По головам - 2 (СИ) - Горбачев Ярослав - Страница 51

Мы с Луцием успели занять удобную позицию, откуда хорошо простреливался выход с транспорта, и открыли шквальный огонь одновременно с появлением первых противников. Люди Василя тотчас поддержали нас. Мы достигли цели — все, кто попытался вырваться наружу, превратились в груды чадящего и частью оплавленного металла.

К сожалению, нам противостояла далеко не стихия, а чей-то разум. Получив отпор, роботы начали разбегаться по укромным местам и занимая позиции везде, где было хоть какое-то укрытие. А часть взялась за резку бронестворок, ведущих в запертый мной энергетический отсек — и вряд ли для того, чтобы просто посмотреть, как там реактор.

Но самое дикое — электронно-механическая братия принялась отстреливать тех, с кем, вроде как, должна была воевать бок о бок. Оставшиеся внутри люди Мироновых начали падать один за другим, скошенные огнём тех, от кого не ждали никакого подвоха.

Десантников застали врасплох. Прежде, чем они успели опомниться и начали отстреливаться, потеряли не менее трёх десятков бойцов…

Сложилась патовая ситуация, ненадолго установилось шаткое равновесие. Но время работало против нас. До момента, когда противник доберётся до реактора, оставались считанные минуты, если не секунды, а хорошо подготовленный взрыв мог повредить не только корабль, но и лапуту, на которой он находится.

Действовать надо было быстро. Включив ускорители, я устремился вперёд — внутрь корабля, еле вписавшись в габариты люка. Следующему по пятам Лцуию указал целями всех притаившихся на нашем пути роботов, кроме одного — бота с гипербластерами, на котором сосредоточился полностью сам.

Одним выстрелом перебил ведущие к орудию энерговоды, ещё несколькими снёс конечности, тем самым лишил бота подвижности и хоть какой-то возможности нанести нам вред. Подлетев к бессильно расплывшейся по полу кучке дымящегося металла, ударом приклада снёс крышку с управляющего вычислителя и обнажил его электронные потроха.

Дальше требовалось совершить невозможное для обычного человека, но вполне посильное для кибермансера. Хакнуть систему бота за тот крохотный отрезок времени, что у нас оставался, и попытаться выработать методы противодействия.

Складывать все яйца в одну корзину не стал и подстраховался — послал Луция громить тех роботов, которые ломились в реакторный отсек, себе в качестве прикрытия вызвал людей Василя. У тамплиера явно были какие-то возражения, но высказать их в пылу боя он не решился, и послушно сорвался выполнять приказ.

Я же ненадолго отрешился от внешнего мира. Подключился к раскуроченному боту через технологический разъём и смог довольно быстро войти в систему, просто перебрав некий набор стандартных паролей администраторов. Далее, через список активных процессов и анализ использования ресурсов, выяснил, что же именно управляет железякой передо мной. Оказалось — это крайне легковесный процесс, завязанный на очень активный сетевой обмен. Иными словами — это значило, что все команды поступают извне, внутри почти никакой обработки не происходит.

Выработать противодействие этому было проще простого. Создав «ответную часть», имитирующую тот удалённый управляющий центр, я начал спамить на всех каналах и по всем сетевым идентификаторам командами, запускающими полное отключение или вход в спящий режим.

Роботы тут же начали вести себя крайне странно — замирать на доли секунд, прекращать огонь в случайные моменты времени, а иногда и просто падать. Полностью перебить поток основных управляющих команд было не в моих силах, но всерьёз снизить боеспособность вражеской армии у меня получилось вполне.

А дальнейшее было уже делом техники. Запеленговать источник управляющих сигналов, который оказался в одном из скрытых от наблюдения отсеков. Послать туда ударную группу из подтянувшихся людей Василя. Уничтожить передающую аппаратуру, используемую для трансляции приказов, и вытащить горстку упирающихся людей в штатском.

