Тринадцатая королева (СИ) - Ильева Анита - Страница 27

Леонелла поднялась и на ватных ногах пошла сквозь толпу, которая раздвигалась перед ней, подобно тоннелю, открывая проход прямо к Матео. Чем ближе она была, тем громче становился гул окружающих её голосов, шепот сплетниц, тем явственнее она ощущала на себя жадные до зрелища взгляды.

Лео шла, с сожалением осознавая, что сколько не оттягивай, этот момент точно наступит. То, чего она так неистово хотела, должно было произойти именно так — у всех на глазах, под клеймом позора. Она ни на секунду не опустила глаза, прямо глядя на своего Райэля и напитываясь его спокойствием. Начни он сейчас нервничать — она бы наверное, точно не выдержала этой пытки.

— Сними маску, Тито! — послышался за спиной голос короля. — Ты ведь у нас знатный красавец!

Еще одна стрела прямо в сердце. Королю обязательно надо продемонстрировать уродство своего шута, чтобы ещё больше унизить его. Показать свою власть, что он может даже королеву заставить целовать урода в угоду своему и общему веселью. Откуда им всем знать, что за этот поцелуй им обоим не жалко отдать свои жизни.

Матео медленно потянулся и убрал закрывающую шрам маску. По залу пронесся вздох. Новенькие фрейлины не ожидали подобного — маска надежно скрывала уродство, оставляя для взора довольно симпатичную часть лица, и теперь он выглядел совсем по-другому. Кто-то уже видел королевского менестреля без маски, и теперь зорко следил за реакцией королевы — наверное, ожидали гримасу отвращения или ужаса, но на лице Леонеллы не дрогнул ни один мускул. Она умела держать себя в руках. Оказавшись в непосредственной близости, она посмотрела на Матео снизу вверх, заглядывая ему в глаза.

— Он мне этого не простит, — прошептала она одними губами, не сомневаясь, что Матео поймет, о чём она.

— Я могу возразить ему, — тихо проговорил он, и Леонелла видела только, как вздымается его грудь от глубокого дыхания.

— Нет, он тебя убьёт, — прошепла Лео с ужасом.

— Знаю. Моя жизнь не стоит этого спектакля.

— Это не так. И я не могу допустить, чтобы он убил тебя. Я должна подчиниться.

Взгляд её чуть затуманился, она глубоко вздохнула и, решительно приподнявшись на цыпочки, прижалась к губам Матео, прикрыв глаза и ощущая, как прерывисто он вздохнул.

Прижалась, помышляя, что подарит ему лишь мимолетную ласку, но не смогла оторваться. Едва прикоснувшись, она почувствовала, как всё её тело окатило сонмищем мурашек и перехватило дыхание. Нежность его губ опьянила, как и в прошлый раз, заставила забыть, где она и что делает. Лео и не думала, что сможет испытать столько эмоций за раз, после того поцелуя чувства уже успели притупиться, и сейчас она снова ощутила, какие мягкие и горячие губы у Матео, не ожидала, что он неожиданно вдруг перехватит инициативу, целуя её в ответ, так чувственно и умело. У Лео подогнулись колени. Не соображая, что делает, она потянулась к лицу любимого, поглаживая пальцами его щеку, не в силах остановить это. Знала, что на них смотрят десятки глаз, но лишь почувствовав его отклик, такой искренний и откровенный, она забыла обо всем и просто растворилась в потрясающих эмоциях.

— Я думаю, довольно! — ворвался голос короля в её сознание, и Леонелла, оттолкнувшись от груди шута ладонями, буквально отскочила от него, тяжело дыша. Матео резко вдохнул через рот, бросив на Леонеллу короткий затуманенный взгляд, и опустился на одно колено.

— Вы оказали мне честь, моя королева, — низко поклонившись, поговорил Матео. — Моя жизнь отныне принадлежит вам без остатка.

— Хорошо, Тито, ступай! Ты сегодня отлично развлек нас всех! — снова хлопнул в ладоши король, чрезвычайно довольный зрелищем. Леонелла прекрасно понимала, что теперь ее ничто не спасет от карающей плетки.

***

Матео буквально выскочил из главного зала, где проходил бал, и остановился лишь недалеко от кухни, во тьме коридора, прислонившись к стене ладонью и тяжело дыша.

