Исход (СИ) - Холмогоров Валентин - Страница 16

Как я сюда попал… Сначала через трещину влез в подземелье, на первый уровень из тех, что находились вне обычного пространства. Так, стоп. С чего я решил, что именно на первый? Трещины могут вести и на более глубокие слои. Когда мы штурмовали Пекло, бойцы, случалось, проваливались сразу на восьмой и даже на двенадцатый ярусы. Иными словами, занести меня могло куда угодно. Из странностей — комфортные на человеческий взгляд условия, ничем не отличающиеся от поверхности. Никакого давления на ауру, нормальная видимость, обычное пространство с привычной метрикой, отсутствие раздражающего «красного тумана», больше похожего на плавающий в воздухе тягучий свет. Словом, условия внутри Гнезда ничем не отличались от нашего мира, только почему-то в нём продолжали жить примитивные иномировые организмы.

Затем я один раз спустился на ярус вниз. Через проход, то есть именно на один ярус. Портал или трещина могли бы вынести куда угодно, а тут есть определенность. Там я минут десять шагал по коридорам, посматривая по сторонам, потом меня внезапно скрутило почти до потери сознания. Приступ боли не давал отслеживать внешнюю обстановку — да ничего он не давал, качественно вырубив органы чувств. Почему тренированное сознание сразу не отсекло идущие от тела импульсы? Оно отсекло. В противном случае, трясло бы меня намного, намного дольше.

Потом был медленный поиск выхода на поверхность, сказать про который нечего. Крупных животных не заметил, организм к окружающим условиям приспособился, защитные знаки ничто не тревожило, оболочка восстанавливалась быстро. Даже слишком быстро, не должна она так. Словно подпитывает её что-то извне. Я проверил ещё раз — нет, восстановление идёт исключительно за свой счет. Что за фигня?

И главный вопрос — дальше-то что делать? Положим, я выяснил, куда меня тянуло, откуда шёл зов. Который сейчас, к слову сказать, исчез и никак не проявлял себя, будто его и не было. Тихий жилец у меня в сознании решил, что его задача выполнена, и давать подсказки не собирался.

Значит, буду решать сам.

Для начала надо осмотреться и выяснить, куда я попал. Только осторожно — элементарная логика подсказывает, что если проход сюда расположен в Гнезде, то чужаки здесь были и, скорее всего, присутствуют сейчас. Судя по второму видению с участием Старшей твари, они ещё и разумные. Близкое знакомство с ними, пожалуй, будет преждевременным, но хотя бы определить, где, в какой стороне расположены их Гнезда, следует. А потом можно вернуться, искать точку перехода в родной мир.

Вчерне план намечен. Можно исполнять.

И я полез обратно в дыру в земле. Бродить ночью по незнакомой местности, после целого дня на ногах, пережив стрессовый удар по организму я не собирался. Сначала перекушу, организую стоянку и охрану с помощью не раз выручавшего «глиняного болвана», хорошенько высплюсь и только потом начну исследовать новый мир. То, что я вижу в темноте и с на две трети полной оболочкой, ничего не значит — усталость имеет свойство накапливаться.

Следующее утро принесло ряд новых открытий. Во-первых, здесь есть птицы. Выглядят они странно, но с перьями, клювом и двумя крыльями. Звуки издают… издают. Ради интереса я приманил одну и тщательно рассмотрел вблизи, отмечая схожесть повадок и реакций сознания. Во-вторых, птичка, кажется, съедобна. Во всяком случае, мой организм на идею зажарить и съесть это существо не взбунтовался, то есть, инстинктивной реакции отторжения не возникло. Признак, конечно, слабенький, но обнадеживающий.

В-третьих, луны здесь две. Та, что выглядит небольшой из-за расстояния, видна днём. Думать не хочу, что здесь с приливами и отливами, если моря есть. А они, скорее всего, есть, исходя из общей влажности.

В-четвертых, мои тени по-прежнему со мной. Созданный в ментале домен послушно откликается на зов, будто я все еще нахожусь на Земле, отчего возникает вопрос — это точно другая планета? Может быть, в книжках о параллельных мирах правда написана?

Не готов сказать. Созвездия другие, способа измерить физические константы не знаю. Коробка бы сюда, Моисей Львович обязательно что-нибудь придумал бы.

