Русалка - Дрейк Шеннон - Страница 91

Молли секунду подумала и пошла, раскачивая бедрами, между столами.

Джек вжался в стену и вытянулся к ним, стараясь расслышать слова. Шум в трактире, затихший было при появлении гостей, постепенно стал возрастать, но лорд Лил Хардгрейв, казалось, вовсе не опасался, что его могут подслушивать, и орал во весь голос:

— Какое у вас есть вино, девочка?

— Никакого, сэр. Только эль…

— Принеси! Да смотри — самого лучшего! Если это окажется какое-нибудь свиное пойло, я его вылью тебе на голову, попомни меня!

— Хорошо, сэр, самого лучшего! — сказала Молли, делая небольшой реверанс. Он распорядился подать ему также жаркое и предупредил, что и оно должно быть отменным, иначе на ее голове окажется и подливка. Молли снова поклонилась. Леди Анна неодобрительно покачала головой и отказалась от еды, но охотно согласилась выпить эля. Молли заторопилась выполнять заказ, а леди Анна посмеялась над привередливостью Хардгрейва.

— Лил, чего ты ждал? Это ведь обыкновенный деревенский трактир, не более! Ты думал, что тебе предложат коллекционные вина от лучших виноделов Франции?

Она рассмеялась, довольная собственной шуткой. Джек заметил, что она выглядела на редкость взволнованной в этот вечер. Ее глаза блестели, как алмазы, от радостного возбуждения.

— Нужно было пообедать в Лондоне, — обиженно заворчал Хардгрейв.

— Как ты можешь думать о еде в такой момент! — воскликнула Анна. Ничто, казалось, не могло испортить ей настроение. Когда Молли вернулась с хлебом и элем, она одарила ее ангельской улыбкой и сказала Хардгрейву, что считает обслуживание превосходным.

Молли сделала реверанс и поспешно отошла к очагу. Джек наблюдал, как она кладет на тарелку Хардгрейва куски мяса. Неожиданно он нахмурился, потому что Хардгрейв вдруг заговорил, понизив голос, и Джек уже ничего не мог расслышать.

Анна снова засмеялась серебристым, мелодичным смехом, который очень беспокоил Джека, гораздо больше, чем даже то, что эти двое сидели рядом с ним! Все это неспроста! «Белое крыло» не принадлежало к числу заведений с дурной репутацией, которые обычно посещала знать, желавшая ознакомиться с жизнью низов!

Молли поставила тарелку перед Хардгрейвом и не отходила от его стола до тех пор, пока он не потерял терпение:

— Что тебе еще, девочка? У меня уже есть еда… Можешь убираться отсюда!

Молли убежала на кухню и вернулась с кружкой для Джека, хотя он ничего не заказывал. Она была умная девушка, эта Молли, и сделала так специально, чтобы иметь возможность прошептать ему на ухо:

— Я не могу стоять около них, Джек! Но если я встану здесь, у огня…

— Нет, Молли, теперь я и сам прекрасно их слышу! Иди по своим делам, дорогая!

Она кивнула и ушла, убедившись напоследок, что ничего не упустила.

— Поторапливайся с едой! — подгоняла Анна Хардгрейва. — Я не хочу, чтобы Дуво застал тебя!

— А почему? — спросил лорд Хардгрейв, облизывая жирные губы и прополаскивая рот глотком эля. Он вздохнул и шутя погрозил Анне коротким пальцем. — Ты хочешь встретиться с ним наедине, чтобы э-э-э…

— Нет, дело не в этом! — сказала Анна раздраженно. — Просто ты быстро выходишь из себя и грубишь! А я быстрее все улажу. Я написала записку, и мы тут же получили ответ. Дуво — мужчина… А я лучше всех справляюсь с мужчинами! Разве мы не хотим сделать все тихо и быстро?

Хардгрейв что-то пробормотал. Но как Джек ни напрягался и ни вытягивал шею, ему не удалось ничего расслышать. Но и того, что он уже знал, было достаточно, чтобы кровь застыла в жилах. Дуво! Один из родственников Ондайн — дядя или кузен — придет сюда на встречу с этой не вызывающей доверия парочкой, от которой одни только неприятности, если не сказать настоящие беды.

Хардгрейв недовольно встал, вытер рот рукавом и рявкнул, вызывая служанку. Молли тут же подошла к нему.

— Убери здесь и пошевеливайся! Да принеси еще одну кружку этой обезьяньей мочи, которую ты называешь элем!

