36 вопросов, чтобы влюбиться (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна - Страница 49

— Рэй, — кричу со всей силы, но ветер съедает слова. Осматриваю берег. Пусто. Ни души. Запускаю пальцы в волосы и с силой сдавливаю их. Черт. Всё равно иду дальше, не понимая, почему и что ищу. Всматриваюсь то в песок, то в бушующие волны. Вспоминаю, как издевалась тогда надо мной. Специально нырнула и долго была под водой, чтобы я занервничал.

Снова кричу, вглядываясь в волны. Разворачиваюсь и осматриваю пляж в надежде увидеть что-то. Если она хотела, чтобы я нашёл её, должна была оставить. Сердце замирает и пропускает удары, когда замечаю женские босоножки и телефон. Дёргаюсь туда, падая на колени. Телефон уже присыпан песком, значит лежит тут долго. Душа разрывается на части. Беру в руку и смахиваю с экрана песчинки. Тяну момент и надеюсь, что это может быть не её. Провожу большим пальцем по экрану, разблокирую. Не могу сдержать слез, когда с экрана мне улыбается Джадд. Тот Джадд, что убил её. Она до последнего так и сняла меня с заставки.

— Нет! — вырывается дикий звериный рык. — Нет, Рэй, нет! — кричу в пустоту, срывая голос. — Не оставляй меня, — шепчу, прикладывая телефон к губам. — Всё не должно было так закончиться. Запускаю руки в волосы и с силой сжимаю их. Хочу сделать себе больно. Но физическая боль лишь вершина айсберга, по сравнению с душевной. Не знаю, что делать. Скидываю пиджак с телефоном и ключами и бросаюсь к воде. Ныряю. Волны поднимают муть и ничего не вижу. Черт. Она не могла так поступить. Она не могла сдаться. Нигде не было.

— Рэй, — зову как обезумевший. Специально заплыла далеко, чтобы не выбраться, и никто не нашёл? Твою мать.

Обессиленный выполз на берег. Прохладная одежда противно прилипала к телу. Не знал что делать. Схватил свой телефон и набрал 911. Сбивчиво рассказывал, но вроде меня поняли. Хотя… черт! Что они могут сделать, если ее нигде нет и если ее унесло в открытый океан. Второй раз. Та же больно. Следом набираю маму и рассказываю ей всё.

— Я что проклят? — поднимаю голову к небу, будто там есть ответ. Утыкаюсь лицом в ладони, так больно, что я не могу сдержать слёз. Он забрал одну половину сердца, она — вторую. Кто я теперь? Бесчувственный и бессердечный. Как жить, потеряв двух любимых людей. Как собраться и найти силы жить с этим грузом дальше? Как впустить опять кого-то также глубоко в душу? Какой я был, когда думать, что всё можно закончить и перечеркнуть в любой момент. Когда захочешь. Чувства — это не просто файл, который можно удалить. Порой мне кажется, что они встраиваются в ДНК и навсегда остаются с нами. Меняя нас навсегда. Кем бы ты ни был раньше, теперь — ты другой.

Следующие несколько дней словно в замедленной съёмке старого кино. Всё разом потеряло краски. Серая масса окутывала, погружая в адскую бездну. Время тянулось мучительно медленно, не принося при этом никаких новостей. Ни о мёртвой, ни о живой.

Поисковые отряды прочесали пляж и прибрежную зону, но её следов так никто и не нашёл. Она просто испарилась. Мы обзвонили всё морги и больницы, до последнего у меня была мизерная, словно атом во Вселенной, надежда, что она жива. Так как тело так и не нашли. Хотя от мысли, что она где-то на дне или её унесло в океан потрясывало. Возможно, она так и останется навсегда без вести пропавшей. Это океан. И он не прощает мимолётных решений и ошибок.

Меня несколько раз допрашивали, чтобы узнать, что тогда произошло, и как я узнал, где она. Забрали её телефон. Последнюю частичку памяти о Рэй. Нет. Не последнюю. Было ещё письмо. Но про него я никому не рассказал. Оно было только для меня. Наша маленькая тайна.

Сидя на кровати в своей комнате, закрываю глаза, растирая пальцами переносицу.

"Знаю, что когда мы были наедине, ты не целовал меня против воли. Ты хотел этого также как и я. Не отрицай. И всякий раз пробирался ко мне ночью, потому что сам этого желал. Я не верю твоей лжи. Ты сам в ней запутался. " Наизусть выучил эти строки. Как разгадала меня?! Как почувствовала?! Раньше, чем я сам себе в этом признался. Проникла в душу и прописалась там, обманув внутреннего караульного.

