко спросил Шестой, обращаясь сразу ко всем.

– Не мне. И не удача, – ровно ответил мастер Хо. – Удалось моему ученику, но я бы хотел передать все полностью на острове «памяти», Учитель, – кивнул Хо магистру.

– Любопытно посмотреть, в курсе ли ученик… – протянул «шестой», внимательно рассматривая Косту. – О своих заслугах? И ты плохо воспитал молодую поросль, Хо. Где приветствие мастеру? Ученик обязан в присутствии других мастеров становится на колени. Я жду, – обратился «шестой» к Косте.

Коста молчал. Наставник смотрел угрюмо, но сделал ни одного движения против.

Это правило действовало избирательно, по крайней мере на Севере его всего один раз за девять зим насильно поставили на колени, и то, за то, что он выбежал поперек дороги и помешал движению паланкина… А тут…

– Я – жду, – насмешливо повторил тот, кого называли “Шестым”.

Коста подумал, развернулся к “шестому”, поклонившись просто, как Старшему, а потом развернулся к Наставнику.

И встал на колени перед мастером Хо, отбив тройной глубокий поклон наивысшего уважения, как ученик – учителю. Потом присел на пятки, благовоспитанно сложив руки на коленях, и ответил вежливо:

– Ученик приветствует Наставника. Мастер, позаботьтесь обо мне. – Проговорил Коста хрипло и добавил. – Ещё Учитель Си в своем трактате «О правилах благовоспитанного поведения» сказал, что у ученика может быть только один Мастер на всю жизнь.

Мастер Хо неодобрительно поджал губы, но расправил плечи, и жестом разрешил ему встать.

«Шестой» улыбаться перестал только на доли мгновения, а потом глаза сира снова вспыхнули.

– Си… верно… А ещё Учитель Си писал, что учитель моего учителя – бог в этом мире… Поприветствуй Магистра, ученик, – он указал на Магистра Вэя, который молча стоял в стороне, не вмешиваясь. – Это учитель твоего мастера…

Коста замер, думая. Вздохнул, и, развернувшись к Магистру выполнил глубокий поклон по всем правилам, как Главе клана.

И потом снова развернулся и опустился на колени перед Мастером Хо. И снова выполнил три глубоких поклона, коснувшись лбом пола. Кто из слуг тихо ахнул.

– У этого ученика, – Коста наклонил голову. – Только один Мастер.

– Да как ты смеешь… – тот, кого называли Садхэ шагнул вперед.

– Ахахаха…. Ахахаха…. – рассмеялся Магистр Вэй, прихлопывая в ладоши. – Ахахаха… я почти вижу четвертого… такой же…

– Какой ученик, такой учитель, – язвительно произнес «Шестой». – Какая своенравная поросль…

– Нет, нет, нет… – всплеснул руками магистр, – … сироты обычно не знают, что такое “верность” – их просто некому учить… но… я почти вижу “четвертого”… ахахаха….

– Простите, Учитель. Ученик просит прощения, – мастер Хо опустился на колени и выполнил тройной поклон в сторону магистра Вэй. – Простите Учитель, я плохо воспитал ученика. – Ещё три поклона. – Простите четвертого, я плохо справился, – ещё три поклона.

– Хахаха… полно, полно… поднимись… можешь встать… – только после двенадцатого поклона Магистр Вэй соизволил мастеру разрешить подняться с колен.

– Но я вижу двух учеников, из которых только один благовоспитан, – протянул магистр Вэй, развернувшись к «Шестому». И тот резко перестал улыбаться, бухнувшись на колени.

– Прошу простить нерадивого ученика, учитель, – лоб “шестог”о коснулся пола, руки простерлись вперед. – Прошу простить нерадивого ученика, учитель, – ещё один поклон, – прошу простить нерадивого ученика, учитель…

– Продолжим в кабинете. Вызови Кайра, Садхэ, – магистр развернулся на выход и все последовали за ним.

– Прошу простить нерадивого ученика, учитель… прошу простить нерадивого ученика, учитель… прошу простить нерадивого ученика, учитель… – раздавалось за спиной Косты. Он обернулся – высокомерный Высший продолжал отбивать поклоны, хотя в зале уже никого не было.

О том, что это стол господина Садхэ, Коста понял сразу по выражению лица слуги – тот глянул на него так, как будто само его дыхание может осквернить дерево и свитки. Рабочих столов в кабинете, уставленном стеллажами у дальней стены было три – один, огромный – Главы Вэй, и два поменьше.

– Дай мальчику все необходимое, Садхэ, – скомандовал Магистр, и перед Костой появились – чистые пергаменты, кисти и тушь. – Расскажи нам, мальчик, о своем расследовании…

Коста поднял глаза на мастера Хо.

Рассказать что? О каком расследовании идет речь? Что он должен делать?

– Трава, – но прежде, чем наставник успел закончить, его заткнул Магистр.

– Молчи, четвертый. Или я наложу печать тишины…