Синдзи-кун. Тетралогия (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 272

– Нанасэ, просыпайся. – не оставляю попыток я, хотя и понимаю, что это бесполезно.

– Подними ей голову, вот так. – помогает мне Акира: – поверни голову набок, чтобы язык не запал, чтобы не задохнулась. Одежду нужно снять… так‑так. – она оборачивается и пронзает Питера яростным взглядом, убедившись, что одежды на Нанасэ под одеялом практически нет.

– Все было по обоюдному согласию – разводит тот руками, принимая виноватый вид.

– Дать бы тебе по голове… – шипит Акира: – ну не мог подождать, пока Игры кончатся?!

– Да кто ж знал то! – оправдывается Питер: – у Нанасэ‑тян в последнее время такой вид убитый был, я ж только утешить и помочь хотел!

– Утешитель! – фыркает Майко: – помогатор! Вот, посмотри, что ты наделал!

– Хватит. – говорю я. Все замолкают. На самом деле мне и самому охота накричать на Питера и даже ударить его. Но это ситуацию не изменит, и как мне не горько это признавать, но он не виноват. Срываться сейчас на нем – это искать не где потерял, а где светло. Просто пар выпустить. Нанасэ это не поможет.

Кроме того, затевать скандал тут, сейчас, когда она лежит и спит, а ее лицо так спокойно и умиротворено – кажется кощунством. Словно одним своим присутствием она превращает эту комнату в храм, в место, где нельзя повышать голос и обсуждать мирское.

– Я уже оставила сообщение Линде‑сан. – говорит Акира: – она скоро будет.

Глава 38

– Грендель. – кивает Линда, глядя на мирно спящую Нанасэ: – это его работа. Не переживай – поднимает она свой взгляд на меня: – она просто спит. Сны ей снятся разные – могут хорошие, могут плохие, но проснуться она теперь может только если Грендель ее отпустит из своего Королевства Снов.

– И что для этого надо сделать? – спрашиваю я. Мы уже пробовали мою кровушку, нашатырный спирт и шлепки по щекам. Не помогло. Линда появилась сразу же, как получила сообщение от Акиры. Как всегда – только что ее не было и раз, она уже тут. Как Сакура, только у Линды хлопка телепорта нет. Она как будто выходит откуда‑то из тени, словно ей дверь открыли, а она уже тут.

– Ждать. – отвечает Линда: – мы уже начали переговоры с ними. Просто прямо сейчас договорится не получается, слишком много хотят.

– Ясно. – говорю я. Верхушки кланов договариваются о процентах, а внизу – у холопов чубы трещат. Значит вся эта история с Нанасэ – это просто один из способов давления. Хорошо, что она просто спит, не дай бог что с ней случится, пойду же разбираться с этим их Советом Пяти. Уменьшать количество до нуля.

– Не переживай. – повторяет Линда: – старая клюшка жадная, но рациональная. Рано или поздно они договорятся.

– Меня сроки волнуют. Когда со спящим человеком наступают необратимые последствия? – бросаю взгляд на Линду. Та морщится. Я подозревал. Не может быть, что у такого вот сна нет последствий для организма и психики.

– Месяц. Может полтора. – говорит она: – потом… уже трудно будет в себя привести. Но у тебя же есть регенерация, может поможет.

– Сколько у нас времени до окончания Игр? До выхода из региональной группы – спрашиваю я в пространство.

– Достаточно. Двенадцать дней, потом региональные, которые пройдут в два дня подряд. – отвечает мне Акира: – потом – праздник в честь победителей региональных в Лазурном Дворце.

– Ну, значит успеваем. Кстати, подобного рода выпад – не является ли нарушением иммунитета участников Игр? – спрашиваю я у Линды. Та качает головой.

– Твоя онээсан не является участницей, и не имеет иммунитета. Только участники обладают таким правом. Кроме того, участие Гренделя обычно очень трудно доказать.

– Понимаю. – я перевожу взгляд на спящую Нанасэ. Ну спит человек и спит, отстаньте от него, может он устал. Спит неделю – вызовите скорую помощь, отправьте в больницу. Кто сказал, что это состояние вызвано магией? Пока что‑то предпримут, человека уже и нет. Тихий убийца.

– Хорошо. – снова смотрю на Линду: – что ты можешь сказать про эту… вечно молодую?

