Стриптиз — не повод для знакомства (СИ) - Бастрикова Марина - Страница 23

После чего нас с сыном наконец-то пустили домой греться, а мужики еще какое-то время выясняли отношения. Или мерились, кто их знает. Главное, чтобы причиндалы не отморозили. У Ишака классные дети получаются, а Ромку… просто жалко. Я ж его пипидастр видела, жаль будет терять такое для общества. Тем более здесь заинтересованная сторона не одна женщина, а толпа. Все ж бабник.

Мишка попросил налить ему чая. С учетом того, что он в Макдональдсе выпил литр сока, было странным, что ему все еще что-то хочется выпить. Кстати, про выпить. Мою руку с бутылкой вина перехватили. И пальцы лишились приятного веса вечернего спасения от кошмаров.

— Быстро же вы закончили. Или за линейкой пришел? Пятисантиметровой? — прошипела, обиженная на то, что меня определенно лишают выпивки. Но Рома только улыбнулся и поднял другую тему:

— Я понимаю — Мишка, для него все опасности являются скорее приключениями. Но ты… Что… действительно ни разу не испугалась во время просмотра?

Видимо, ситуация задела гордость мужчины. Вообще я понимаю, мало кто способен легко признавать свои страхи и слабости. И обычно эта сила доступна женщинам. Жаль, что не мне.

— Я патологоанатом. И что гораздо хуже — мать.

— О чем и речь. Если ты много ужасного видела, то должна, наоборот, автоматом предполагать самое плохое. На этом же построен страх. Не на том, что всех кромсают одного за другим, а на процессе перед этим событием. Когда твой мозг предположил самое худшее, но все еще надеется.

Я вспомнила, как стучала в решетку, удерживая в руках малюсенькое тельце. Еще не зная, что ребенок уже мертв.

— Возможно, я неправильная.

Потому что в действительности у меня должна была скорее появиться фобия огня, криков или хотя бы крови. Но вместо этого я захотела разобраться, почему мой брат так быстро умер.

— Давай лучше чая налью, неправильная ты моя. — Рома убрал вино и достал кружки.

А я пыталась не показать виду, насколько мне больно и как быстро колотится мое сердце от этого его «неправильная ты моя».

Все, завтра скажу, что ко мне переезжает подруга, и Роме нужно съехать.

— Чай не лучше, — из принципа пробухтела.

— Почему? Это же комплимент. Чай с кем попало не пьют. Это алкоголь можно, — отвлек меня Рома от мыслей о том, как мне перевезти к себе Наташу и что делать с ее мужем-инвалидом. — Сколько сахара?

— И мне, и Мише по три ложки, — улыбнулась, понимая, какие мы сладкоежки по сравнению с тем же Ромой — тот насыпал себе пол-ложки сахара. — Только в Мишкиной кружке не размешивай.

— Почему?

— Лужа, которую он разольет, пока будет нести, получится не такая липкая, — сказала, промолчав, что обычно несу для Мишки чай сама. Соответственно и проливает чай далеко не Мишка. Но мне было все еще неловко признаться в том, какая я неуклюжая дома. Стыд заключался в том, что моя работа предполагает отсутствие таких качеств. Но не оправдываться же перед каждым гостем, что это только дома, пока я расслаблена? Может, поэтому у меня обычно мало гостей? А Ромка тогда как тут оказался? Наверно, его улыбчивость и некое ребячество позволяли мне не чувствовать себя гораздо безалабернее окружающих.

Только когда я понесла чай в детскую (и да, я немного разлила по дороге), стало понятно, что нести мне чай обратно — Мишка сам переоделся в домашнюю одежду, залез под одеяло и уснул.

Рома собрался поесть на ночь глядя. Его можно понять, он же после фильма только кофе выпил. Но вот почему я так набросилась на еду — неизвестно.

Мы молча ели, а я впервые в жизни чувствовала себя настолько спокойной. Я получила угрозы от бывшего, возможно, вскроется то, что лишит меня работы, в моем доме малознакомый мужик, мама явно на грани совершения глупых поступков, а я не выпила алкоголя. Последнее, с учетом того, что вспомнила о брате, обещает мне сегодня кошмары. И при всем при этом… так прекрасно себя чувствую. Наверно, я и правда неправильная. Жаль только, что не его. И никогда не смогу, потому что мне не нужен ни бабник, ни маменькин сынок, ни стриптизер. Хотя парадокс: только с ним я узнала то ощущение каменной стены, на которую можно опереться.

