Исход (СИ) - Холмогоров Валентин - Страница 15

Очутившись внутри, я смог наконец выпрямиться в полный рост. Здесь было намного прохладнее, чем снаружи, воздух по-прежнему казался спертым, но уже не ощущалось прежней влажной духоты. Присутствия чужаков тоже, впрочем, не ощущалось. Используя «кошачье зрение», я огляделся, с некоторой оторопью замечая древесные корни на стенах и ползающих под ногами здоровенных черных муравьев. Это здесь-то, в свернутом пространстве второго яруса? Не ожидал. Земная природа успешно проникает даже сюда, мутируя и приспосабливаясь под местные условия.

Быстро закончив удивляться, встряхнулся и проверил, как сидят вещи. Надо идти дальше.

Тоннель петлял, то опускался вниз, то шел вверх. Полсотни шагов спустя я наткнулся на развилку, повернул влево, но этот рукав оканчивался обвалом. Вернувшись назад, я свернул в правое ответвление, и вскоре обнаружил тоннель — переход на бывший третий уровень Гнезда. Раньше возле них в обязательном порядке стояли охранники из сильнейших на ярусе тварей, сейчас здесь царила пустота. Тем не менее, старые рефлексы заставили укрепить удерживаемые знаки и дополнительно проверить обстановку через ментал. Нет, ничего.

Внизу стало еще холоднее, особенно после тропической жары наверху. Узнаваемой живности иномирового происхождения тоже прибавилось. Я медленно продвигался вперед, непрерывно сканируя пространство впереди, позади и сверху. Пусто, только звук моих шагов и тревожная капель сочащейся с потолка воды: кап, кап, кап… Раздражает. Раньше воды в Гнездах почти не было, попадались только маленькие лужицы не больше метра в поперечнике. В одной из таких утонул боец из полка Завулона — её глубину так и не смогли определить. Воспоминания казались яркими, как будто все происходило буквально вчера. Бои с тварями разных форм и способностей, отказывающее зрение и слезящиеся глаза, токи энергии вокруг тела, странная геометрия подземелий.

Боль навалилась мгновенно, сковав тело судорогой и сжав мозг огненным кольцом. В глазах полыхнуло алым и в тот же миг нахлынула волна чужого присутствия. Я почувствовал, как где-то в глубине разума шевельнулся осколок Господина, словно проснувшийся пёс, заслышавший приближающиеся шаги хозяина. Я будто снова оказался в самом центре Гнезда — живого, обитаемого, — и это давно забытое чувство на мгновение сковало меня, превратив в каменное изваяние.

И в следующий миг все прошло, словно ничего и не было. Невидимые путы опали, боль ушла, я снова мог дышать. Сердце неистово билось в груди, пропуская один удар из трех. Я валялся на полу в изменившемся тоннеле, вот только совершенно потерял ощущение пространства. Это было немыслимо, невозможно, но я не помнил, откуда пришел и в каком направлении двигался.

Определиться и понять, что только что произошло и где я оказался, я не успел. Резкий кашель бросил меня на колени. Легкие горели, тело трясло, по лицу крупными каплями стекал пот. Организм реагировал так, словно его отравили неизвестным ядом, и он экстренно перестраивается, пытаясь нивелировать урон. Что ж, в Гнездах чего только не встретишь. Иногда даже псионам, даже метаморфам не хватало собственной устойчивости и требовалась дополнительная помощь, чтобы справиться с полученной отравой. Надо было противогаз брать. Расслабился, не подумал… Много о чем.

Состояние было ужасным, организм затребовал отдыха и отказывался куда-то идти. Пришлось делать привал, переодеваться в сухое. Понадобилось около часа, чтобы оправиться от внезапного приступа и осознать, что я действительно заблудился. Окончательно и бесповоротно. Я не узнавал тоннеля, по которому шел: за моей спиной появились ответвления и боковые ходы, которых раньше не было. Обнаружив вертикальный лаз, я вскарабкался на уровень выше, но и тут не смог отыскать выхода на поверхность. Подземный ход петлял, на пути появилась обширная пещера, которую я точно не проходил раньше, потом еще и еще одна, с небольшим озерцом в середине, заполненным ледяной водой. Не знаю, сколько часов я бродил по этому подземному лабиринту: чувство времени тоже стало подводить. Когда мне показалось, что я прошел одну и ту же развилку уже в третий раз, я опустился на землю, привалившись спиной к стене, и достал из рюкзака упаковку галет. Нужно передохнуть.

