Чернокнижник. Три принципа тьмы (СИ) - Бердникова Татьяна Борисовна - Страница 28

— Что ты жмешься в углу, как неприкаянный? Ты — Созидатель, потомок Созидателя, ты можешь оказать неоценимую помощь!

— Слушайте… — Мирко, сразу же растерявшись, часто-часто заморгал, — Да вы чего, опухли, что ли, леди? Какой я Созидатель — я ж даже жалкую ромашку не смог создать! А сейчас как-то не время учиться…

— Ты мог бы создать ход.

Заявление Карины оказалось столь внезапным, что на несколько секунд все взгляды обратились к ней. В наступившей тишине было слышно, как ударяются бросаемые в окно снаряды и как потрескивает, отражая их, защита.

— Она же не пила вина, да? — Ашет осторожно покосился на брата, неспешно убирая меч в ножны, — Или тот сок, что ей наливали, уже успел забродить?

— Ты у меня договоришься, красавец! — шаманка так и вспыхнула, посылая охотнику настолько злой взгляд, что тот немедленно пожалел об убранном мече, — Если бы этот балбес учился старательнее, он бы уже был способен не только создавать ромашки, но и делать подземные ходы! Почему я должна решать все за вас?! Кто здесь король, кто главнокомандующий, в конце концов?! Сколько можно сваливать все на хрупкие женские плечи!

Тревор, сраженный таким напором, негромко, аккуратно кашлянул. Потом перевел взгляд на ошарашенного Аркано и кашлянул еще раз.

Разумеется, девушка была права и ему, как королю, как властителю королевства следовало бы самому, лично принимать решения — и о защите, и о побеге, — но… Вообще говоря, воевать Тревору в его жизни как-то не доводилось. Как защищать дворец, какие отдавать приказы, он толком не знал, особенно при учете того, что понятия не имел, сколько верных ему людей еще осталось во дворце. Да и… остались ли они еще?

Есть Марек — верный пес, преданный короне до гроба, он костьми ляжет, чтобы вывести монарха за пределы дворца, а то и за пределы города! Он сумеет провести их к нужному потайному тоннелю — а Тревор помнил, что таковых из дворца ведет несколько, — он всегда сможет дать надежный совет…

Вот только сейчас Марек и сам напуган до потери пульса. На его веку восстаний тоже не случалось, и как вести себя, бедняга не знает. А когда сам король пребывает в растерянности, когда ближайшие подданные трясутся от страха, остается только одно…

— Аркано Брутто! — голос Тревора неожиданно обрел силу. Он расставил ноги, вставая в позу и простер вперед правую руку, словно собираясь крестить недоумевающего мужчину.

— Отныне и впредь я назначаю тебя главнокомандующим королевской армией и королевской стражей!

Голос короля гулко ударил в примолкшем зале, и камнем упал на голову не ожидавшего такого Медведя.

— Отныне и впредь, и с этой минуты, твой долг — защищать корону и королевство от посягательств, — продолжал король, — Твое право непреложно. Свидетелем моему слову выступают мой министр Марек, и мой названный сын Фредо д’Ардженто, князь Финоры. В их присутствии я дарую тебе это звание, и эту власть, мой защитник. А теперь… — монарх опустил руку и вздохнул, говоря уже более спокойно и даже тихо, — А теперь я вверяю тебе свою жизнь, Медвежонок. Командуй и да прибудут с тобой Светлые.

Аркано, сраженный наповал королевским доверием и королевскими словами, приоткрыл, было, рот, чтобы что-то сказать, но не нашелся и рот закрыл. Затем неуверенно поднял правую руку, прижал ее к сердцу и, внезапно вспомнив надлежащий обряд, торопливо вытащил из ножен меч. Поцеловал лезвие и, опустившись на одно колено, положил оружие к ногам короля.

Тревор слабо улыбнулся и легко возложил ладонь на его склоненную голову.

— Встань, мой защитник, — негромко произнес он, — Сейчас не время для придворных церемоний. Сейчас время для битвы!

Не успели эти слова отзвучать, как неожиданно громкий треск пронесся по зале и тяжелый булыжник, влетев сквозь прорванную защиту, упал к ногам отпрянувшего князя.

— Надо действовать быстрее, — говорил Фредо спокойно, однако, пальцы его правой руки задрожали. Защиту он пытался поддерживать и жуткий треск знаменовал не только ее прорыв — он знаменовал незначительное, но все-таки ослабление чернокнижника.

