Чёрный алтарь (СИ) - Риз Лаванда - Страница 73

В глазах остальных охийцев Мариэль видела настороженность и нескрываемое любопытство, она догадывалась, что среди них ходили разные слухи о бывшей рабыне жене седьмого лорда и королеве азаронцев. Замок окружали воины лордов. Азаронские ястребы гордо, с чувством собственного достоинства шествовали за своей королевой. С прекрасной военной выправкой, с открытыми лицами, с приветливыми ясными глазами, они здесь олицетворяли весь азаронский народ. При её появлении, охийские стражники затрубили в трубы, возвещая о появлении важного гостя и привлекая всеобщее внимание.

Придерживая подол своего шикарного платья, Мариэль вошла в огромный зал, где уже собрались благородные охийцы и послы, а семеро лордов заняли свои места на постаменте. Длинная накидка тянулась за ней по полу, корона и драгоценности ярко мерцали, освещая её волшебным сиянием.

Мариэль непринужденно, но с достоинством подошла к постаменту лордов, провожаемая, тысячей пар глаз, притихших людей. Её речь была обращена к Ваасу:

— Я приветствую знатных лордов и правителя Охии! Я, наследница древней династии Сиязары рада приветствовать уважаемых послов и собравшихся здесь благородных охийцев! Мы пришли искать мира и согласия с великими народами Охии, Див и народом леса — хатами. Новый Азарон искренне желает жить в дружеских отношениях со своими соседями, наши сердца бьются в такт охийским, дивийским, хатским, услышьте их. Мы надеемся, что наш союз станет началом новой эпохи мирного и взаимовыгодного сосуществования. В знак признательности, я преподношу в дар первому лорду, выкованный азаронцами меч! — Мариэль легко выхватила из-под своей накидки, прекрасно выполненный широкий меч из самой прочной стали, со сверкающей золотой рукояткой и золотой филигранью на эфесе. Она вложила его в украшенные алмазами ножны и протянула его Ваасу со словами:

— Этот меч будет защищать первого лорда от врагов, с ним ты будешь, неуязвим для них. Я наделила его особой силой, но никогда твоя рука не сможет поднять этот меч против азаронского народа.

Орланд слышал её нежный голос, но не слышал её слов. У него в ушах звучали её последние слова во время их последней встречи. Он был уверен, что уже ненавидит азаронцев всем сердцем, и в глубине души совершенно не хотел, чтобы Охия заключала с ними союз, но противостоять другим лордам он не смог, шестеро против одного проголосовало за этот союз. В его глазах сквозила откровенная неприязнь, когда он переводил взгляд с одного азаронского ястреба на другого.

А в это время Ваас приняв подарок, ответил Мариэль самым доброжелательным тоном:

— Своим опытным взглядом воина, я высоко оценил этот дар. Но никогда и никто не заставит меня поднять этот меч, либо какой-нибудь другой, против азаронского народа, против наших друзей, королева Мариэль. Мы все рады видеть вас нашими союзниками и искренне приветствуем вас здесь на нашей охийской земле. Это честь лично для меня принимать в моем замке наследницу древней династии. Поэтому я намерен побыстрее скрепить печатями наш договор и весело отпраздновать всем вместе это событие.

Мариэль улыбнулась ему и протянула один из свитков. Ваас с восхищением прочитал золотые письмена и поставил на обороте свою печать, то же сделала и Мариэль на его свитке. Обменявшись соглашениями с первым лордом, Мариэль с нескрываемой радостью на лице подошла к хатским послам.

Каждая её улыбка для Орланда была как нож в сердце, они напоминали ему о её выборе не в его пользу, об огромной пропасти между ними. А Мариэль старалась не смотреть в его сторону, много заговоров она прочла перед этой встречей для укрепления своего духа и, тем не менее, не могла взглянуть ему в глаза, хотя каждой клеточкой своего тела чувствовала его присутствие. Она сосредоточилась на хатах. Каждого их них она хорошо знала. Их речи, остальные, собравшиеся в зале не услышали, ровно, как и её ответа, лесному народу, она вела с ними привычный мысленный диалог, короткий, но приятный.

