Хороших девочек не убивают - Джексон Холли - Страница 14

Пиппа побежала на кухню. Дверь в сад была открыта. Родители возились с цветами. Джош, как всегда, играл в свой любимый мяч.

– Пойду с Барни гулять. Скоро буду, – крикнула Пиппа, выглянув наружу. Мама в ответ махнула рукой в садовой перчатке.

Пиппа быстро натянула кеды, которые ни в коем случае не разрешалось оставлять на кухне и которые, естественно, именно там и оказались, и по пути обратно в прихожую прихватила поводок.

– Я готова. Пошли, – сказала она, пристегивая поводок к ошейнику Барни и захлопывая входную дверь.

Выйдя со двора, они перешли дорогу и направились в расположенный прямо напротив лес. Узорная тень листьев приятно холодила разгоряченное лицо Пиппы. Она спустила Барни с поводка, и пес стрелой умчался вперед.

– Всегда хотел собаку завести, – сказал Рави с улыбкой. Барни тем временем, сделав большой круг, уже мчался назад, чтобы их поторопить. Он остановился, замер, задвигал челюстями, пережевывая свою молчаливую собачью мысль. – У Сэла аллергия была. Поэтому мы никогда не могли…

– А. – Пиппа не знала, что сказать.

– У хозяина бара, где я работаю, есть собака. Слюнявый немецкий дог по кличке Арахис. Иногда втихаря, как бы невзначай роняю для него кусочки еды.

– Я тоже своего иногда такими «случайными» угощениями балую, – сказала Пиппа. – Ты в каком баре работаешь?

– «Георгий со змеем» в Амершеме. Это не то, чем я всю жизнь хотел бы заниматься. Просто деньги коплю, чтоб подальше из Литтл-Килтона уехать.

Пиппе вдруг стало невыразимо жалко парня. Ком подступил к горлу.

– А чем ты хотел бы заниматься?

– Когда-то мечтал стать юристом.

– А почему когда-то? – Пиппа слегка подтолкнула его локтем. – Думаю, у тебя бы получилось.

– Вряд ли. «Недоумок» – вот моя единственная выпускная оценка. С тем я из школы и ушел.

Он отшучивался, но Пиппа знала, насколько тяжело ему об этом говорить. После смерти Энди и Сэла школа превратилась для Рави в сущий ад. Пиппа своими глазами видела, через какие жуткие издевательства ему пришлось пройти. На шкафчике в раздевалке ему красной краской написали: «Брат от брата». А однажды зимним морозным утром восемь старших парней повалили его на снег и опрокинули ему на голову четыре полных мусорницы. Отчаянный взгляд шестнадцатилетнего Рави она запомнила навсегда. Навсегда.

Вдруг Пиппу прошиб озноб. Только сейчас до нее дошло, где они находятся.

– О боже, – выдохнула она, закрывая лицо руками. – Прости! Я совсем забыла… в этом лесу как раз нашли Сэла…

– Все нормально, – перебил ее Рави. – Правда, перестань. Ты же не виновата, что этот лес рядом с твоим домом. К тому же мне любое место в Литтл-Килтоне о нем напоминает.

Пиппа стояла и наблюдала, как Барни принес палочку и положил у ног Рави. Тот несколько раз делал вид, что бросает, гоняя пса туда-сюда, а потом наконец зашвырнул ее подальше.

Некоторое время они шли молча. Тишина не была тягостной. Каждый думал о своих переживаниях, и вдруг оказалось, что мыслили они в одном направлении. Где-то в невидимой точке их размышления пересеклись.

– Когда ты в первый раз приходила, я с недоверием к тебе отнесся, – сказал Рави. – Ты правда считаешь, что Сэл не убивал?

– Просто мне не верится, – сказала она, перешагивая через старое поваленное дерево. – Никак не могла выбросить эту историю из головы. А тут как раз в школе проект подвернулся. Вот я и ухватилась за возможность перепроверить это дело.

– Отличный повод, – кивнул он. – Мне такой возможности не представилось.

– Что ты имеешь в виду? – обернулась к нему Пиппа, теребя поводок.

– Я еще три года назад пытался проделать то, чем ты сейчас занимаешься. Родители советовали оставить эту затею. Говорили, только себе хуже сделаю. Но я никак не мог смириться…

– Попытался провести расследование?

– Так точно, сержант, – рявкнул он и в шутку отдал честь.

