Мой ледяной принц (СИ) - Морион Анна - Страница 54

— Уходи, — прошептала я. — Уходи!

Мне было страшно оставаться рядом с ним: от Фредрика веяло грозой, и, хотя я знала, что он не причинит мне вреда, мне стало страшно. Он словно был вытесан из чистого льда.

— Следи за собой, только и всего. Успокойся, пожалуйста, я не хотел напугать меня. — Фредрик протянул ко мне руку, но я уже громко всхлипывала и сделала шаг назад, чтобы он не смог дотронуться до меня.

— Уходи! У тебя ледяное сердце! Ты всего лишь… Айсберг! Снеговик! — крикнула я и пошла прочь, больше не желая его видеть. Никогда!

***

«Я идиот, мать твою! Напугал ее! Довел до слез! Да что со мной творится?!» — со злостью на себя подумал я.

Я любил Мишу. Ее имя словно отбивалось с каждым толчком моего почти мертвого сердца. Но я был напуган: Миша становилась все более человечной, и ее вмешательство в дела этого парнишки — лучшее доказательство этому. Однако, вместо того, чтобы спокойно все ей объяснить, я вновь заставил ее плакать. Я хотел обнять и утешить ее, но она убежала от меня.

Но я не мог отпустить ее. Обогнав Мишу, я схватив ее за руки и заставил остановиться.

— Извини меня! — настойчиво сказал я.

Она стала вырываться из моих рук.

— Отпусти или я закричу! — прошептала она: она уже не плакала, но ее глаза блестели от злости.

— Кричи на здоровье, ты же знаешь, что я не причиню тебе никакого вреда, — тихо сказал я.

— Не понимаю, почему ты так ненавидишь людей? Их нужно жалеть! — громко крикнула она.

— Потому что я гораздо старше тебя и прожил достаточно времени, и уж точно намного больше, чем ты. Я видел то, чего ты никогда не увидишь, и у меня была возможность построить свое мнение о смертных: сначала, как и ты, я восхищался ими, потом разочаровался в них, а сейчас презираю. Да, я не люблю людей, но хочу уберечь тебя от душевной боли, — объяснил я, перейдя на польский язык, чтобы никто не смог понять наш разговор.

Миша молча слушала меня, но по ее взгляду было очевидно, что все, сказанное мной, не тронуло ее.

Проходящие мимо смертные глазели на нас.

— Не навязывай мне свое мнение! Никогда! Лучше я сама обожгусь, и не раз! Хоть тысячу раз! Но это будет мое личное, только мною созданное мнение! Понял? — возмущенно вскликнула юная вампирша.

— Прекрасная позиция, но оставим эмоции на потом. Мы шли в парк, помнишь?

— Да, шли! Но ты все разрушил! Думаешь, что после того, как ты накричал на меня…

— Я не кричал на тебя! — возмутился я. — Я даже голос на тебя не повышал!

— Накричал! — упрямо крикнула Миша. — И после этого ты думаешь, что я пойду с тобой? Черта с два! — Она стала яростно вырываться из моих рук, и мне пришлось отпустить ее.

Миша быстро направилась в обратную сторону.

В этот раз я не пошел за ней, ведь понимал, что ей необходимо было остыть и поразмышлять о произошедшем. Но меня вдруг объял страх того, что теперь она перестанет общаться со мной. К тому же я испортил ее День рождения.

Зная о том, что Миша не желала даже слышать обо мне, я побрел по улице, проклиная свою нетерпеливость, и гулял так больше двух часов, пока вдруг вновь не увидел Мишу, бегущую по улице в своей цветастой майке, голубых джинсах и кедах.

«Что она делает?» — удивился я: она бежала, едва не сбивая с ног людей, стоящих на ее пути, и пробежала мимо меня, словно не заметив.

«Куда она бежит, в таком ужасе? Да еще и в домашней одежде? Что происходит, черт возьми?» — Я вскочил со скамьи и побежал за ней, чувствуя, что происходило что-то непонятное, но сильно напугавшее Мишу.

ГЛАВА 14

«Вот тебе и День рождения! Кошмар какой-то! Да что себе позволяет этот Фредрик? Накричал на меня! Нет уж, больше никогда не буду с ним разговаривать! Чурбан бесчувственный! — Меня терзала такая обида на Фредрика, что я расплакалась и, плача, шла по дороге, не видя ни людей, ни машин. В эти минуты я ненавидела Фредрика. — Сноб! Человеконенавистник! «Я больше прожил, я больше знаю!». И это меня он считает истеричкой?! Он сам истеричка!»

