Судьба-шутница - Орлова Марина - Страница 8

Нас с сестрой не трогали, не задирали и вообще старались с нами не пересекаться, хоть и бросали любопытные взгляды, что меня вполне устраивало. Я не стремилась завести знакомство, не хотела с кем-то поговорить, хотя мне это удавалось только с сестрой. Если мне что-то было нужно, я просила об этом моего охранника, которого звали Сайрус, на что мне дал свое высочайшее разрешение сам Главнокомандующий. Сайрус оказался приятным оборотнем с очень большим достоинством – он отличался исполнительностью и молчаливостью. За это я даже простила его за шпионаж. Да и я старалась его особо не беспокоить, так что, думаю, мы были довольны друг другом.

С того нашего разговора, мы общались с ним всего один раз, когда он забрал у меня список и ответил на несколько моих вопросов, касающихся анатомии оборотней, после чего быстро скрылся. Оказалось, что они почти ничем не отличаются от людей, разве что ускоренным метаболизмом. Появлялся в шатре Влад только поздно ночью, а уходил задолго до того, как мы с сестрой просыпались. Создавалось впечатление, что он нас избегает. А конкретно меня. Ведь Алиша рассказывала, что пару раз сталкивалась с ним на территории лагеря и даже вела с ним ничего не значащую беседу. По ее словам он не торопился сбежать от нее, едва завидев, как получалось это со мной. Видимо, сестра ему понравилась больше, чем я, несмотря на все ее «наблюдения».

От мысли, что ему может нравиться другая, в груди вибрировало непонятное раздражение, заставляющее ладони сжиматься в кулаки, против моей воли. Для меня подобное поведение было удивительным и нетипичным, ведь я точно знала, что как мужчина он меня привлекает не больше, чем все остальные оборотни.

По большей части я все же злилась на саму себя за подобные мысли. Потому дала себе обещание, просто не думать о Эдлере, что вполне помогало, а привычная работа с зельями успокаивала и давала необходимое отвлечение.

На следующий день Влад вошел в шатер, когда мы с сестрой ужинали, чем поверг меня в шок. Уже одно это заставило меня напрячься. По лицу Главнокомандующего же ничего нельзя было понять, как обычно. Однако что-то промелькнуло в его глазах, что я не смогла определить. Он вежливо поздоровался с нами, попросил не отвлекаться и продолжить ужин. Несмотря на его просьбу, я, не отрываясь, следила за каждым шагом оборотня, пытаясь понять, что изменилось, и почему он решил нарушить уже почти традицию, явившись так рано.

Оборотень спокойно, даже будто не торопясь, снял куртку, оружие, прошел к тазу с водой, помыл руки. Долго мыл, зараза. Затем сел за наш стол с тарелкой и невозмутимо наполнил ее едой.

Мы с сестрой переглянулись, ожидая, что будет дальше, но Эдлер просто ел. Молча и явно с удовольствием. Я готова была взорваться от негодования, а он просто ел! Не обращая на нас с Алишей никакого внимания!

Наконец, когда его тарелка опустела, налил себе вина в полной тишине и, откинувшись на спинку стула, заговорил:

– Мы не договорились с вашем королем, – и опять замолчал, внимательно следя за нашей реакцией. Что там происходило с Алишей – не знаю, так как в ушах все еще слышалось эхо его слов.

– Это как-то повлияет на нашу с Никой судьбу? – донесся до моего сознания тихий голос сестры.

Я с интересом и затаенной настороженностью уставилась на оборотня, ожидая ответа. Все мое тело было напряженно, как струна, готовое в любой момент… Что? Я и сама толком не знала, что сделаю, если его ответ будет неутешительным.

– А это уже зависит от вас, – ответил Влад, но ясности не принес. Мы с Алишей недоуменно переглянулись и синхронно нахмурили лбы, ожидая разъяснений. – Как мы уже выяснили, вы слишком много знаете и просто отпустить вас, будет настоящим преступлением с моей стороны, а продолжать возиться с вами, как с питомцами, за которыми постоянно требуется присмотр, у меня нет возможности. Но! – он поднял палец вверх и улыбнулся краешком губ.