«Ты следуешь правильным путём, Мариэль! Лесной народ рад за тебя, рад за то, что в тебе присутствует и наша частичка. Наш союз с тобой был заключён уже давно, печати дружбы уже давно стоят на наших сердцах, сегодня мы их просто переносим на бумагу и пусть ничто и никогда не помешает нам понимать друг друга», — послал ей мысленную речь Энг из совета старейшин лесного народа.

— «Вы мои лесные ангелы-хранители, я счастлива, что хаты поддерживают меня. Во всём я всегда с вами, я помню, чему вы меня учили и всё, что вы сделали для меня. Примите этот свиток, здесь записаны слова, идущие из сердца».

Следом за хатами наступил черед дивийцев. Беловолосые и синеглазые братья Вуа, величественно поклонились ей.

— Мы рады, что королева в своё время уже посещала с дружественным визитом нашу страну. Дивы с большим интересом относятся к этому союзу и видят дальнейшую перспективу таких отношений, поэтому мы рады скрепить наши договоры печатями. В Дивах наслышаны о династии Сиязары и об азаронцах. Это был великий народ на затонувшем материке и мы надеемся, что он им и останется на новых землях, возродит свою былую мощь под вашим покровительством, Мариэль, дивийцы благодарны за то, что вы позволите проявлять нам в этом дружеское участие.

— Я действительно с удовольствием вспоминаю время, проведенное в вашей стране и счастлива, что дивийцы откликнулись на наше предложение дружбы и принимаете её. Азаронцы постараются на разочаровать вас и будут рады видеть дивийцев на своих землях, в Новом Азароне.

На этом затянувшаяся часть официальных приветствий закончилась. Мариэль посмотрела в открытое окно и медленно подняла левую руку, мысленно обращаясь к кому-то. Через миг в окно влетело с десяток белых голубей, они спокойно уселись ей на руки и плечи. Она посмотрела на удивленного Вааса и объяснила:

— Это почтовые азаронские голуби. Голубь — птица мира! Они будут жить здесь, в Охане. Если вдруг понадобится отправить послание в Новый Азарон, смело можешь им это доверить, голуби доберутся быстрее всадников! — Мариэль легонько взмахнула руками, и голуби покинули зал.

— Хорошо, с вашими волками мы уже имели дело, теперь пусть будут голуби! — ответил ей первый лорд вполголоса. — А теперь, отпразднуем этот замечательный и важный для всех нас повод, по которому мы все здесь собрались! — Ваас хлопнул три раза в ладони, и заиграла чудесная охийская музыка. Её волшебные звуки так много ей напомнили, о днях минувших, о радости и о печали, о том времени, которое она провела в Охии.

— Ты ещё не разучилась танцевать, Мариэль? — весело поинтересовался Ваас.

— Шутишь! Я этого уже не забуду никогда! — улыбнулась она ему в ответ.

— Тогда окажите мне честь, ваше величество, и потанцуйте со мной!

Он закружил её в одном из прекрасных охийских вальсов, который по охийски звучал как «фариман». Зал наполнился танцующими парами. Хатские и дивийские послы лишь с интересом взирали на всё это, танцы в таком виде у них были не приняты.

Как же ей не хватало этой атмосферы праздника, танцев, музыки, веселых лиц! Это поднимало настроение, отгоняло печальные мысли. Вдоволь натанцевавшись, Ваас шепнул ей на ухо:

— Мариэль, у меня к тебе важное и личное дело. Давай отойдем в укромный уголок.

Спрятавшись подальше от чужих ушей, он продолжил:

— Понимаешь, меня пугает отсутствие у меня детей. Я уже много месяцев женат, но моя жена пуста! У других жены зачинают вскоре после свадьбы, а у нас уже больше года ничего не получается. Мне очень нужен наследник! Я думал, может причина во мне, может те раны и ожоги повредили мою мужскую силу?

Мариэль внимательно посмотрела ему в глаза, долгим немигающим взглядом. Потом провела ладонью в воздухе вдоль тела Вааса снизу вверх и сказала:

— Нет, не в тебе причина. Эти органы у тебя чудом уцелели. Ты можешь иметь детей!

— Тогда почему? Неужели моя жена? — обеспокоено спросил Ваас.

— Покажи мне её! Возьми сейчас и отведи свою жену в какую-нибудь пустую комнату, а я последую за вами.