Хороших девочек не убивают - Джексон Холли - Страница 13

Эллиот согласился. Да я ему, честно говоря, практически не оставила выбора.

Пиппа: Итак, сколько лет вы знаете Сэла?

Эллиот: Ну, давай посчитаем. Я преподаю в школе Литтл-Килтона с 2009 года. Он учился в одном из первых моих выпускных классов. Так что почти три года получается. Да, точно.

Пиппа: Значит, он собирался в выпускном классе сдавать историю по выбору и для квалификационного проекта тему по истории выбрал?

Эллиот: Да, и не только. Сэл собирался на исторический факультет в Оксфорд поступать. Не знаю, помнишь ты, Пип, или нет, но до того как устроиться в школу, я работал доцентом в Оксфорде. Преподавал историю. Пришлось поменять работу, когда заболела Изобель. Ей требовался постоянный уход.

Пиппа: Понимаю…

Эллиот: В тот осенний семестр, перед тем как случилась вся эта трагедия, я много времени проводил с Сэлом. Помогал ему писать эссе для поступления. Помогал готовиться к собеседованию в Оксфорде. И в школе, и индивидуально после уроков. Он был блестящим учеником. Одаренным. И его в итоге приняли. Когда Наоми мне об этом рассказала, я ему открытку и коробку конфет отправил.

Пиппа: Значит, Сэл был очень умным?

Эллиот: Да. Необыкновенно умный молодой человек. Такая трагедия… двое молодых людей погибли ни за что ни про что. Сэл несомненно стал бы блестящим студентом.

Пиппа: В тот понедельник, когда пропала Энди, вы у Сэла урок проводили?

Эллиот: Хм. Ой… надо вспомнить. Вроде бы да. Да, потому что помню, я после урока его еще спросил, как он? Так что на уроке он точно сидел.

Пиппа: А вы не заметили ничего странного в его поведении?

Эллиот: Ну, смотря что считать странным. В тот день все в школе себя странно вели. Пропала одна из учениц. Только об этом и говорили. Помню, он вроде как ходил подавленный. Глаза на мокром месте. И сильно волновался.

Пиппа: Волновался за Энди?

Эллиот: Да, наверно.

Пиппа: А во вторник вы его видели в школе? Он в тот день с собой покончил.

Эллиот: Я… нет. Я приболел. Несварение случилось. Подвез девочек до школы, а сам позвонил, отпросился и весь день провел дома. Про историю с алиби и то, что Сэла и Наоми допросили прямо в школе, я ничего не знал, пока мне днем не позвонили и не рассказали. Выходит, в последний раз я видел Сэла в понедельник на уроке.

Пиппа: Как вы думаете, Сэл убил Энди?

Эллиот: (Вздыхает.) Я прекрасно понимаю, очень легко убедить себя, что он не мог этого совершить. Такой хороший молодой человек! Конечно, судя по вещественным доказательствам, невозможно отрицать его вину. Так что, как бы это ужасно ни звучало, скорее всего, это сделал именно он. Другого объяснения я не вижу.

Пиппа: А что насчет Энди Белл? Вы ее тоже учили?

Эллиот: Нет. Ну, э-э, да. Она училась в одном классе с Сэлом. Я у них преподавал в тот год. Только дальше заниматься историей она не планировала и как профильный предмет не выбирала. Так что, боюсь, я ее не очень хорошо знал.

Пиппа: Ясно. Спасибо. Можете идти дальше чистить картошку.

Эллиот: Спасибо за разрешение.

Рави не упоминал, что Сэл получил приглашение из Оксфордского университета. Возможно, он еще многого мне не рассказал про брата. И теперь, после случившегося два дня назад, вряд ли вообще со мной когда-нибудь заговорит. Я не хотела его обидеть. Наоборот, пыталась помочь. Может, пойти извиниться? Хотя он, наверно, просто захлопнет дверь у меня перед носом. (Как бы то ни было, пора взять себя в руки и не давать эмоциям отвлекать себя от главного.)

Если Сэл был такой умный… потенциальный студент Оксфорда, почему улики, свидетельствующие о его причастности к убийству Энди, так очевидны? Допустим, он не имел алиби на время исчезновения Энди. И все равно у него хватило бы мозгов выкрутиться. Никаких сомнений.