— Да, милорд, прямо сейчас! — пообещала Молли. Лил Хардгрейв посмотрел на Анну:

— Я выйду на улицу, мне полезен свежий воздух.

— Не торчи… на виду, Лил! Я не хочу, чтобы он видел тебя сегодня! Сначала надо понять, что у него на уме!

Хардгрейв направился к двери и рванул ручку с такой злостью, что Джек усомнился в том, что свежий воздух улучшит его настроение.

Анна сидела за столиком: прекрасное лицо было скрыто капюшоном, голова опущена, но на губах видна улыбка. Она изучала свои маленькие, изящные ручки, попивала эль и нервно постукивала ножкой по полу.

Но Джек ждал с еще большим нетерпением, натянутый, как струна, вот-вот готовая лопнуть.

В трактире по-прежнему смеялись мужчины, кокетничали девушки, стучали игральные кости. Потрескивали и пощелкивали поленья в очаге, наполняя комнату теплом и дымом. Ожидание не беспокоило Анну. Она выглядела безмятежной.

Джек, напротив, вздрагивал от каждого звука, сгорая от нетерпения. Леди Анна вдруг подняла голову. Он прижался к стене, так что почти слился с ней. Анна его не заметила. Ее мало интересовало, что творится вокруг.

Наконец, когда Джек уже думал, что вот-вот сойдет с ума, дверь снова открылась. Вошел мужчина, уже немолодой, но с прямой осанкой, подтянутый и красивый.

«Это дядя!» — решил Джек. Без сомнения, вошедший был именно тем, кого ждала Анна. Он был хорошо и богато одет: в бархатные панталоны неброских серых тонов и накидку, отороченную по краям и у горла мехом.

Ему не потребовалось много времени, чтобы узнать Анну среди царившей вокруг суматохи. Он подошел прямо к ее столику и встал перед ней, настороженно глядя на нее. Анна ответила на его испытующий взгляд обольстительной улыбкой.

— Вы та самая дама, которая прислала мне записку? — спросил Дуво.

— Да, я.

— Почему я могу доверять вам?

— Садитесь, мой прекрасный сэр, и я расскажу вам.

Дуво сел, но отказался от эля, отодвинув кружку с отвращением.

— Кто вы? — спросил Дуво.

— Я не стремлюсь к известности, — сказала Анна кокетливо. — Зовите меня хоть Джеком, если хотите.

— Как?

— Я расскажу, что мне известно, сэр, и вы все поймете! А мне известно, что вы приемный брат герцога Рочестерского. Наследственные земли по праву принадлежат его дочери, вашей племяннице, но, я думаю, вы ничего не имеете против, чтобы взять их себе! У вас есть сын…

— Рауль, — вздохнул Дуво.

— Да, именно так! — улыбнулась Анна. — Да, я представляю! Обманутый маленький мальчик…

— Откуда вы все это знаете? — спросил Дуво хрипло.

Анна перегнулась к нему через стол, ее глаза горели в темноте, как у кошки.

— Я даже знаю, что герцогиня всего лишь очаровательная шлюшка! Хороша же невеста для вашего сына!

На этот раз красота подвела Анну. Дуво неожиданно схватил ее за руку и больно дернул.

— Это шантаж!

Анна сначала растерялась, но потом звонко и с удовольствием рассмеялась:

— Шантаж? Да нет, сэр! Я всего-навсего хочу предложить вам некоторую сумму денег!

— За что? — подозрительно спросил Дуво.

— Как я уже намекнула в письме, у нас есть общие интересы. Сэр, мне кажется, вам очень понравится, если ваша племянница навсегда исчезнет и ее исчезновение будет подтверждено документом о смерти. Тогда вы, будучи наследником, беспрепятственно завладеете всем имуществом и вам не придется коротать жизнь вместе с ненавистной невесткой, которая стоит у вас поперек горла. Дуво молча смотрел на нее и тяжело дышал.

— А вам зачем все это? Каков ваш интерес? И откуда деньги?

— Значит, вы все-таки заинтересовались! — просияла Анна. — Я очень рада.

— Подробности! — рявкнул Дуво.

— Понимаете, один джентльмен, мой друг, без памяти влюбился в эту девочку и готов заплатить за нее большие деньги.

— Нет! Я не согласен. Она сбежит от него и появится здесь снова.

Анна покачала головой:

— Мой друг этого не допустит. Он поживет с ней во Франции, пока она ему не наскучит, а затем… м-м-м, ну скажем… захочет вернуть свои деньги, заключив другую сделку с какими-нибудь моряками, которые считают прелестные личики наиболее прибыльным грузом.