Аркано рывком поднялся с колен и, сжав меч в руке, сдвинул брови, окидывая быстрым взглядом залу, оценивая расстановку сил.

— Встаньте по сторонам от оконного проема, так, чтобы ни камни, ни стрелы не касались вас, — быстро приказал он, — Ваше Величество, Вас это касается в первую очередь. Марек! Сколько во дворце верных королю людей?

Марек испуганно развел руки в стороны. Точно ответить он затруднялся, однако, продолжал питать надежды.

— Повстанцы еще не проникли внутрь, милорд, — поспешно принялся докладывать он новому главнокомандующему, — Стража держит двери и стены. Их во дворце несколько отрядов, и пока что я не слышал от них крамольных мыслей. Прикажете их сюда?

Медведь на секунду задумался, потом решительно мотнул большой головой.

— Нет. Я сам отправлюсь к ним, и приму командование. Ты знаешь тайные тоннели, ведущие из замка?

— Так точно, милорд, — Марек торопливо закивал, — В близости от нас есть три тоннеля — один выводит точно в подвал колокольни Главного Храма Великой Праматери, другой — к городской ратуше, а третий — самый долгий и трудный — на мельницу за стенами Габара. Последний заперт на ключ, который я имею честь хранить.

— Рад за твою честь, — раздраженно бросил Аркано, — Эй, все! Слушайте меня! Сейчас дружно идете следом за Мареком, который — запомни это хорошенько, министр! — выведет вас к ходу, который ведет за пределы города! Следуйте этим ходом, доберетесь до мельницы — занимайте круговую оборону на случай внезапной атаки, и ждите меня. Я отобью у мятежников охоту лезть во дворец… — главнокомандующий картинно провернул в руке меч и по-звериному улыбнулся, — Марек! Как только проводишь их — найдешь меня и доложишь. Головой за сохранность каждого мне ответишь, понял?!

Аркано медленно выдохнул и, сообразив, что такую ответственность на дрожащего человечка сваливать опрометчиво, перевел взгляд на прочих участников отряда.

— И вы, все и каждый! Каждому надлежит заботиться о товарищах, на плечах каждого лежит ответственность за другого! Фредо, Ашет! Вы следите за безопасностью и здоровьем короля. Эрнесто, Фаррад — на вас Карина и Антон. Мирко, ты отправишься со мной и попытаешься пробиться к казармам, чтобы позвать Барта, Шина и Толю. Всем все ясно? А теперь живо, живо! Время играет против нас — если повстанцы успеют пробиться во дворец, выкурить их отсюда будет куда как труднее!

Глава 6

Тайные ходы, должно быть, потому и называются тайными, что найти их неискушенному человеку практически невозможно. Даже сам король Тревор, осведомленный о наличии во дворце потайных тоннелей, но никогда прежде ими не пользовавшийся, не имел ни малейшего понятия, где искать оные, и шел за Мареком безропотно, уповая лишь на его преданность.

Впрочем, верный министр не подводил. Он и в самом деле был одним из немногих, кто все еще видел в монархе надежду и опору королевства, не поддавался рассеиваемым вокруг сомнениям, да еще и старательно переубеждал сомневающихся, уверяя их в твердости и надежности королевской фигуры. Ну, и что с того, что король в некоторой степени монстр! Он старательно борется против этого чудовища, подселенного к нему в душу, и ни разу еще не позволил ему вырваться на свободу! Да и вообще, не сам же Тревор подселил чудовище в свое тело — это сделал колдун, проклявший его, винить следует палача, а не его жертву. Тем более, что пребывание на протяжении пяти лет в облике монстра ничуть не омрачило благородного сердца монарха, и преданности, и любви своих подданных он, по мнению Марека, по-прежнему заслуживал.

Вел он своих спутников осторожно, стараясь попасться на глаза как можно меньшему количеству слуг, что, впрочем, было не слишком-то просто — дворец был буквально набит стражей, в коридорах через каждые пятнадцать шагов стояли вооруженные до зубов воины, несущие непрестанный караул; горничные, служки шныряли туда-сюда, выполняя привычные обязанности и краем уха прислушиваясь к тому, что творилось за стенами дворца; даже дворецкий и тот счел своим долгом попасться на пути небольшого отряда и, вежливо раскланявшись с министром и королем, отправиться дальше по своим делам.