Сверху, как и везде, капала вода, и я выключил «кошачье зрение», оставшись в полной, всепоглощающей темноте — смотреть тут было не на что. Наверное, это решение сыграло свою роль: не прошло и минуты, как я ощутил сквозняк. То, чего в Гнездах быть не должно. Торопливо дожевав галету, я медленно, останавливаясь на каждом перекрестке и тщательно отслеживая воздушный поток, двинулся по коридорам. Идти оказалось необыкновенно тяжело, потому что фауна и флора совершенно перестали прикидываться земной и полностью походили на те, которые я встречал в Гнездах раньше. Правда, количество измерений осталось прежним и объекты не выглядели так, словно вокруг них вьётся багровый туман.

Очередной переход на ярус вверх вывел меня в необычное место. Пещера на пересечении двух коридоров, в потолке которой внезапно обнаружилась дыра. Круглая такая, с темным небом и подмигивающими звездами. Не препятствие для тренированного мужчины: уцепившись за свисавшее сверху переплетение корней, я перехватил руки, подтянулся, и, закинув колено, перевалился через край ямы. Вниз с грохотом посыпался влажный грунт. Поднявшись на четвереньки, я зачерпнул полные пригоршни снега и хорошенько растер горящее лицо.

Снега?! В тропических джунглях?

Осознание происходящего пришло не сразу — сначала я подумал, что зрение обманывает меня. Никаких джунглей не было и в помине. Вокруг расстилалась заснеженная холмистая равнина, окруженная на горизонте черными изломами гор. Дул сырой порывистый ветер, гнавший по небу черные клочковатые облака, то и дело скрывавшие за своей пеленой висящую над горными кручами непропорционально большую луну.

Насыщенного ярко-желтого цвета.

Глава 4

У любого человека с возрастом накапливаются две противоположные тенденции. С одной стороны, опыт позволяет ему сформировать довольно точную картину мира, изменяется которая с трудом. Исключения есть, отдельные личности поражают узостью кругозора, но в моём окружении сложилось так. Вместе с тем, тот же самый опыт убеждает, что в теории возможно всё, только с разной вероятностью. Основательность и гибкость мышления сосуществуют в разных пропорциях, помогая или, наоборот, мешая человеку занимать достойное место в обществе.

Псионы от людей в данном смысле ничем не отличаются, разве что в среднем их кругозор намного шире. Попадаются тупицы, отказывающиеся учиться на основании того, что и так знают всё им потребное; несколько выше процент тех, кто стремится к саморазвитию. Вторую категорию подстегивает понимание простого факта — у старших уровней срок жизни дольше и сама жизнь интереснее.

Ментаты по определению обладают гибким мышлением. Мы видим многое, поневоле заставляющее шевелить извилинами и усваивать новые концепции. Это относится к обеим категориям: и к любителям залезать в чужие мозги, что-то там поправить, и к спецам по скольжению в ментале. В над-реальности встречаются самые невероятные явления, которые в сжатые сроки требуется проанализировать, оценить уровень угрозы, выработать стратегию взаимодействия и собраться с духом, чтобы привести её в действие. Ну и помолиться напоследок, потому что ошибка вполне может стоить жизни или даже души.

Как бы то ни было, первоначальный шок прошел быстро.

Я принял то, что нахожусь не на Земле.

Другой мир. Другая планета, ладно. Дальше что?

Попасть сюда я мог в единственный момент — во время странного, пришедшего внезапно приступа. Сразу после него меня скрутило, и теперь понятно, почему. Организм перестраивался. Без анализатора точно не определить, но здесь наверняка другой состав воздуха, немного иной спектр солнечного света, вполне возможно, что и сила тяжести отличается от земной. Но, в целом, планета чудовищно похожа на Землю, отчего в голове возникают мысли о причинах сходства. Обдумаю их позже.