После этого, оставшиеся роботы уже полностью подчинились мне. Увы, пережила бой лишь жалкая горстка, меньше пары десятков, в основном — ремонтники, подносчики и прочие «мирные» специализации. Из чисто боевых сохранилась одна ракетная платформа, одна с плазменной пушкой, два пулемётных бота и один — с гипербластерами.

Загнал их в дальний отсек, чтобы не мозолили глаза и не нервировали живых людей, которые и так после происшествия были на взводе. Тут же поменял все коды доступа, обновил прошивки, отключил доступ через технологические консоли — короче, сделал всё, чтобы кроме меня эти железяки больше никому и никогда не подчинялись.

Уже после этого прошёл к пленным, которых загнали в отдельный отсек. Снегирь и Струев уже тоже находились там — видимо, как заваруха началась, тут же побросали все свои дела и прибежали на помощь.

Тут же, за поворотом — чтобы не слышали остальные — допрашивали одного из диверсантов, судя по мутным глазам, с помощью химии. Мне даже не понадобилось разоблачаться и доставать автодок, с задачей развязывания языков справлялись и без меня.

Струев нависал над стоящим на коленях щуплым мужичком, Снегирь стоял рядом, сложив руки на груди.

— Кто отдал приказ?

— Не знаю.

— Как вы получили приказ?

— По шифрованному каналу.

— Вы всегда получаете приказы таким образом?

— Да.

Оттеснив Струева в сторону, сам склонился над пленным и задал интересовавший меня больше всего вопрос.

— Был приказ убивать сдающихся десантников?

— Да.

— Как он звучал?

— Настроить роботов на убийство всех живых, включая наших бойцов и членов команды.

— Вы можете быть уверены в том, что получили приказ именно от вашего начальства — от командования Мироновых?

— Да.

Повернулся к Струеву и Снегирю.

— Я забираю его у вас. Ненадолго… Потом закончите.

Мироновы сделали нам настоящий подарок. У меня просто в голове не укладывалось, как можно было так подставиться.

Хотя, если не я — возможно, всё закончилось бы совершенно иначе. Просто не осталось бы живых свидетелей, тех, кто задаст неудобные вопросы. А фанатики-исполнители сгорели бы в огне взрыва. Наверняка это были очень мотивированные и верные люди, действующие ради чего-то гораздо большего, чем их текущая жизнь.

А ещё, возможно риск провала и учитывался теми, кто спланировал операцию. Но что для них мнение какой-то пары сотен десантников и экипажа захваченного корабля? Когда всегда можно набрать и обучить таких ещё?

Вот только, я так не думал.

Не дожидаясь ответа Струева, подхватил пленного, активировал ускорители и рванул прочь из корабля. Правда, на выходе едва не приложил свою драгоценную ношу головой об угол — немного не рассчитал изменение центра тяжести, из-за чего плохо вписался в поворот. Но тут же внёс все необходимые корректировки, выровнял траекторию полёта, и, оказавшись снаружи, уже плавно и без рывков поднялся обратно на трибуну.

Картинным жестом бросил человека Мироновых перед собой и оглядел нашу импровизированную площадь, уже второй раз используемую для публичного выступления.

С одной стороны рядками лежали раненые, которыми занимались наши медики вместе с помогающими им медиками Мироновых. С другой, рядками, были разложены тела погибших…

Больше никто не стоял и не глазел на меня. Все занимались делом. Оставшихся бойцов поспешно разоружили, проверили и разбили на группы, каждая из которых занималась своим делом — кто получил теплоизолированные перчатки и стаскивал в сторону покорёженный хлам, кто помогал выносил убитых, кто — выполнял роль санитаров.

— Минутка внимания! — активировав микрофон, я заставил головы копошащихся внизу людей всё-таки повернуться в свою сторону. — Я займу совсем немного времени. Вы служили верой и правдой роду Мироновых, готовились погибать за них… А послушайте-ка, чем они хотели отплатить вам взамен!

Я повторил допрос пленного, заставив его сначала представиться, озвучить звание, а потом — проговорить словами, что приказ на уничтожение сдающихся был получен сверху, и что это была не инициатива нескольких запершихся на корабле психов.