Наследница (СИ) - Тур Злата - Страница 18

Если в монастыре так кормят, то я готова научиться и корову доить. Хотя нет. Корова — это перебор. Но придется же чем-то помогать. Я, не державшая раньше ничего тяжелей ложки, решительно настроилась на физический труд.

Однако, кажется, Судьба израсходовала неприятности, приготовленные для меня.

В монастыре мне дали одежду. Чистую и не оверсайз. Спросили, что я умею делать. Честно призналась, что руками ничего. Рабочий орган у меня голова. И каково же было мое удивление, когда меня отправили к сестре Екатерине. Казалось бы, после психушки меня уже мало что может испугать. Но здесь было не то что страшно. Какой-то благоговейный трепет охватил мою душу. Все казалось таким таинственным, будто соприкасающимся с потусторонним миром. Монастырское кладбище, храм, высокие кирпичные стены, ограждающие несуетливую жизнь монахинь от любопытных взглядов.

И каково было мое удивление, когда среди смиренных взглядов и негромких голосов я увидела лучистую улыбку. Сестра Екатерина оказалась не строгой монахиней, а молодой полноватой девушкой.

Мне пришлось тут же подобрать челюсть, но удивление скрыть не удалось.

— С интернетом дружишь? — спросила девушка.

— С чем? — непроизвольно вырвался наиглупейший вопрос.

Пришел черед удивляться и Екатерине.

— С интернетом, — осторожно повторила она, опасаясь, что я совсем не в себе.

— А у вас интернет есть? — Это вообще не вписывалось в мое представление о монастырской жизни. Я думала, что здесь полное отрешение от суеты за стенами обители и ничто мирское сюда не проникает.

А потом вспомнила восхитительные пирожки из лавки, и опять стало стыдно за свою тупость. Не живут же они натуральным хозяйством! Для той же муки нужно иметь целые поля пшеницы! А их нет. Значит, нужно покупать. И кто-то еще позиционировал голову как рабочий инструмент!

Но Екатерина не стала заострять на этом внимание. Она терпеливо пояснила.

— Конечно, есть! Я веду монастырский сайт, размещаю информацию о праздниках, публикую жития святых, объявления, отзывы паломников. Никуда без этого. Если о них никто знать не будет, никто и не поедет. А приедут, привезут деньги. Многое делаем своими руками, но и расходов много. Ремонт один чего стоит! Но я этим занимаюсь, потому что больше никто с компьютером не дружит. Мне больше на кухне нравится, а каждый раз заставлять себя выдумывать, что разместить, одно мучение. Написать грамотно, чтоб не стыдно было. А мне матушка сказала, что это есть мое послушание. Смирять лень. Поможешь?

Я обрадованно закивала.

— Конечно!

Чего — чего, а писать я умею. И тут же радость солнечным зайчиком пробралась в душу. Это же я могу начать поиски Платона уже сейчас! Хотя вряд ли у них Вконтакте есть…

Но я могу воспользоваться электронной почтой, и хотя бы написать в фирму Платона, узнать, что с ним. Бинго!!!

Удивительное дело! На следующий день уже не верилось, что мои злоключения случились на самом деле, а не плод больного воображения. Я отпустила все переживания, следуя совету психологов — жить Здесь и Сейчас. А Здесь и Сейчас у меня была крыша над головой, еда и уверенность в том, что мерзкие людишки, которых купил Вадим, ничего плохого мне не сделают. Руки коротки!

А что если те два бандюгана и с Платоном что-то сделали? Мне пришлось продышаться, потому что сердце вдруг забилось чуть ли не в истерике.

Катя поручила оформить мне статью, посвященную одному из Солунских братьев, учителей Словенских — равноапостольного Мефодия, епископа Моравского. Тому, кто вместе с братом Кириллом перевел на славянский язык богослужебные книги. Быстренько справившись с заданием, я нашла сайт фирмы Платона.

Снова накатила дурнота. Я даже не знала, какой ответ меня больше расстроит. Или тот, что любимый меня просто бросил, или тот, что он пропал.

Я не стала долго думать, что написать. Иначе утону в сотне вариантов. Но если повезет, мне ответят на любое письмо, а нет — так даже и «Поющие в терновнике» в сильно ужатом виде там никого не разжалобят.