Для полного погружения я в действительности навалилась спиной на Ромку.

— Еще кусочек — и мне придется расстегнуть штаны, — простонала, ощущая, что еще немного — и съеденное может полезть обратно. Неромантично? Да. Так во мне вообще нет ничего такого, начиная с профессии.

— Тебя возбуждает еда?

— Что? Нет! — смутилась из-за того, что меня поймали на раздумьях, ведь я как раз начала осмысливать собственную несексуальность. — Хотя немного да, в этом есть свой оргазм. Но я не о том.

Понимание, что у нашей пары не может быть совместного будущего, окончательно меня расслабило. Ну и пусть я буду отталкивающей. Все равно, если мы увлечемся друг другом — это только ухудшит ситуацию. И ни к чему полезному не приведет.

Принимая душ, с удивлением воззрилась на свою кожу. Она не была исцарапана жесткой мочалкой. Все последние дни я мылась, не пытаясь разодрать себя до крови. К тому же кошмаров у меня тоже не было, хотя даже алкоголь для меня не стопроцентная защита. Неужели я излечилась от своего невроза?

Вообще, правильнее было бы обратиться к специалисту. Я не из тех, кто пренебрежительно относится к психологам и психиатрам. Но у меня пока никак не складывалось со временем. Все мое нерабочее время принадлежало всегда Мише.

Похоже, идея найти себе мужа — отличный вариант. Мне определенно нужна помощь и присутствие рядом заботливого мужчины. И наличие Ромы только подтверждало эту мою потребность.

И я хочу еще одного ребенка, потому что… если однажды что-то случится с Мишей… Родители говорили, что выдержали только потому, что у них осталась я. Более того, однажды Мишка упал и поранил голову. А я стояла и в ужасе смотрела на текущую кровь, не зная, как жить дальше, если рана окажется глубокой. Еще тогда я поняла, что из-за страха потерять ребенка и остаться одной я отвратительно действую в критических ситуациях, если они касаются Миши. И именно страх того, что я, которая типа врач, снова протуплю — пугал до чертиков. Ведь тогда нашлись люди, которые быстро сориентировались и помогли. А если рядом окажусь только испуганная я?

Стоп, это же выходит, что фобия после того случая у меня все-таки появилась: безумный страх потерять ребенка. Просто возникла она гораздо позже, когда я сама родила сынишку. Что ж, может, не такая уж я неправильная. Фыркнула, вытерлась и надела страшную пижаму.

На выходе меня перехватил Рома и попросил объяснить, где может поставить свои предметы туалета. Я выдала ему полотенце и уставилась на заставленную всякими баночками полку. Вместить туда даже два принесенных бутылечка (шампунь и пена) не представлялось возможным. И надо же было такому случиться, что Ромка уставился на слив воды в ванне, а там… куча моих темных и длинных (оттого и заметных) волос. Я пискнула и оттеснила мужчину. Откуда взялись силы, он же такой огромный, что половину свободного пространства в ванной комнате занимал одними своими плечами. Неприглядную улику удалось забрать и унести в мусорку. Но куда деться от изучающего взгляда Ромы? Он же, наверно, только со всякими фифами сталкивался, которые вылизывают квартиру к приходу кавалера. А я просто задолбанная жизнью (эх, если б чем другим) мамаша.

— Все в порядке? — спросил стриптизер не выдержав и кивнул на мои волосы.

Я фыркнула. Объяснять, что дело не в какой-то болезни, а просто у меня очень густые и длинные волосы — не хотелось. Такое мужик должен только через совместную жизнь понять. И не мне ему раскрывать неприглядные стороны семьи. И так уже показала слишком многое. Полагаю, после знакомства со мной ему еще меньше захочется когда-либо жениться.

Рома понял, что тема неприятна, и переключился на прошлую — куда поставить принесенное. Поднимали и меняли расположение, но места не прибавлялось. Стриптизер уже начал порыкивать, когда ему вручила очередную упавшую банку (друг на друга не поставились, как я надеялась).