О с Г 2 (СИ) - Матвиенко Анатолий Евгеньевич - Страница 31

— Да! — подтвердил Сергей.

— Поцелуй меня! — попросила она.

Он послушался. Их губы слились, а следом — и тела. «Вот мы и одно целое!» — подумала Флоранс, прежде чем страсть вытеснила из ее сознания все остальное…

[1] Камиза — нижняя сорочка.

[2] Рубашкой в Средневековье называли домашнее платье.

Глава 12

— Здравствуйте, Ваше Императорское Величество! — сказала Флоранс, перешагнув порог. — Вы звали меня?

— Подойди! — отозвался Бодуэн. — И давай без титулов — мы одни.

Флоранс устроилась в кресле напротив отца.

— Как съездила? — спросил тот.

— Хорошо.

— Потому что была с ним?

— Не только. Увидела много интересного.

— Рассказывай! — велел император.

Слушал он внимательно: не перебивал и не переспрашивал, только не сводил с дочки взгляда цепких глаз.

— Хорхе готовится подавить мятеж, — проворчал, когда дочка смолкла.

— Да! — подтвердила она.

Бодуэн нахмурился и положил подбородок на руки, сжимавшие набалдашник трости. Некоторое время они молчали.

— Война… — нарушил молчание император. — Кровь… Много крови. Плохо.

— Почему вы не хотите упредить их? — спросила, собравшись с духом, Флоранс. — Арестовать заговорщиков?

— Думаешь, это просто? — вздохнул Бодуэн. — Они не подчинятся указу. Запрутся в замках, те придется осаждать. Мы потеряем сотни, если не тысячи людей. К тому же осаждающее войско надо кормить, ему потребуются камни и бревна для осады, для чего воины разберут дома в близлежащих селениях. Естественно, станут грабить и насиловать. Из-за этого прекратится торговля, цветущие провинции захиреют. Империи это обойдется дорого. Заговорщиков лучше встретить в поле, здесь Хорхе прав.

— Их можно арестовать, вызвав их под благовидным предлогом в Киенну, — не согласилась Флоранс. — Например, на празднование вашего дня рождения.

— А ты не глупа! — хмыкнул Бодуэн. — Только мы упустили эту возможность. До следующего дня рождения я вряд ли доживу, а под другим предлогом выманить не удастся.

Флоранс пристально глянула на отца.

— Не смотри так! — нахмурился он. — Знаю, что ты хочешь спросить. Почему я не арестовал их в тот раз? Хорхе предлагал, но я запретил. Подумай сама! Бросить в тюрьмы представителей знатнейших фамилий, пытать их, выносить смертные приговоры — и все на основании доносов шпионов… — Бодуэн сморщился. — Чтобы мы не утверждали, нам не поверят. Решат, что император перед кончиной выжил из ума и зверствует. Я не хочу оставлять сыну такое наследство. В заговоре участвует верхушка знати, небогатое дворянство ее не поддерживает. Незнатным родам нравится власть императора: они находятся под его защитой и не зависят от прихоти сюзерена. Однако массовые казни испугают их. Дворянство отшатнется от трона, и тогда мятеж может удастся. План Хорхе хорош, я его одобряю.

— Серж… Граф Шрусбери считает, что вы не верите в заговор, — удивленно сказала Флоранс.

— Разумеется! — усмехнулся Бодуэн. — Я и Хорхе это постоянно говорю. Только я не так прост, как кому-то кажется, и хорошо понимаю знать. Она непременно выступит. Все эти годы я окорачивал их самодурство, потому они захотят вернуть прежние порядки. А вот с этим придется разбираться тебе и Эдуарду. Прости, что оставляю такое наследство!

Флоранс встала и, склонившись, поцеловала руку отца. Тот ласково погладил ее по щеке.

— У меня хорошие дети, — сказал Бодуэн после того, как она снова села. — Жаль только, что Бог попутал и наделил государственным умом дочку, а порывистость и вспыльчивость отдал сыну. Я беспокоюсь за Эдуарда.

— Я пригляжу за ним! — заверила Флоранс.

— Постарайся! — кивнул Бодуэн. — Стань ему другом и помощником. Удержи от необдуманных поступков, огради от проходимцев и льстецов. Сейчас он смотрит тебе в рот, но после того, как станет императором, вас попытаются рассорить. Вокруг властителя всегда вьются хищники, желающие пролезть в ближний круг и таким путем урвать жирный кусок. Гони их! Никому не доверяй!

