Двое из логова Дракона (СИ) - Куницына Лариса - Страница 30

— Эта трещина в земле образовалась, когда Небесный Дракон упал на Агорис, — пояснил Жрец. — Он провалился в недра планеты и теперь спит в глубине своего любимого детища. Ему снятся сны. Они наполнены образами и бесконечной мудростью, но эти сокровища недоступны смертным, за исключением Избранного, который иногда получает оттуда, из глубин Агориса откровения Небесного Дракона. Здесь есть ещё несколько залов, где проходит этот разлом. В одном из них наши предки построили лестницу, подниматься на которую имеет право только Избранный. С высоты ступеней он ловит обрывки волшебных снов и толкует их с помощью мудрости, дарованной ему нашим Создателем.

— И кто ж этот Избранный? — наконец, заговорил Джулиан, глядя в пропасть, где не было ничего, кроме гулкой и бесконечной пустоты.

— Наш царь Мизерис, — ответил Жрец. — Это светоч нашего мира, и средоточие мудрости обоих миров.

— Говорят, он сумасшедший.

Джулиан проигнорировал предостерегающий взгляд Дакосты.

— Да, но ни один человеческий разум не смог бы выдержать того, что приходится выносить ему, — не смутившись, объяснил Танирус. — Обычный мозг не подходит для такой миссии. Мудрость Небесного Дракона непостижима, а образы его снов бывают столь возвышены и столь ужасны, что могут сломить любой разум.

— Может, вы и правы, — пробормотал Джулиан, глядя куда-то по другую сторону пропасти. — Что это поблескивает?

— Это одна из наших основных святынь, — улыбнулся Танирус. — Подождите меня здесь.

Он махнул рукой и сверху раздался ужасный скрежет, а потом откуда-то опустился на толстых цепях широкий мост, соединивший оба берега. Жрец прошёл по мосту и снял что-то с подставки, стоявшей возле стены. Вернувшись, он продемонстрировал гостям странную вещицу. Это была маска, сделанная из материала, напоминающего чёрный хрусталь. Черты этого необычного лица были красивы и спокойны, словно она была снята с лица спящего молодого человека.

— Это Маска Тьмы, — пояснил Танирус. — Можете потрогать… По преданию, если её приложить к лицу Избранника, он увидит лицо Тьмы, — Жрец улыбнулся. — Это всего лишь предание. Многие из наших жрецов и даже танцовщиков и служек пробирались туда, чтоб испытать судьбу. Ведь каждый хочет быть избранным. Но никто так и не увидел её лица.

— Тёплая, — прошептал Елезар, проведя пальцами по маске.

— Желаете примерить? — Танирус взглянул на него. — Вдруг вам повезёт?

— Не вздумай, — нахмурился Джулиан. — Это артефакт чужой религии. Это артефакт Тьмы.

— Или всего лишь произведение искусного ремесленника, — пожал плечами Жрец. — На самом деле вы всего лишь увидите, как преломляются в этом хрустале лучи огня, и факелы засверкают фонтанами радужных искр. Неплохая игрушка для детей.

— Если можно, то я попробую, — кивнул Дакоста.

— Елезар, — Джулиан мрачно взглянул на него, но тот отмахнулся и взял из рук Жреца Маску Тьмы.

Он развернул её к себе тыльной стороной и осторожно приложил к лицу. В следующий миг его тело содрогнулось, и он осел на пол. Танирус нагнулся и снял маску с его лица.

— Он слишком слаб для этой миссии, — пояснил он, взглянув на Джулиана. — Теперь ваша очередь.

Вокруг послышался шум и, оглядевшись, МакЛарен увидел окруживших их жрецов с длинными серебристыми ножами в руках.

— Я забыл сказать, что мы ищем Существо Тьмы, которое примет участие в Битве, — добавил Танирус. — Если вы не подходите, мы вас отпустим. Тем более что Маска заберёт у вас воспоминания о последних часах перед встречей с ней. Вы наденете её сами, или мои люди вам помогут.

Жрец протянул ему маску.

Джулиан взял её и улыбнулся, проведя пальцами по тёплой щеке из чёрного хрусталя. Он чувствовал лёгкое покалывание в пальцах, которое постепенно поднималась по рукам к локтям, а потом и к плечам. Он уже знал, что последует затем. Ему оставалось только открыть глаза, чтоб увидеть лицо Тьмы.