– Что ты предлагаешь? – пауза с его стороны затянулась, и я, не выдержав, поторопила его с ответом.

– Вы можете оставаться здесь на тех же условиях, что и прежде. С одной оговоркой, что дадите мне магическую клятву в верности.

– Что?! – хором завопили мы с Алишей.

– У вас всегда есть альтернатива отправиться в тюрьму на время, пока ситуация не урегулируется, или на невольничий рынок, – невозмутимо пожал оборотень плечами. М-да, такая перспектива не нравилась еще больше. О чем оборотень, несомненно, знал и пользовался нашим отсутствием выбора, с откровенным удовольствием. – Согласитесь, что клятва в верности – не такой уж ужасный вариант.

– Допустим, мы поклянемся, – начала я, Алиша уже собиралась возразить, что откровенно читалось по ее мордашке, но я пнула ее под столом, останавливая. – Но это значит, что мы будем невольны в своих решениях: не сможем уехать, найти работу, да, черт побери, даже выйти замуж без твоего на то согласия. Фактически ты будешь нашим хозяином.

– Согласен. То, как это звучит в твоем варианте, не очень заманчиво. Но, согласись, лучше иметь хозяином меня, чем вас продадут на рынок рабов, где неизвестно, как сложится ваша жизнь.

– А с тобой, значит, известно? – не удержалась от ехидства сестра и скрестила руки на груди.

– Более или менее.

– В таком случае, может, просветишь? – сощурилась я.

– Будем откровенны, ни я, ни вы, не верим, что это война продлится долго.

– Да это все равно, что у ребенка конфету отобрать, – буркнула Алиша, хмуро смотря на оборотня.

– Может быть, но никто не виноват, что этот «ребенок» сам того добился, – в тон ей ответил оборотень, имея ввиду нашего короля. Я только сейчас отметила, что оборотень неожиданно стал проявлять больше эмоций. Все же лучше, чем общаться с булыжником, каким он был в первые дни нашего знакомства. – Так вот, на момент военных действий и до подписания мирного договора, вы остаетесь под моим началом и помогаете тем, чем можете. Думаю не стоит говорить, что если попытаетесь бежать, предать или, даже просто, сделать пакость, печать вашей клятвы не позволит? Но если все же что-то и произойдет, тогда я буду считать это изменой и наказывать стану соответственно. Понятно?

– Более чем, – процедила я сквозь зубы.

– А что потом? – спросила сестра.

– Потом вам несколько лет придется жить на землях оборотней пока информация, которую вы знаете про нашу армию, не устареет. И уже затем, если у вас будет на то желание, я отпущу вас на все четыре стороны.

– Что мы будем делать эти годы? – подозрительно сощурилась Алиша, в чем я ее поддержала:

– Где и в качестве кого мы жить?

– Тут все просто. Так как вы будете верны мне, то и служить будете мне. У меня есть свой замок, где мне потребуется целитель, которого мы не можем нанять уже много лет. Да и лишний повар не помешает, – усмехнулся мужчина. – Признаюсь, мне понравилась твоя готовка, Алиша.

– Почему вы не можете найти целителя? – удивилась я.

– Оборотни очень редко болеют. Наш метаболизм помогает справляться, порой даже со смертельными ранами и болезнями. Но это взрослым. С детьми дела обстоят иначе. До полового созревания наш молодняк мало чем отличается от людей.

– Почему так?

– Потому что Зверь спит до совершеннолетия оборотня, не позволяя ему обращаться в другую ипостась. После первого обращения, мы и прекращаем стареть. Постепенно. Обычно этот процесс растягивается на несколько лет, позволяя оборотню достичь наилучшей своей формы, после чего метаболизм меняется окончательно. По большей части мы обязаны своей живучестью именно Зверю, позволяющему менять личину, которая помогает бороться и заживлять даже то, что у людей не лечится.

– Раз у вас есть такая проблема, почему среди оборотней не обучаются целительству? – его откровение повергло меня в шок.

В таком случае возникал вопрос: почему он так свободно говорит об этом нам? И тут же я осознала ответ. Да потому что он не сомневается, что клятву мы принесем. Собственно, и я в этом не сомневалась, выбор-то у нас небольшой.