— Даже канцлеру?

— Ему можно! — согласился Бодуэн. — Хорхе создал эту империю, она его любимое дитя, и он не пощадит сил, чтобы ее сохранить. Империя без династии развалится, поэтому Хорхе будет защищать вас с Эдуардом. Ему верить можно. А вот твой Серж…

— Отец! — воскликнула Флоранс.

— Погоди! — поднял руку Бодуэн. — Я понимаю твои чувства. Нет дурного в том, что завела любовника. Ты взрослая женщина, а после Ингрии, заслужила право на свой кусочек счастья, — император вздохнул. — Я тоже был молод… Серж умен и красив, он блестяще образован и привлекает людей. Но есть кое-что, что мне не нравится.

Флоранс насупилась.

— Посуди сама! — как будто не заметив, продолжил Бодуэн. — Ты молода и хороша собой. Наконец, ты принцесса и сестра будущего императора. Сотни мужчин жаждут твоей благосклонности. И вот находится тот, кто всячески избегает этого. Он не отвечает на поощрения с твоей стороны, более того, услышав признание, пытается покинуть Киенну.

Флоранс покраснела.

— Я неплохо осведомлен, — усмехнулся император. — У меня есть свои люди во дворце. Далее — больше. Ты выпрашиваешь у меня титул его бастарду, освобождая его от машери, а граф вместо того, чтобы рассыпаться в благодарностях, скрывается в трущобах, где его с трудом находят. Ты лично отправляешься за ним и перевозишь к себе, но и там он некоторое время сопротивляется. Наконец, сдается… — Бодуэн помолчал. — Ты вне себя от радости. Не отходишь от него, увязываешься за ним в поездку… Он что-нибудь просил у тебя? — спросил внезапно. — Титул, земли, деньги? Богатых подарков, наконец?

Флоранс помотала головой.

— Не находишь это странным? Любой другой на его месте уже попытался бы.

— Серж не такой, как все! — сказала Флоранс.

— Обычное высказывание влюбленной женщины, — пожал плечами император. — Все они почему-то считают своих избранников особенными. Прошу: прояви благоразумие! Чувства не бывают бескорыстными. Все мы чего-то хотим, даже в любви. Если не богатства и власти, то иного.

— Ему нужна только я! — возразила Флоранс.

— Значит, он ангел! — хмыкнул Бодуэн. — Только, знаешь, я не верю во влюбленных ангелов.

— Чего ты опасаешься? — спросила Флоранс.

— Предательства! — ответил Бодуэн. — Надо быть прожженным подлецом, чтобы предать человека, с которым ты близок, на такое способны немногие. Твой Серж не из них, потому и сопротивлялся.

— Этого не может быть! — покачала головой Флоранс. — Он благородный человек!

— Тогда почему он скрывает настоящее имя?

Флоранс изумленно глянула на отца.

— У меня есть доверенный человек в Солане, — сказал император, — я отправил к нему гонца с просьбой разузнать о графе. Мне не безразлична судьба моей дочери, — добавил он, заметив гримасу на ее лице. — Я не желаю, чтобы она пострадала. На днях гонец привез ответ. Вот он! — Бодуэн достал из кармана камзола свиток и протянул Флоранс. — Почитай на досуге!

Она взяла свиток и сунула его в рукав платья.

— Я могу быть уверен? — спросил Бодуэн.

— Да! — ответила Флоранс. — Если твои подозрения подтвердятся, я прогоню его, чего бы мне это не стоило.

— Подойди! — велел Бодуэн.

Она подчинилась. Император, тяжело привстав, обнял ее.

— Ты, действительно, моя кровь! — шепнул ей на ухо. — Я тобой горжусь!

— Спасибо, отец! — ответила Флоранс.

***

По возвращению в Киенну Флоранс удивила Сергея.

— Нам не стоит больше работать вместе, — сказала решительно. — Бумаги носят по коридорам от канцлера обратно, все это видят, а у мятежников наверняка есть свои люди во дворце. Они могут насторожиться. Пусть все будет, как прежде. А я, если нужно, к тебе приду. Это никого не удивит. Я ведь влюблена и могу соскучиться.

— Хм! — сказал Сергей. — Ты не только красивая, но и умная.

Флоранс довольно засмеялась.