– Хикэру Митсуи. Из тех самых Митсуи. – отвечает Линда, не чинясь: – мы знаем не так много, но… секунду. – она исчезает. Некоторое время я смотрю на пустое место. Перевожу взгляд на Акиру, в поисках смысла. Та пожимает плечами – мол откуда я знаю, что этой Линде в голову пришло.

– Может пойдем в комнату для брифинга? – предлагает Майко: – мне кажется, что назрело совещание по факту нападения. Я знаю, где они живут. Сегодня ночью и ударим. Их там двенадцать человек, десять участников вместе с этой … Луна которая. И еще двое, думаю, один из этих двоих и есть Грендель. Войти и обоих обнулить. Они ж у нас тоже не участники Игр, на них иммунитет не распространяется.

– Кстати. – говорю я: – а это мысль. Молодец, Майко, соображаешь.

– Откуда ты знаешь где они живут? – хмурится Акира: – у тебя агентурные данные?

– Ой, да где такие вот клановые могут еще жить, как не в «Хилтоне»? – отвечает Майко: – а у меня там бывшая… подруга работает. И друг. Уточнила. Так что я про этих ушлепков теперь все знаю. В режиме реального времени. Они целый пентхаус сняли, весь верхний этаж. Участников опознать легко, они в форме. Двое оставшихся – в гражданской одежде, мужчина и женщина.

– Если один из них это Грендель, то он нам нужен живым. – размышляю вслух я: – не дай бог он помрет, а Нанасэ так и останется спать. Нет, нам он нужен живым и способным к сотрудничеству. Жаждущим сотрудничества.

– Двое в гражданском из номера вообще не выходят. – говорит Майко: – а вот остальные, которые Сандзюсан и сама Вечная Молодуха – каждый день выезжают на тренировки после завтрака. И возвращаются только в семь вечера. Как часы. Тренировки проходят на частном полигоне, у горы Сейгоку. Там рядом еще стрельбище СКПУ.

– Ладно. Я поняла, нам нужно в комнату для брифингов. – Акира разворачивается и выходит. За ней выходит Читосе. Я бросаю взгляд на Питера. Он сидит рядом с кроватью Нанасэ, лица на нем нет.

– Я пришлю кого‑нибудь, присмотреть за ней. – говорю я. Он мотает головой, оставаясь сидеть рядом со спящей сестренкой. Потихоньку притворяю дверь и иду в комнату для брифингов след за Майко.

В комнате для брифингов, за столом уже сидит Линда и перебирает какие‑то бумаги.

– Наконец‑то. – поднимает она голову при виде нас, так, будто мы договаривались о встрече здесь и опаздываем на нее вот уже полчаса.

– Она тут. – беззлобно ворчит Майко: – конечно, где ей еще быть.

– Присаживайтесь. – делает жест Линда: – у меня немного сведений, но все что есть – тут. – мы рассаживаемся и Читосе прочищает горло, откашливаясь. Линда молча смотрит на нее. Читосе кивает и встает.

– Собрание открыто. – говорит она: – давайте надерем им задницы.

– Хорошо. – кивает Линда, когда Читосе снова садится на место и скрещивает руки на груди: – вот что я знаю. Вот это – она выкладывает на стол несколько фотографий. Мы смотрим на фотографии. На одной изображена Вечная Луна, которую я видел один раз – в зале для регистрации. Симпатичная молодая девушка, с хмурым взглядом, смотрящим прямо в камеру. Небольшой нос, веснушки по лицу… на первый взгляд – обычная школьница старших классов, в крайнем случае – молоденькая студентка первых курсов. Только глаза – серьезные. Серьезная такая школьница. Другие фотографии – на одной изображена женщина средних лет, немного полноватая, одетая в фехтовальный костюм, на плече – не то палаш, не то фламберг, стоит боком к фотографу, выставив ногу вперед. Еще одна – коротко стриженая блондинка за рулем какого‑то мощного автомобиля. Эта фотография – черно‑белая. На следующей фотографии – совсем старой, с пожелтевшими краями – на татами, в сейдза сидит женщина в традиционном кимоно и с какой‑то умопомрачительной прической на голове. Рядом с женщиной, на татами – лежит меч. Не катана, не нагината и не но‑дачи. Европейский меч, прямой обоюдоострый, судя по размеру – меч‑бастард. Еще несколько фотографий с девушкой в купальнике, которую сфотографировали на пляже, с женщиной в кимоно и наконец – с какой‑то бабулей, чье лицо испещрили морщины.