Биометаллический одуванчик (СИ) - Акисс Ардо вин - Страница 53

Зиэль планировал провести в восточной части Анас-Ток еще два дня, но как быть теперь, когда он встретил Скэлла? Выходило, что все же следовало вернуться в Моррот, и чем скорее, тем лучше, чтобы сообщить о странном госте и сказать, что он представляет угрозы для их народа. Наткнись на них сейчас один из дозорных отрядов – и неприятностей не оберешься, потому что среди всех эльфийских племен только темные эльфы отличаются большей враждебностью к чужакам​.

Зиэль... Зиэль – исключение. И на то были причины.

– Я возвращаюсь домой, – сказал он Скэллу. – Пойдешь со мной? Познакомлю тебя с моим племенем. Они не очень дружелюбные, но если я скажу, что ты друг, мне поверят.

– Поверят, – повторил оборотень, внимательно рассматривая эльфа.

Зиэль не выдержал пристальный взгляд его фиолетовых глаз и добавил:

– А наш маг понимает звериный язык и даже может читать мысли. Он сможет понять тебя, и я наконец узнаю, что ты ищешь в наших краях. Тогда, может быть, и помочь смогу?

На этот раз Скэлл промолчал. Зиэль забросил свой мешок на плечо, взял копье и сделал несколько шагов в сторону Моррота.

Оборотень последовал за ним.

– Вот и славно.

***

Дорога домой заняла два дня. Той же ночью Зиэль остановился на небольшой поляне и развел костер, внимательно наблюдая за реакцией Скэлла. Огня оборотень не боялся.

Но мясо предпочел сырое – перед самым закатом он в обличье человека, голыми руками поймал крупного тетерева и отдал его эльфу, чтобы во время привала забрать обратно и с аппетитом съесть, оставив от птицы только голову, лапы и перья. При виде этой жутковатой картины Зиэль с трудом смог справиться с лапой зайца, зажаренного на костре, и процессе еды все время опасался, как бы его ужин не попросился наружу.

– Жареное мясо вкуснее, – говорил он Скэллу, посыпая зайца специями. – Вот, попробуй.

Но оборотень, просто понюхав горячее, сочащееся жиром и испускающее аромат специй мясо, презрительно наморщил нос и вернулся к своей добыче.

– Как знаешь.

После еды Скэлл принял звериный облик и свернулся калачиком на своей импровизированной одежде. Зиэль, понаблюдав за спящим волком какое-то время, положил в огонь бревно потолще и завернулся в свой спальный мешок.

И впервые за несколько дней позволил себе крепко уснуть.

***

У Моррота, как и у других поселений зимних эльфов, стен не было – на случай крупномасштабных вражеских вторжений были предусмотрены крепости, возведенные в труднодоступных местах Анас Ток, в которых в мирное время дежурили совсем небольшие отряды воинов – лучших среди народа. Это, казалось бы, делало эльфов уязвимыми перед внезапной атакой, но на практике еще никто не смог застать зимний народ врасплох, даже во время кровавых междоусобиц между первородными.

Вот и Зиэль со Скэллом не смогли подойти к Морроту незамеченными – в трех лигах от селения их окружил дозорный отряд из пяти эльфов.

– Зиэль! – лидер отряда, Варрен, стоял на тропе, преграждая путь с копьем в руках. – С тобой человек.

Зиэля смутился злой блеск в его голубых глазах – ему показалось, что причина раздражения Варрена кроется совсем не в том, что земли зимнего народа осквернила нога человека.

– Он не обычный человек, – ответил молодой эльф. – Он умеет обращаться в волка. Думаю, он пришел с востока, из глубин Великого леса. И он не опасен.

– Это решит Лэйрен, – сурово ответил предводитель отряда дозорных, а потом добавил с некоторой заинтересованностью:

– А почему он... в твоем одеяле?

– Потому что он оборотень. Когда я его нашел, он сидел голышом на дереве.

Варрен еще раз внимательно изучил внешность Скэлла. Оборотень не предпринимал никаких действий, только вертел головой, рассматривая четверку его подчиненных, которые обступили Зиэля и Скэлла со всех сторон.

