Генерал для попаданки (СИ) - Карагина Юлия - Страница 49

Переехали с Авророй в имение и с утра помогали на кухне испечь хлеб. Сколько смогли, уложили хлеб в мешки, загрузили в коляску, и Серж повез их в лес недалеко от Шевардино. По его подсчетам, именно туда может отступить дивизия после боя.

Хорошо, что все совпадало с задачей, поставленной перед Сашей Господином. О нем меньше всего думала в эти дни. Но когда вспоминала, становилось не по себе. Серж общался с ним, но как заметили Саша с Авророй, безо всякой охоты. Вообще, он сильно изменился. Саша не могла понять, почему. Да и держался неровно с ней: то выказывал расположение, то не желал общаться.

По мере приближения к назначенному месту начали доходить до них звуки далекого боя. Зато проезжая мимо Семеновской деревни, видели множество солдат, несших прутья, ветки, которые подхватывали другие группы, а в отдалении склоненные фигуры солдат сплетали их в ограды для укрепления земляных валов. Саша крикнула Сержу: «Там Бородино! Не все еще готово для боя». Мимо проскакали офицеры, в одном из них Аврора узнала майора из свиты Багратиона. Показалось им торжество двухдневной давности покрытым дымкой, как будто оно прошло в другом мире.

Свернули к лесу. Шум со стороны Шевардино стал сильнее. Клубы дыма, всполохи огня, поднимавшиеся из-за холма и донесенные ветром и запахом гари, говорили о жаркой схватке. Но уже вечерело, солнце село и шум стал стихать. «Как же встретить дивизию? Если не видно победившего неприятеля, значит дивизия жива», — так думалось Саше.

Серж решил двигаться к деревне, которая наверняка была сожжена. Тут услышали топот людей, и у дальнего оврага стало заметно движение людских масс. Коляска остановилась. Стали ожидать приближение отряда. Но не дождались, потому что раздались крики, и отряд остановился. Лошади Сержа испуганно заржали, в ответ на ржание отозвались несколько лошадей вдалеке. Появились огни костров, и стало понятно, что до леса отряд не дойдет. Серж приказал сестрам дожидаться, сам, взвалив на себя мешок с хлебом, решил пойти разузнать, что за отряд. Вернулся уже без мешка и заставил сестер выйти из коляски. Объяснил, что надо раненого генерала везти в Бородино.

Саша испугалась. На ее вопрос, кто ранен, Серж, уже отъезжая, крикнул: «Это не Дмитрий!»

Со стороны Бородино появилась большая группа всадников. К ним навстречу, отделившись от отряда, скакали два офицера. Девушки стали свидетелями встречи Багратиона с генералом, подъехавшим в сопровождении адъютанта. Это был Немировский. Разговор двух генералов, слезших с лошадей, был коротким. Слышна была последняя фраза Багратиона, обнявшего Немировского: «Завтра я тебя поберегу».

Появилась коляска Сержа. Генералы направились к ней. Склонились над лежащим в ней раненым. Потом все снова пришло в движение. Мимо Саши с Авророй проехали всадники во главе с командующим, коляска Сержа с раненым офицером, и они увидели Немировского, который медленно приближался к ним.

Лицо его, покрытое пылью и с пятном сажи на щеке, было мрачным. Хрипло проговорил:

— Вам здесь нечего делать. А за хлеб спасибо.

Вдруг склонил в коленях ноги и медленно осел на землю. Саша охнула, Аврора и подбежавший адъютант хотели приподнять генерала, но он негромко приказал:

— Отойдите. Дайте передохнуть.

Саша тоже уселась на землю рядом с ним.

— Ты, вижу, не ранен, Митя.

Ее голос заставил Аврору и адъютанта отойти, оставить их вдвоем. И тогда он проговорил:

— Я потерял 20 офицеров, помощник мой тяжело ранен. Потери солдатские большие. И выжившие почти все ранены.

— Завтра отдохнете, Митя. Смотри! — показала рукой на появившиеся вдали повозки. Они двигались в сторону разожженных костров, каждая была запряжена одной лошадью — Раненых будут вывозить. Твои офицеры без тебя справятся. Давай — увезем тебя в деревню? Или ты сам на лошади доедешь?

Дмитрий смотрел на нее не мигая. Она взяла его руку и поцеловала ее. Он слабо улыбнулся. Другой рукой дотронулся до ее щеки и сказал:

— Анна, душа моя!