«Добрый день! Мне нужно связаться с Платоном Андреевичем по очень важному делу. С уважением Изабелла Уткина»

Хуже нет ничего, чем ждать и догонять. И чтобы не натереть мозоль на пальце от бесконечного щелканья по окошку «открыть почту», я решила сменить деятельность.

Физический труд никогда меня не привлекал, но сейчас я чувствовала, что он жизненно необходим. Тревога просто съедала. Не отпускало чувство неотвратимой беды. Нужно было отвлечься на что-то совсем не связанное с мыслительной деятельностью. И я напросилась на кухню мыть посуду. Помогло. Выдавливая на губку капельки «Ферри», я медленно, пока мыла тарелки, считала. Одна. Две. Три. И когда справилась с целой горой поняла, что трудотерапия выключила меня из режима напряжения. На время. Сейчас страх снова липкими гусеницами пополз по телу. Я ринулась к компу и облегченно вздохнула. Маячило новое сообщение.

«Добрый день, Изабелла! К сожалению, ничем помочь не можем. Платон Андреевич уехал в Казахстан открывать филиал. Поручил самим разбираться с организационными моментами. С уважением, Денис Шагаев»

Я закрыла глаза. Это был третий вариант, которого я не учла. Хотя тут же поняла, что этот вариант вообще ни в какие ворота не лезет. Какой на фиг филиал?! У него не торговая сеть! И не своя эксклюзивная продукция, чтоб ее нужно было распространять по миру. Или Денис врет, или просто не хочет суетиться. Или это ответил сам Платон, чтоб я отстала?

«Денис, прошу прощения за беспокойство. Платон Андреевич лично Вам это сказал? Или информацию получили другим образом?»

Отправила сообщение, а душа скользнула в пятки. Уходить куда-то, чтоб занять себя, я не захотела. Нетерпение, словно маленькие пиявки, высасывало энергию. Я сидела не шевелясь. Не сводя глаз с монитора. Забыв, что чайник закипает в сто раз медленней, когда ты на него смотришь.

Наконец пришел ответ.

«Прислал смс. Сами не понимаем».

Теперь не оставалось сомнений, что Платон попал в беду. В том, что он жив, я не сомневалась. Во мне словно проснулось дикое животное, живущее инстинктами. Избавившись от опеки Динки и давления Вадима, я словно стряхнула с себя оцепенение и заново посмотрела на мир. И почувствовала хоть и не суперсилу, но желание бороться однозначно. За любимого, за нашего малыша и за свою полноценную жизнь.

Мозг начал лихорадочно соображать. Заявление о пропаже в органы пришлось сразу отмести — опять я же ему никто. Значит, остается надеяться, на добрых людей, которых больше чем гадов. Я разместила свой крик о помощи, где только можно, дав описание Платона. И вдобавок решила напрячь Дениса, до которого, наконец, дошло, что с начальником дело дрянь. Как настоящий Шерлок, я вытащила из него подробности того дня, когда Платон написал сообщение. Как я и предполагала, он уехал на своей машине на объект и не вернулся, лишь к вечеру прислал смс-ку.

Очевидно, парня замучила совесть, и он принялся активно шевелить лапками, помогая мне. Узнав, что я без документов и без денег, приехал за мной на машине.

И надо сказать, очень вовремя.

Я отредактировала несколько статей и оставила на компе для Кати.

— Мне жаль, что ты уезжаешь, — вздохнула она. — Я бы хотела с тобой дружить.

— Я не могу сказать: «Я в домике» и закрыться от проблем. И самое главное, мне надо найти Платона.

Мне тоже было жаль расставаться с ней. И я не удержалась от вопроса, который не давал покоя, как только мы познакомились. Вся яркая жизнь была впереди, а она выбрала черный душный кокон и зимой, и летом.

— Катя, а почему ты ушла в монастырь? Такая молодая, симпатичная. Что-то случилось?

— Нет, — с улыбкой ответила она. — У каждого человека есть свое призвание. То, к чему стремится душа. Где ты будешь полезен. И я почувствовала, что оно здесь. Меня бабушка водила в церковь, и я забывала дышать, глядя на иконы. А от пения певчих вообще готова была в обморок упасть — пронимало до дрожи. Мерцание свечей, величественность и торжественность службы, отсутствие суеты. Не то, что в миру. Там настоящий Содом. Люди готовы сожрать друг на друга, орут, богохульствуют, прелюбодействуют, предают. Нет ценностей, понимаешь? А здесь благодать.