" Теперь я одна. Как ты и хотел. Никому не нужна. Пожалуй, только чёртовому океану. " Мне. Мне нужна. Только, кому теперь это сказать? Чёртовому океану, что забрал её? Запускаю пальцы в волосы, с силой стягивая их. До боли. Чтобы перебить разрывающую сердце беспомощность.

Мне пришлось рассказать маме всё. Всё с самого начала. С самих похорон Роберта. Выслушав меня, она молча встала и ушла. Даже при всей её рассудительности и спокойствии, она не разговаривала со мной уже сутки.

Я подвёл всех. Даже Райт с Мэттом помогали искать ее, чтобы потом придушить меня при ней или казнить.

Любой мой шаг и я всё больше погрязал в зыбкой трясине. Пытался вырваться, оправдаться и что-то исправить, но делал только хуже.

И в первую очередь тех, кто доверял мне. И я не знал, как всё исправить. Тех, кого нет в живых, не вернуть. Тех, кого разочаровал, должен был доказать обратное, но не было сил.

Стена с нашими совместными фото из детдома опустела. Я не мог на них смотреть, слишком много боли они несли. Винил себя столько времени во всем, толком не разобравшись.

— Джадд, — детский голос сбоку озаряет мою темноту. Оборачиваюсь, натягивая улыбку. Пытаюсь быть радостным ради Алекса. Не хочу беспокоить и волновать.

— Проиграешь со мной? — протягивает коробку ещё не вскрытого Лего, заглядывая искренне в глаза. Киваю, соглашаясь, надеюсь это отвлечёт, хоть на время.

— Почему к нам не приходит Рэйн? — неожиданно спрашивает, когда я разрываю упаковку, чтобы достать конструктор. Его вопрос, словно спусковой крючок. В горле взрывается бомба и я, вроде взрослый человек, но не могу сдержать слёз, что рвутся изнутри.

— Она больше не придёт, — отворачиваюсь и тянусь за ножницами, смахивая слезу. Сглатываю подступающую рвоту и глубоко дышу. Даже, если она жива, я ранил ее слишком глубоко. В этом доме, в этой комнате. Она ни за что не захочет возвращаться сюда.

— Просила передать тебе, что принц обложался и Белоснежка ушла к гномам, — боюсь посмотреть на него и даже от малыша услышать укор.

— Ты же её поцеловал, — обращаю внимание, как хмурится мальчик.

— Этого оказалось мало, — пожимаю плечами.

— Она же любит тебя, когда любят не уходят, — поражаюсь его замечанию. Слишком взрослое заключение для такого маленького человека.

— С чего ты взял? — всё равно уточняю.

— Она сама мне это сказала. Тогда, она ночевала у нас. Я спросил и она сказала, что очень тебя любит. Ой, — закрывает рот ладошкой.

— Что? — сразу же переспрашивая, будто он знал что-то важное.

— Это была наша с ней тайна. А я раскрыл.

— Да ладно, — сжимаю зубы от злости на самого себя. Любила меня уже тогда и молчала. Хотя, дьявол, это и было заданием. И я так вжился в роль, что не только она влюбилась.

— Джадд, — слышу внизу взволнованный голос мамы и подрываюсь.

— Я сейчас вернусь, — киваю Алексу и, перепрыгивая через ступеньку, направляюсь вниз.

Мама натягивает впопыхах плащ, не глядя на меня. Прячет глаза, что-то утаивая.

— Мне надо отойти кое-куда? Присмотришь за Алексом?

— Это связано с Рэйн? — пытаюсь заглянуть в глаза, но она намеренно не смотрит. Сердце болезненно стучит. Отрицательно качает головой в ответ. И берётся за ручку двери.

— Мам, — говорю в спину, — обещай, что расскажешь, если что-то узнаешь о ней, — замирает, не решаясь сделать движение. Теперь уже точно уверен, что это связано с ней.

— Хорошо, — кивает и выходит.

Почему ничего не сказала? Неужели Рэй нашли? В голову, словно ядовитые черви лезут самые мерзкие мысли. Нашли тело и мы — единственные, кто может опознать? Но она решила проверить сама?

Часть 3. Рейн и Джадд

Глава 41. Сара

«Прощай»

Набираю сообщение и отправляю. Выключаю телефон и бросаю его вместе с босоножками в песок. Иду к воде. Прохладные волны жадно обнимают ноги. Лодыжки сводит судорогой, но я делаю шаг навстречу прибою. Кожу передёргивает мелкой дрожью. Вхожу глубже прямо в одежде. Делаю глубокий вдох и погружаюсь под воду. Тело словно пронзают миллионы ледяных игл. Замираю в невесомости волн, что качают под водой.