Время не властно - Сальваторе Роберт Энтони - Страница 85

Он уже не видел его, но определенно чувствовал и слышал его – слышал оглушительный вой могучего торнадо.

Жужжание стало громче: какой-то демон устремился на Джарлакса. За первым чазмом последовал второй. Джарлакс инстинктивно отпрянул и попытался направить свое «оружие» таким образом, чтобы перехватить гигантских мух.

Жужжание сменилось каким-то шлепаньем, сопровождавшимся воплями, похожими на человеческие. Потом раздались стоны: это чазмы, захваченные торнадо Джарлакса, кувыркались, вращались и натыкались друг на друга.

Джарлакс решил, что ему нужно это увидеть, попятился и вышел из сферы тьмы. Они были здесь: два, нет, три демона крутились в воронке.

И это действительно был торнадо, мощная воздушная воронка. Но, очевидно, ее кто-то контролировал – богиня или воздушные элементали; она была плотной, и демоны, попавшие в нее, не могли ее покинуть, то и дело наталкивались друг на друга.

Избавившись от непосредственной угрозы, Джарлакс посмотрел на Закнафейна – и увидел, как два чазма летят прямо на мастера оружия.

Будучи не в силах приблизиться к другу, Джарлакс окутал его облаком тьмы и постарался надеяться на лучшее.

Закнафейну никогда прежде не приходилось сражаться с подобными демонами, но он, естественно, достаточно часто сталкивался с дроу на своем веку и не удивился, когда его окутала магическая тьма. Он решил, что это заклинание – дело рук Джарлакса, который пытался таким образом защитить его.

Но это не имело значения. Он отлично слышал приближавшихся демонов и по звуку крыльев примерно догадывался, на каком расстоянии они находятся. Закнафейн надеялся, что они сочтут его легкой добычей.

Он вытащил из-за пояса кнут, перекатился на спину, взмахнул оружием, целясь вверх, в воздух, и приказал острию проделать отверстие, ведущее на другой уровень вселенной. Теперь эта «огненная дыра» была спрятана в магической тьме.

Затем Закнафейн оттолкнулся от земли, проворно вскочил на ноги и бросился прочь от сферы магической тьмы. Он испытал мрачное удовлетворение, услышав пронзительный вопль демона, с силой врезавшегося в землю у него за спиной.

Однако второй стремительно свернул в сторону прямо над сферой и полетел на Закнафейна. На этот раз воин не стал применять магию, просто туго обмотал хлыст вокруг гигантского мушиного хоботка, рванул вниз и влево. Голова чазма резко дернулась, и Закнафейн успел заглянуть в глаза потрясенной твари как раз перед тем, как рубануть ей мечом прямо по морде.

Закнафейн отпрыгнул. Чазм рухнул, покатился прочь и несколько раз перевернулся, ударяясь о камни и ломая крылья.

– Что это еще такое, во имя Девяти Кругов Ада… – не веря своим глазам, прошептал Закнафейн при виде Джарлакса, бежавшего к нему с какой-то штуковиной в руках.

Торнадо?

Что бы это ни было, загадочная штука сработала эффективно. С помощью воронки наемник поймал четвертого демона, затем пятого. Безобразные «мухи» разлетелись во всех направлениях; кое-кто все-таки попался, остальные спасались бегством от могущественного магического предмета.

Какой-то вой, донесшийся со стороны крепостной стены, привлек внимание дроу; ворота распахнулись, и на пороге крепости возникла стая собак. Адские псы.

– Бежим! Прочь отсюда! – крикнул Джарлакс, но в этом не было нужды, потому что Закнафейн уже швырнул на землю свою статуэтку, вызывая адского вепря. Сообразив, что Джарлакс находится в затруднительном положении, мастер оружия сорвал с пояса товарища кошель и вытряхнул оттуда обсидиановую фигурку.