Справиться с вожделением никак не получалось, пока его губы горели от столь чувственного поцелуя королевы. Он не смог совладать с собой, ее близость вышибала весь разум, а когда она прикоснулась к нему… он окончательно потерял голову. Матео уже знал, насколько сладкими могут быть ее губы, но с тех пор прошло уже много времени, а теперь её чувственность была просто убийственная. Захотелось стукнуться головой о каменную стену — за что ему такие мучения? Столько месяцев удачно избегать этого, и вот сейчас…

Он стоял, пытаясь выровнять сбитое дыхание, и, прикрыв глаза, вспоминал, как много раз он хотел плюнуть на все и признаться королеве в своих чувствах снова, но совершенно не представлял, зачем это может быть нужно ей. Да, она ответила на его поцелуй, но сразу же оттолкнула, ясно давая понять, что между ними ничего не может быть. До безумия любить королеву и не иметь даже малейшей надежды на взаимность — эту сладкую пытку становилось невозможно выносить с каждым днем всё сильнее. Видеть её каждый день, знать, что делает с ней король за закрытыми дверями их королевских покоев — этот ужас преследовал его даже во снах. Матео часто снилось, как Лео тянет к нему руки, все в рубцах от плётки, а он бежит к ней, чтобы помочь, и не может добежать.

И вот теперь она снова поцеловала его. Поцеловала так, что ноги не держат до сих пор. Воздуха не хватает. Голова дурная. Её губы, что подарили такую нежность, которую он никогда и нигде больше не испытает. Её ладонь, что гладила здоровую щеку, касания которой он ощущал и сейчас. И теперь она пойдет с королём в спальню, и там… Матео вскочил и хотел уже было вернуться в зал, но вовремя пришел в себя. Ничего, кроме насмешек, он не получит. А Леонелле будет трудно наблюдать за его потугами кому-то там что-то доказать. И тогда он лишь несколько раз вмазал по стене так, что боль ненадолго отрезвила затуманенный разум.

Матео вдохнул поглубже и побрёл к себе в каморку. Раз уж его отпустили, то, возможно, напиться и забыться будет лучшим решением на сегодня.

Однако напиться не вышло: солдаты обычно оставляли ему немного пива, но сегодня, благодаря балу, выпито было все под чистую. Забыться тоже не вышло — только Матео вернулся в свою каморку из казарм, как к нему заглянула Иззи.

— Матео! — позвала она его, просачивпясь внутрь комнатки без приглашения. — А почему ты не на балу? Ты разве не должен развлекать гостей?

— Кажется, я уже их развлек, — хрипло выдавил из себя Матео, не поднимаясь с кушетки и не открывая глаз. — Им сейчас и без меня весело.

— Что же там произошло?

— Тебе лучше не знать.

— Не хочешь, не говори, — Иззи подошла к Матео и кокетливо повела плечом. — Может, теперь ты сам хочешь развлечься?

Шут скосился на неё именно тогда, когда сначала одна бретелька её платья съехала с плеча, потом другая, и вот девушка уже стояла перед мужчиной обнажённой. Матео усмехнулся.

— Ну-ка, иди сюда, — он привлек он к себе служанку, закрыл глаза и, судорожно сглотнув, погладил её ягодицы, представляя на её месте Леонеллу. Иззи ловко избавила его от одежды и устроилась на Матео сверху. Новая волна похоти накатила ещё сильнее, и он кончил за несколько движений, загнанно выдыхая обжигающий лёгкие воздух и не чувствуя удовлетворения, только слегка погасив бушующий внутри пожар.

— О, Матео, я знала, что однажды любовь проснётся в тебе, — мурлыкнула Из, укладываясь ему на грудь. Матео рассеянно и неопределенно повёл плечом, не желая больше ни о чем думать. — Мы теперь парочка, да?

— Я… — начал было Матео, но осекся. — Не слишком ли много вопросов? — Он перевернулся и подмял девушку под себя. — Давай лучше продолжим…

Страсть

Чего Матео не мог знать, так это то, что после того, как он выскочил из зала, нервы Лео всё же не выдержали такого напряжения. Она едва дошла до трона, как рухнула без чувств прямо к ногам короля.

Очнулась Леонелла уже в своих покоях, рядом суетились служанки, недалеко стоял король рядом с лекарем и вполголоса обсуждал с ним её состояние. Лео прислушалась, не открывая глаз и затаив дыхание.