Снова он спрятался в свою броню – острил, чтобы не показаться слишком уязвимым.

– К сожалению, я ничего не добился, – продолжал Рави. – Не смог. Наоми Уорд тогда в университете училась. Я ей позвонил. Она расплакалась и сказала, что не может об этом говорить. Макс Хастингс и Джейк Лоуренс так и не ответили на мои сообщения. Я попытался связаться с лучшими друзьями Энди, но как только им представлялся, они тут же бросали трубку. Брат убийцы – не самый приятный собеседник. К семье Энди, ясное дело, и не мечтал подступиться. Меня воспринимали как непосредственного участника дела, и я прекрасно это осознавал. Уж слишком похож на брата. То есть, по мнению очень многих, на убийцу. И сослаться на школьный проект, как понимаешь, не мог.

– Мне очень жаль, – прошептала Пиппа, удрученная такой несправедливостью.

– Не переживай. – Он легонько толкнул ее локтем в бок. – Нас же теперь двое. Рассказывай, какие у тебя версии? – С этими словами он поднял обслюнявленную палочку Барни и забросил ее далеко в кусты.

Пиппа замешкалась.

– Ну? Говори. – Глаза его задорно блеснули, бровь поползла вверх. Неужели он ее на прочность решил проверить?

– Ладно, слушай. У меня их четыре, – сказала она, впервые озвучивая свои предположения вслух. – Разумеется, путь наименьшего сопротивления – общепринятая версия: Сэл убил девушку, а потом из чувства вины свел счеты с жизнью. Полицейские бы, конечно, заявили: в деле остались белые пятна только потому, что Энди не нашли, а Сэл мертв и, соответственно, не может рассказать, как все случилось. Моя же версия номер один, – сказала она, загибая один палец и стараясь, чтобы это не выглядело слишком пафосно, – это что Энди убил кто-то третий, а Сэл был к этому причастен. Выступил пособником. Потом он, опять же из чувства вины, покончил с собой. Найденные на нем вещественные доказательства указывают на то, что преступник именно он, хотя на самом деле убил девушку кто-то другой. И сейчас этот настоящий убийца до сих пор разгуливает на свободе.

– У меня тоже было такое предположение, но оно мне не очень нравится. Давай дальше.

– Версия номер два: кто-то третий убил Энди. Сэл никакого отношения к этому не имеет и вообще ничего не знал. На самоубийство он решился не из чувства вины, а из-за совокупности множества факторов. Среди прочего – стресс после исчезновения любимой девушки. Найденные на нем улики – кровь и телефон – не свидетельствуют о связи с убийством и имеют совершенно невинное объяснение.

Рави задумчиво кивнул.

– Мне все равно не верится, что Сэл мог это сделать, но допустим. А третья версия?

– Третья версия. – Пиппа судорожно сглотнула – в горле пересохло, язык лип к небу. – Энди убили в пятницу. Убийца знал, что Сэл ее бойфренд, а значит, идеальный подозреваемый. Тем более у него, как выяснилось, не было алиби. Убийца расправился с Сэлом и инсценировал самоубийство – кровь… телефон. В общем, сделал все, чтобы Сэла сочли виновным. И план удался.

Рави на миг остановился.

– Ты правда допускаешь, что Сэла могли убить?

Она поняла по взгляду – именно этому варианту он и надеялся найти подтверждение.

– Думаю, теоретически есть такая вероятность, – кивнула Пиппа. – А четвертая версия откровенно притянута за уши. – Она глубоко вздохнула и выдала на одном дыхании: – Энди Белл никто не убивал. Она инсценировала собственное исчезновение, потом выманила Сэла в лес, убила его и представила это как самоубийство. Измазала его своей кровью и подкинула телефон, чтобы все поверили, что она мертва. Зачем? Может, ей по какой-то причине понадобилось исчезнуть из города. Боялась за свою жизнь и, чтобы ее не преследовали, решила заранее разыграть собственную гибель. Возможно, у нее был сообщник.

Снова помолчали. Пиппа переводила дыхание, а Рави, сосредоточенно покусывая губы, обмозговывал только что услышанное.

Их прогулка подходила к концу – они обошли весь лес и теперь возвратились туда, откуда пришли. Впереди меж деревьев показалась залитая солнцем дорога. Пиппа подозвала Барни и взяла его на поводок. Они перешли дорогу и направились к парадной двери.