– Он не понимает ни одного из известных мне языков, – добавил Зиэль.

– Наверное, и правда с востока, – согласился Варрен. – Или чей-то шпион.

– Он не шпион, – возразил Зиэль.

– Это решит Лэйрен. А теперь сдай оружие.

– Зачем? – не понял молодой эльф.

– Приказ Лэйрена. Он приказал найти тебя и немедленно доставить в Моррот.

– В чем моя вина?

– И запретил говорить с тобой.

Зиэль в полной растерянности отдал сородичам копье, лук и меч. Кинжалы оставил при себе – они были доказательством его принадлежности к касте воинов, так что отобрать их могли только на ежегодном Большом Собрании в столице Народа – Ллас-Туа. Во время его проведения могли провести голосование, итог которого решал судьбу провинившегося воителя – простить, подвергнуть порицанию, изгнать из касты... Или из Народа.

Скэлл с интересом наблюдал за процедурой его разоружения. Зиэль боялся, что он выкинет какой-нибудь фокус – например, попытается проверить форму ушей у Варрена и его подчиненных – но оборотень был совершенно спокоен и не совершал никаких действий, которые могли бы спровоцировать агрессию со стороны его сородичей. А не беспокоясь об этой проблеме, эльф мог спокойно поразмыслить над тем, за что ему оказана такая немилость. Единственное, что приходило в голову – в Морроте как-то прознали о том, что он отпустил орка живым. Чародею Моррота, Эррону, могли сказать об этом птицы, хотя для этого он должен был сначала приказать им следить за Зиэлем. Но зачем чародею шпионить за простым эльфом? У него есть куда более важные дела... Ну а если бы у него и нашлась минутка, чтобы уделить внимание потомку Сайтела, и он бы увидел его столкновение с высоким орком, то не стал бы незамедлительно докладывать об этом Лэйрену – все-таки Зиэль один из учеников Эррона, и прежде всего его ждал бы хоть и неприятный, но личный разговор с учителем магии.

В подобном ключе Зиэль изнывал от неведения целых три часа пути в Моррот.

А когда они пришли, он понял, что не подумал о самом простом и очевидном варианте – хотя бы потому, что тот был откровенно глупым. Он забыл о том, что всем разумным свойственно совершать откровенно идиотские поступки. От этого никто не застрахован – ни человек, ни гном, ни эльф, ни орк.

Зиэль считал, что высокие орки значительно превосходят других орков в плане интеллекта.

Он ошибался.

На главной (и единственной) площади Моррота, окруженной кольцом из деревянных жилищ зимних эльфов, в самом ее центре, к столбу был привязан тот самый орк, на которого Зиэль так неудачно истратил почти все свои стрелы. Видимо, когда они разошлись, зеленокожий так и не отказался от идеи попасть в земли Зимнего Народа и вернулся обратно. Теперь его ждала смерть, а Зиэля – крупные неприятности.

Лэйрену успели сообщить о том, что Варрен выполнил его приказ, поэтому лидер Моррота в окружении своей небольшой свиты уже ждал их на площади. А когда Зиэля и Скэлла подвели к нему, из своих жилищ вышли все эльфы селения, обступив место действия широким кольцом. Зиэль воодушевился, увидев родителей и Ллэйн – подругу детства, которая станет его женой, как только они оба достигнут требуемого для бракосочетания возраста.

Когда он заметил печать скорби на их лицах, радости у него поубавилось.

– Зиэль! – яростный ледяной тон Лэйрена сразу дал понять эльфу, чего следует ожидать, поэтому он одновременно и вжал голову в плечи, и незаметно выдохнул с облегчением. Самого худшего следовало ждать, услышь он презрение, или того хуже – абсолютное равнодушие, потому что свою ярость глава Моррота растрачивал только на тех, кто еще не окончательно упал в его глазах.

– Два дня назад отряд Эссена наткнулся на этого орка на восточной границе. Сначала он хотел убить его, но среди стрел, выпущенных орком, одна оказалась нашей. Его схватили и допросили. Знаешь, что он нам рассказал?

– Знаю, – ответил Зиэль, мысленно кляня слишком разговорчивого зеленокожего, который к тому же додумался подобрать одну из его стрел.