Мой ледяной принц (СИ) - Морион Анна - Страница 53

Во время игры Миша была прелестна и немного смешна: она хмурилась, морщилась, возмущалась, когда я убивал ее фигуры, теребила пальцами свою майку и волосы, а когда я в который раз обыграл ее, Миша психанула и разметала шахматы по комнате.

— Ты довольно хорошо играешь, — искренне похвалил ее я, — но у тебя нет логики.

— Спасибо! — буркнула она, наверняка, крайне подавленная своей неудачей.

— Не расстраивайся, я научу тебя. — Я протянул ей руку для пожатия. — Ты достойный соперник. Или скоро им станешь.

Миша промолчала и вместо ответа скрестила руки на груди.

***

— От тебя пахнет сигаретами, — угрюмо сказала я, желая хоть как-то зацепить Фредрика: проигрыш в шахматы сильно покоробил мое самолюбие.

— Черт возьми, Миша, я не курю уже два дня. Это пахнет от одежды — она пропитана дымом, — спокойным тоном сказал на это Фредрик.

— Два дня без курения? С чего бы это? — удивилась я.

— Чтобы ты не выгнала меня сегодня.

— Ладно, в этот раз прощаю, — чуть смутившись, сказала я.

— Как благородно с твоей стороны, — усмехнулся он.

«Хорошо, что мы играли не на желание! — с облегчением подумала я. — И как деликатен этот Фредрик! Ведь я играла просто ужасно. Меня бы и ребенок обыграл. Фредрик мог бы поставить мне мат еще с третьего хода, но терпеливо ждал, когда я сделаю очередной глупый ход. Нужно было больше играть с братьями!»

Всю игру Фредрик был хладнокровным и абсолютно спокойно разбивал мою стратегию в пух и прах, и, несмотря на то, что я старалась продумывать каждый ход, он легко разрушал мои планы. В конце концов, я разозлилась на собственную глупость.

«Но он сказал, что два дня как не курит. Ради моей благосклонности. Точнее, чтобы поздравить меня» — с улыбкой подумала я.

Я была уверена, что Фредрик поздравил меня из жалости, но и была рада тому, что он вспомнил о моем маленьком празднике и приехал. В этом шведском вампире явственно чувствовалась ледяная сила, спокойствие и сдержанность. Я никогда раньше не общалась с подобными «людьми», ведь моя семья была эмоциональна, как и я. Вру: даже родные подшучивали над моей чувствительностью.

— Пойдем в парк? — предложила я: мне нужно было развеять свое упавшее настроение.

— Жду тебя на улице, — просто сказал Фредрик, надел свое пальто и вышел из дома.

Быстро переодевшись, я натянула сапоги, надела любимое коричневое пальто и бледно-розовый шарф, вышла из дома, закрыла дверь и направилась к Фредрику. Он обернулся ко мне и улыбнулся.

«Красивый, но такой холодный!» — невольно подумала я и опустила взгляд на дорогу: когда я видела только асфальт и собственные ноги, мне было легче размышлять.

Мэри, которую я считала лучшей подругой, с самого утра уехала за город с друзьями. Она не поздравила меня. Забыла. Но Фредрик — этот холодный айсберг, не забыл: он подарил мне красивый кулон и сказал, что я похожа на солнышко.

Когда я подошла к нему, он предложил мне руку (должно быть, все же помнил о правилах приличия), но я не хотела вытаскивать руки из карманов.

— Красивый шарф, — с улыбкой сказал он.

— У тебя тоже красивый, только насквозь прокуренный, — съязвила я, хотя знала, что с его стороны это был комплимент.

Мы молча пошли вдоль Коули-роуд, и вдруг заморосил противный мелкий дождь.

— Ненавижу дождь! — сквозь зубы процедила я.

— А я люблю, — отозвался Фредрик.

Из наших ртов вырывался пар: наверно, было очень холодно.

— Правда, любишь? Или это необходимость, которую ты принимаешь? — удивилась я.

Кто может любить такую морось? Должно быть, только Фредрик.

— Люблю. А солнца мне и так хватает рядом с тобой.

Его слова смутили меня.

— Спасибо, — после недолгого молчания тихо сказала я.

— За что? — спросил он.

— За то, что не забыл.

— Я не смог бы забыть.

— Отличная память?

— К сожалению.

Я промолчала.

Мы шли по людной улице, освещенной желтыми фонарями, а мне казалось, что мы с Фредриком были абсолютно одни. Только я и он, и никого больше. Я шла рядом с ним и знала, что он был надежен и что мне было приятно его общество. Вдруг я заметила в одном из пабов Эндрю: он сидел прямо около стеклянной витрины.