P. S. Поиграли с Наоми в «Монополию»… Возможно, я слишком поторопилась с выводами. Она все еще в списке подозреваемых, но убийца ли?… Просто невозможно этого представить. Она отказывается строить дома, даже когда у нее все нужные карточки собраны. Считает, это подло. Я при первой же возможности отели строю и радуюсь, когда другие попадаются в мои хитроумные ловушки. Даже я более кровожадная, чем Наоми.

Глава седьмая

На следующий день Пиппа сидела у себя в комнате и в последний раз перед отправкой перечитывала письмо с запросом в полицию округа Темза-Вэлли. Было очень душно. Солнце, словно пойманное в ловушку, плавилось в четырех стенах вместе с Пиппой, хотя она настежь открыла окно, чтобы выпустить его на свободу.

Далеко внизу раздался стук в дверь. В это самое время Пиппа как раз вслух вынесла свой окончательный вердикт: «Да, пойдет» – и нажала на кнопку отправки. Один короткий щелчок – и двадцать рабочих дней ожидания. Она ненавидела ждать. Да к тому же на дворе суббота. Так что периода ожидания еще тоже надо будет дожидаться.

– Пиппетка, – раздался голос Виктора c первого этажа. – К тебе пришли.

Спускаясь по лестнице, Пиппа чувствовала, как воздух с каждым шагом становится все свежее. Адская жара постепенно сменилась вполне терпимым теплом. Девушка очень торопилась, на повороте даже поскользнулась и чуть не упала. И вдруг она резко застыла на месте как вкопанная – на пороге стоял Рави Сингх. Виктор оживленно что-то ему рассказывал. Жар снова ударил Пиппе в голову.

– Хм, привет, – сказала она, направляясь к двери. Вдруг сзади раздался быстрый топот, скрежет когтей по дереву. Барни стрелой пронесся мимо Пиппы и со всего маху ткнулся мордой в живот гостю.

– Барни, нет! Перестань. Уйди! – закричала Пиппа, одергивая пса. – Извини, он у нас слишком общительный.

– Разве можно так на отца наговаривать? – отозвался Виктор.

Пип недовольно вскинула брови.

– Ладно-ладно. Удаляюсь, – сказал он, повернулся и ушел на кухню.

Рави наклонился и стал гладить Барни. Тот усиленно завилял хвостом, словно веером обмахивая колени Пиппы.

– Откуда ты узнал, где я живу? – спросила она.

– Спросил в агентстве недвижимости, где твоя мама работает, – ответил Рави, выпрямляясь. – Дом у вас, конечно, шикарный… настоящий дворец.

– Ну, вон тот странный человек, который дверь тебе открыл, – успешный юрисконсульт.

– А я думал, король.

– Это тоже. Только по праздникам, – сказала она.

Рави опустил голову и крепко сжал губы, стараясь подавить улыбку, но все же не выдержал и засмеялся. А до Пиппы вдруг дошло, во что она одета и как по-дурацки должна выглядеть. Мешковатый джинсовый комбинезон и белая футболка с надписью на груди: «КЛУБНИЧКА ДЛЯ БОТАНОВ».

– Ты… э-э, чего пришел? – спросила она и тут же почувствовала, как от волнения сводит живот.

– Я… Я пришел извиниться. – Он посмотрел на нее своими большими печальными глазами и смущенно нахмурился. – Разозлился и наговорил чего не следовало. Ты не просто какая-то там малознакомая девчонка. Извини.

– Да все нормально, – сказала Пиппа. – Я тоже хочу извиниться. Не стоило смущать тебя при людях. Я не подумала. Просто хотела помочь, поставить дамочку на место. Дать понять, что нельзя так себя вести. Иногда меня начинает заносить… говорю, а потом думаю.

– Ну не знаю, не знаю. Про свиное рыло очень метко получилось, – заметил он.

– Ты слышал?

– Пиппу в гневе слышно далеко.

– Мне говорили, и не только в гневе. На школьных викторинах, например, тоже. Или когда кто-нибудь ошибки грамматические допускает. Ну, так что… мир?

– Мир. – Он улыбнулся и снова посмотрел на пса. – Мы с твоим дружком полностью согласны.

– Я как раз собиралась с собакой гулять. Не хочешь присоединиться?

– Да, конечно, – согласился он, почесывая Барни за ушами. – Как отказать такой мордашке.

Пиппа чуть было не ляпнула: «Не вгоняй меня в краску», да вовремя прикусила язык.

– Хорошо. Сейчас только обуюсь. Барни, жди.