Вернувшись домой, я разулась, переоделась в домашнее и сняла кулон: меня охватило острое желание выбросить его в мусорный пакет, но потом я подумала, что украшение не было виновато в том, что тот, кто его подарил, уже второй раз наорал на меня и довел до слез. Я включила на ноутбуке новый мультфильм и легла в кровать. Мой гнев на Фредрика немного остыл, но я все еще была полна обиды на него. Чтобы хоть как-то заполнить свое добровольное одиночество, я решила принять ванну с пенкой и пошла наполнять ее водой, как вдруг громко зазвонил мой смартфон. Мелодия звонка сказала мне о том, что звонила Мэри.

— Ну что, гулена? Когда будешь дома? — ответив на звонок, спросила я.

Но, к моему изумлению, Мэри хихикнула, а шум в трубке стоял такой, будто подруга звонила прямо со стадиона во время решающего матча: крики, песни, свист.

— Где это ты? — спросила я: у меня было плохое предчувствие. Очень плохое.

— Я сейчас развлекаюсь! Мы пьем пиво, а еще вино! А еще… Как это… В общем, дрянь какую-то. — Мэри снова хихикнула, а я уже кипела от злости: она опять была пьяна!

— Ты в очередной раз напилась? Клянусь, я не пущу тебя домой! — взорвалась я.

Мне стало страшно за Мэри: она была молодой, красивой и наивной девочкой, да еще и пьяной в стельку. А вокруг нее, наверняка, было полно пьяных мужиков и студентов, у которых всегда чешется одно место!

— Где ты? — настойчиво спросила я, собираясь идти за ней.

— В пабе, с друзьями! Мы вернулись в город еще давно… А еще здесь много людей… Ого, а сколько симпатичных парней! Здесь так весело! Да, Дэн, еще пива! Спасибо! — Мэри опять хихикнула, и это раздражило меня еще больше. — Миша, приходи! У нас весело! Хватит уже пить свой дрянной сок! Я закажу тебе пива!

— Черт, Мэри, где ты? — закричала я на нее, надевая кеды.

— Я же говорю: в пабе! Тут классно!

— Как он называется?

— Как называется? Майк, как называется это крутое заведение? «Белая лошадь»! Так я заказываю тебе пиво? Эй, официант! Пива мне и моей подруге!

Я отключила смартфон, швырнула его на тумбочку, выскочила из дома и побежала в «Белую лошадь».

Мне было безумно страшно за подругу: с ней могло произойти все, что угодно! Нет уж, пусть эта пьяная дурочка спит дома, а не сидит в пабе, в компании «симпатичных парней»! И почему только я чувствовала за нее ответственность?

Я прекрасно знала, где находится проклятый паб, ведь каждый день проезжала мимо него, по пути в колледж.

«С чего она напилась? Друзья напоили? А она, дуреха, так и повелась! Ну, я ей задам! Она у меня получит!» — со злостью в душе думала я.

Добежав до паба, я с силой толкнула входную дверь и вошла в зал. Бег не успокоил меня, и я буквально кипела от злости. Я не увидела Мэри, но услышала ее высокий резкий голос: она была где-то рядом, но в зале ее не было. Я заметила на одном из столов ее сумочку и подошла к нему: за столом сидело пятеро пьяных парней и две девушки, в таком же состоянии.

— Где Мэри? — строго спросила их я.

— Ты, наверное, Миша! Пиво будешь? За знакомство! — весело воскликнул один из пьянчуг.

— Я спрашиваю: где Мэри? Отвечайте, быстро! — вскричала я.

Компания вздрогнула от моего крика.

— Она там… С Майком, — ответила одна из девушек, пьяным взглядом указывая на дверь, наверняка, ведущую в задний двор.

Я прислушалась: да, она говорила правду… Голос Мэри… Я слышала его очень четко… Но, что это?

«Нет, перестань! Я тебе не шлюха! Отстань, козел! Убери руки! А-а-а, нет!»

«Он насилует ее!» — лихорадочно пронеслось в голове, и, выбив дверь, я выскочила в задний двор, спасать Мэри.

***

Миша со скоростью метеора вбежала в паб.

«Что она там забыла?» — удивился я, зная о том, что в этом пабе собираются любители напиться до поросячьего визга.