Поколебавшись, после завтрака выпил один глоток воды из растопленного снега. Если что-то с местной водой не так, лучше узнать заранее. Органы чувств тревожных сигналов не подают, но мало ли? Я давно не проходил курс выживания в дикой природе, о чем сейчас очень жалею, там показывали и рассказывали много полезного. Не предполагал мой образ жизни после увольнения из Службы путешествий по диким местам, вот я и утратил навыки.

Судя по ощущениям, температура стояла около минус десяти, для обычного человека в легком камуфляже вполне достаточно, чтобы замерзнуть. Вода под землей не превратилась в лёд, несмотря на небольшое расстояние до поверхности, значит, какой-то источник тепла внизу должен быть. Лично я под прикрытием гибкого щита чувствовал себя достаточно комфортно — и тепло вокруг тела сохраняется, и ветер до кожи не достаёт.

По уму, следовало бы сделать вокруг выхода из подземелья пару кругов по расширяющейся спирали, но не в моей обуви по глубокому снегу шастать. Можно, конечно, нарастить на ступнях роговой слой, превратив их в своеобразные копыта, только на это уйдут время и энергия, запасы которой в виде еды не бесконечны. Летаю я плохо, к тому же левитирующий объект издалека заметен даже слабому сенсору. Остаётся выбирать места посуше и шагать по каменистым выступам, благо, их тут много.

Должен сказать, особого ощущения, что нахожусь не на Земле, у меня не возникло. Псионы вообще и ментаты в частности довольно своеобразно видят мир, с легкостью перестраиваясь на аурное зрение и видя, слыша, обоняя в большем диапазоне по сравнению с обычными людьми. Отдельные личности ауры и чужие эмоции чувствуют постоянно. Так вот — не считая кое-каких мелочей, равнина и лес в округе здорово напоминали нетронутую человеком природу где-нибудь в Приуралье. Конечно, деревья или сухая трава под ногами несколько отличались от привычных, но не принципиально.

Зато чужое сознание, быстро приближавшееся ко мне со стороны гор, знакомо «фонило» Гнездом.

Тварь меня не заметила, я мог бы спрятаться и пропустить её мимо, если бы не хотел прямо противоположного. Червячок сомнения подтачивал уверенность в своей правоте, мне требовалось собственными глазами взглянуть и убедиться — да, это оно. Именно то существо, с чьими сородичами мы дрались десять лет назад. В идеале было бы порыться у неё в памяти и просмотреть воспоминания, но считывать долговременную память зверей сложно, а уж ковыряться в сознании чужаков… Нет, теоретически, пробудив осколок Господина, я мог бы проделать подобное с легкостью, только что-то будить его мне не хочется.

Короче говоря, когда похожее на неимоверно худую собаку с раздвоенным шипастым хвостом существо подбежало на дистанцию метров пятидесяти и уже приготовилось к последнему рывку, я приласкал её «негативом» и, пока не очухалась, с расстояния перерубил «мечом света» лапы. Ещё и телекинезом тварюжку сверху придавил, чтобы не дергалась.

Итак. Внешность у порождений разных Гнезд варьировалась и довольно сильно, поэтому ориентироваться на внешнее сходство неправильно. То, что в строении тела проскальзывают общие черты, может быть вызвано разными причинами. Зато хватает других подтверждающих признаков, в первую очередь — одинаковая энергетика. Даже простой человек почувствовал бы чуждость твари, её глубинное отличие от всего виденного им раньше. В прошлом люди, случалось, впадали в кататонию от ксеношока при виде тварей, если до того не встречали чужаков и не посещали Гнезд.

«Негатив» на неё действует стандартным образом. По сути, этот приём представляет собой обычный сгусток отрицательных эмоций, вбрасываемый в сознание объекта. Различается по степени воздействия, при качественном исполнении может вызвать смерть от инфаркта или инсульта. Той силы, которую вложил в приём я, обычному волку хватило бы на минуту ступора. Потом он сбежал бы впереди собственного визга. Тварюжка же очухалась быстро, секунд за десять, и вместо попытки бегства порывалась вскочить на огрызки лап, чтобы броситься на обидчика.