У меня тут же созрела идея.

— Я сейчас вернусь! — бросила я Фредрику и направилась в паб.

Зайдя в заведение, я увидела в нем множество студентов и студенток Оксфорда, а также зрелых и даже пожилых людей, сидящих за столиками, пьющих пиво и курящих сигареты. От дыма, кружившегося в воздухе, я закашлялась, но смело направилась к Эндрю, сидевшему в большой компании. Здесь же присутствовал и мажор Роб, но мне было плевать на него: я хотела помочь Эндрю и Мэри возобновить их отношения, ведь знала, что Эндрю все еще любит мою подругу, — он сам как-то сказал об этом своему другу, а я в тот момент просто удачно стояла недалеко от них. Я подошла к Эндрю.

— Кто это здесь? Маленькая польская принцесса! И в таком месте! Не меня ищешь? — ухмыльнулся мажор Роб.

— Мечтай, прилизанный слизняк, — ответила я ему.

— Тебя не было на «охоте». Я разочарован, — сказал он.

«И ведь Фредрик тоже слышит все это! Что он подумает?» — с досадой подумала я.

Я проигнорировала мажора и обратилась к Эндрю.

— Эндрю, мы можем поговорить?

— Да, конечно. — Эндрю смутился, но поднялся из-за стола, и мы с ним вышли на улицу

— Ты сейчас с кем-нибудь встречаешься? — напрямик спросила я, чтобы узнать, свободен ли он для Мэри.

Он смутился еще больше, и это вызвало у меня улыбку.

— Вообще-то, нет. А что? — удивленно ответил парень.

— Ты очень хороший парень, Эндрю, а я…

— Подожди минуту! Слушай, ты очень красивая и хорошая девушка, но я уже давно схожу с ума по твоей подруге Мэри, так что, извини… — перебил он меня.

От его смешного предположения я просто обалдела.

— Ох, Эндрю, ты подумал, что я хочу пригласить тебя на свидание? — Я весело рассмеялась. — Дурачок! Я хотела сказать, чтобы бы ты пригласил Мэри куда-нибудь! В парк, на каток, в паб… Неважно куда!

— Извини, кажется, я переоценил себя. — Эндрю сильно покраснел, но я не хотела ставить его в неловкое положение, ведь он, действительно, был хорошим порядочным парнем и, к тому же, возлюбленным моей подруги.

— Ничего страшного! Кто не ошибается! Так ты пригласишь ее? — весело прощебетала я.

— Она со мной не пойдет… Нет, точно не пойдет. Летом мы с ней расстались, и, боюсь, я уже давно ей не нравлюсь.

— Ты ошибаешься, — серьезно сказала я.

— Правда? — Лицо парня озарила улыбка, и от волнения он прижал ладонь ко лбу.

— Чистая правда! Я сто раз говорила ей, позвонить тебе, но она тоже боится, что ты отвергнешь ее.

— Я даже не знаю, что сказать…

— Ничего не говори, а просто позвони ей.

— Но у меня нет ее номера…

— Записывай.

Эндрю так разволновался, что его руки дрожали, когда он набирал на телефоне номер Мэри.

— Ты позвонишь ей? — уточнила я.

— Да… Но ведь так нельзя… Нельзя за ее спиной…

— Тогда зайди к нам в гости. Будь мужчиной, Эндрю! Она любит тебя и жалеет о том, что вы расстались. Только не говори ей о том, что это я тебе сказала, иначе, она меня убьет.

Он умилял меня: каким сентиментальным был этот парень! Почти таким же, как я. И уж во сто раз эмоциональней Фредрика.

— Хорошо. Спасибо, Миша! Я даже не думал… — Эндрю глубоко вздохнул и смущенно улыбнулся.

— Ну, все, смотри мне: пригласи ее! Пока! — Я хлопнула его по плечу и пошла к ожидающему меня Фредрику.

— Пока! Спасибо! — крикнул Эндрю мне вслед.

Жутко довольная собой, я подошла к Фредрику, но вдруг заметила, что его лицо было наполнено холодом.

— Никогда не вмешивайся в дела смертных! Они тебя не касаются! — строго сказал он.

— Но Мэри моя подруга! — тихо воскликнула я, немного испугавшись выражения его лица.

— У тебя не может быть подруги-смертной. Ты — вампир! — тихо, но с нажимом сказал Фредрик.