Подняв маску, он приблизил её к лицу и осторожно приложил. И в следующий момент он почувствовал, как тёплый хрусталь пристал к его коже, сливаясь с ней, а острые иглы холодной энергии пронзили его лицо и сомкнулись в центре мозга. Тело растаяло, зато глаза распахнулись шире, и он увидел огромную мерцающую бездну, которая затянула его внутрь себя. И в следующий миг он уже плыл в этом потоке чёрной энергии, от видения к видению, от идеи к идее, от откровения к откровению. Он видел развалины древних храмов с разрушенными колоннами, разорённые капища, руины покинутых городов, где под непроницаемо тёмным небом царили смерть и запустение. Он окунулся в холодные стеклянистые воды реки, медленно влекущей вдоль туманных берегов унылую ладью с мертвецами. И шёпот давно истлевших губ тихонько нашёптывал ему забытые тайны…

Танирус с интересом наблюдал за тем, что происходило с пришельцем, а происходило с ним что-то странное. Он не рухнул и не превратился в монстра, как другие. Он не рычал и не бился, не сопротивлялся, пытаясь содрать с себя маску. Он вдруг замер неподвижно, и дыхание его стало спокойным и глубоким. Минуту спустя Танирусу стало ясно, что мозг незнакомца оказался достаточно вынослив, чтоб выдержать контакт с Маской Тьмы. Более того, он действительно вглядывался в её лик, не пугаясь и не пытаясь уклониться от её взгляда.

— Разденьте его, — распорядился Жрец. — Если это он, то с ним всё равно должны происходить какие-то трансформации.

Его прислужники поспешно приблизились и, осторожно орудуя своими длинными ножами, разрезали на землянине одежду и сняли её.

И спустя несколько минут жрецы увидели, как на их глазах начала разрушаться искусно созданная иллюзия, и подлинное тело проступило из-под кокона придуманного когда-то образа. Пришелец вытянулся вверх, его плечи раздались, грудная клетка расширилась, кожа побелела, и на ней заблестел едва заметный перламутровый отлив, под кожей по всему телу проступили рельефные мускулы. Длинные волосы приподнялись, завиваясь в мелкие кудри, под напором которых развязалась сдерживавшая их чёрная лента, и каштановый водопад осыпался на бледные мускулистые плечи, мощную грудь и широкую спину.

Танирус отступил, глядя на возникшее перед ним тело, полное силы и изящества. Он рассматривал его, не скрывая восхищения.

— Вот он, Воин Тьмы, — прошептал он, наконец. — Да, это он, достойный вершитель судеб этой несчастной планеты. Он великолепен. Он непобедим. Никто не сможет сравниться с ним в ловкости и мощи. Принесите цепи. Пусть спит, и Тьма рассказывает ему сказки. Мы должны удержать его здесь до Битвы. Мы повесим его там, над пропастью, чтоб дыхание спящего Дракона пропитало его насквозь, и он стал ещё сильнее.

Служители принесли чёрные цепи, которыми сковали тело обретённого воина. По мосту его перенесли на другой берег пропасти и повесили там, после чего мост убрали. Танирус приказал вызвать храмовых лучников, которые должны были днём и ночью держать пленённое Существо под прицелом.

— Мы ещё не можем управлять им. Но теперь он здесь, и очень скоро я узнаю, как заставить его повиноваться. Пошлите за царём, а я пойду в хранилище истины и буду вопрошать о нём Тьму.

Царь прибыл незамедлительно. Мрачно взглянув на встретившего его Главного Жреца, он проворчал:

— Надеюсь, на сей раз я не зря оставил более важные занятия ради вашей находки. Или вы опять отловили какого-то человеко-зверя.

— Нет, господин, — улыбнулся тот. — Это не зверь. Я был удивлён, узнав, что на звездолёте землян несколько существ, связанных с Тьмой, но этот — жемчужина среди них. Он создан для боя и разрушения.

Мизерис хмыкнул и недовольно проворчал:

— Показывайте ваше сокровище.

— Он здесь, — проговорил Танирус. — Идёмте, господин. Я покажу.

Он провёл царя в высокий сумеречный зал, разделённый на две части глубокой пропастью, рассекавшей чёрный каменный пол. Несмотря на множество факелов, их свет рассеивался, и тьма заполняла огромное пространство вокруг. Своды зала терялись в этой тьме. Взглянув туда, Мизерис чуть не споткнулся о тело на полу.