Саша в ответ строго стала убеждать его:

— Митя, не расслабляйся! Говори, что будем делать?

— Мне надо вернуться.

— Ну, так возвращайся! А мы тебя подождем. Сейчас Серж вернется. Вместе поедем в деревню.

Немировский поднялся. Поднялась и она. Он дал сигнал адъютанту. Тот подвел лошадь. Уже сидя на ней и глядя сверху на Сашу, сказал: «Я скоро». Она кивнула ему. Когда отъехал, снова села на землю. Подошедшей Авроре сказала:

— Слава Богу, не отказывается ехать с нами.

Та отвечала:

— Слава Богу, не отказывается ехать с тобой.

Ждали сначала Сержа, потом Немировского. Видели, как на лошадях проехала в сторону костров группа солдат, наверно, похоронная команда.

Генерал снова подъехал в сопровождении адъютанта. Слез с лошади. Адъютант взял ее повод и повернул вместе с ней обратно.

Молча ехали в Семеновскую. Генерал все оглядывался и рассматривал по правую руку строящиеся укрепления. В деревне показал Сержу, где остановиться. И показывать не надо было — у ворот стоял Петр рядом с двумя свежими лошадьми, готовый ехать за генералом. Саша спросила у попутчиков, останутся они здесь или вернутся домой, в Тугино. Аврора спросила, надо ли завтра за ней приехать. Саша отрицательно покачала головой. Так расстались, и она вошла вслед за мужчинами в дом.

Петр до самой ночи хлопотал над хозяином, пока не уложил в чистом белье в кровать. Саша рассматривала и смазывала ранки и ссадины на руках, на шее кровил след от острого предмета.

Уже лежа с ним рядом, спросила:

— Завтра дивизия отдыхает?

— Нет, будем работать. Нужно помогать с укреплениями. Если противник не начнет действовать.

— Но Багратион обещал не трогать вас.

— Кто знает, как все сложится. Нужно будет готовым ко всему.

Заснул и во сне бормотал: «К бою готовьсь! Заряжай!»

Утром был совсем другим. Обнял ее, сонную, и спрашивал ласково:

— Будешь сказки рассказывать или дашь позабавиться с тобой?

— Можешь начинать. — Шептала так же ласково. — Ну, не торопись! Помедленнее! Откуда только силы взялись? Ты меня задушишь! Почему остановился? Продолжай! Как хорошо! Я так ждала тебя, Митя, любимый! Еще сильнее! Еще, еще!

После лежали, усталые, изможденные.

— Митя, скажи что-нибудь! Скажи, что я бесстыдница!

— Да! Еще какая бесстыдница!

— Может, поспишь! Рано ведь, Петр еще не встал.

— Проснулся совсем. — Вздохнул тяжело. — Надо за дело приниматься.

— А бой завтра?

Спросила, хотя знала, что завтра начнется это самое кровопролитное сражение в истории. Из всех однодневных сражений.

— Ты бы, Анна, возвращалась домой. Я буду целый день занят.

— У нас есть еще одна ночь. Хочу проводить тебя завтра утром.

— Как знаешь… Да, хотел тебя спросить. Ты говорила об отступлении французов. Там, у губернатора. Как будто знаешь, что оно скоро будет… Всех удивила. Да еще сказала, чтобы по той же смоленской дороге надо его гнать…

Он привстал и заглянул ей в глаза. Саша замерла, но старалась не показать виду, что вопрос ее сильно обеспокоил. Ответила, как будто была гадалкой:

— Есть люди, которые скажут, что было, что будет, чем сердце успокоится. А к тому же я подслушала разговор стариков в Красном. Когда мы, бабы и старики, прислушивались к шуму, грохоту боя. Боя твоей дивизии. Они говорили об этом.

Дмитрий улегся, был задумчив.

— Значит, мы завтра победим. Как возможно? Силы слишком неравны.

Ну, что она могла сказать? Что не будет победы с обеих сторон? Но продолжила смело:

— Даже если не победим, то и не будем сломлены. Отступим. И снова французы будут измотаны. И их силы уменьшатся. Так ведь было до сих пор.

— Как отступим? Ведь Москва за нами? Как можно Москву отдать? Чтобы разграбили, как Смоленск? Как те города, что оставили?

— Ты же сказал, что силы неравны.

— Ну и что? Будем сражаться, погибнем, но не сдадимся.

— Надо остаться в живых, чтобы потом погнать врага со своей земли.