Джарлакс взревел и резко отвел обе руки влево, затем обратно, вправо, и пять вращавшихся демонов вылетели из воронки, словно перекати-поле. Их тонкие крылья оторвало вихрем, и они, будучи не в состоянии летать, покатились по земле и в конце концов разбились о какие-то острые камни.

Дроу не видели этого – они уже скакали прочь, изо всех сил пришпоривая адских животных. Копыта стучали по камням, искры и молнии летели из-под ног «скакунов», всадники оставляли за собой шлейф черного дыма.

Но они услышали тошнотворный звук ломающихся костей, и этого было достаточно, чтобы Джарлакс содрогнулся.

Они скакали долго, очень долго, не останавливаясь ни на мгновение. Адские псы не знают усталости, но и магические существа, в свою очередь, не устают, зато движутся быстрее. В конце концов погоня прекратилась.

– Хорошо вернуться домой, а, эльф? – обратился Бренор к Дзирту, когда дроу-следопыт неожиданно появился при королевском дворе в Гаунтлгриме.

– Мой дом там, где Кэтти-бри, – поправил его Дзирт. – Сегодня я навещаю дом моего брата.

– Ха-ха, ну что ж, и это неплохо! Рад тебя видеть! Столько всего творится вокруг – бьюсь об заклад, что этот проклятый Неверембер ничего хорошего не затевает, а если точнее, то затевает что-то очень нехорошее.

– Ну же, рассказывай, – попросил дроу.

– Пока особенно нечего рассказывать. Судя по всему, этот Неверембер продал развалины замка каким-то дворфам – клану Каменная Шахта, и находятся эти развалины дальше по побережью. Пузан видел, как они заключали сделку. Все это дурно пахнет. Похоже, Неверембер пытается отмыть награбленное золото, и я буду прыгать от радости, как гном, заполучивший новую побрякушку, или хафлинг, сперевший пирог, если застукаю нашего лорда за этим делом.

– Вижу, отношения между Гаунтлгримом и городом Невервинтер так и не улучшились.

– Ха! Этот человек просто безмозглый тупица.

Дзирт кивнул, но ничего не ответил. Он явился в Гаунтлгрим в надежде получить у Бренора разрешение воспользоваться недавно активированными вратами для телепортации. Ему нужно было попасть в Серебристые Болота, в Мифрил Халл: он хотел купить в Серебристой Луне какой-нибудь подарок для Кэтти-бри на память о рождении их первенца. У Дзирта даже появилась идея насчет подарка – такую вещь он однажды видел во дворце леди Аластриэль. Меньше всего ему сейчас хотелось впутываться в очередную пустячную ссору между лордом Неверембером и Бренором, двумя самыми упрямыми и несговорчивыми созданиями, которых он когда-либо встречал!

Однако в этот момент взгляд его случайно упал на Ивоннель, которая в тот день также присутствовала в приемном зале Бренора. При помощи тайного языка дроу девушка послала ему сообщение: «Здесь кроется кое-что более серьезное».

– Можно мне воспользоваться своей комнатой, или ты уже сдал ее какому-нибудь приезжему торговцу? – спросил Дзирт, и Бренор возмущенно взревел.

– Бери хоть две, если нужно! Десять, клянусь Девятью Кругами Ада! И еще больше – наверху, в Виноградной Лозе! – орал дворф.

– Реджис у себя?

– Понятия не имею. Он в последнее время постоянно шныряет туда-сюда.

Дзирт поклонился, собираясь уходить.

– Сегодня посидим с тобой за бараниной и элем, а? – предложил Бренор, и Дзирт с радостью согласился.

Он покинул тронный зал и зашагал по извилистым коридорам; Ивоннель вскоре догнала его. Вдвоем они направились в огромную пещеру, служившую «вестибюлем» Гаунтлгрима, к подъемнику, который должен был доставить их наверх, в Виноградную Лозу. Дзирт и Ивоннель не могли переговорить без свидетелей в Гаунтлгриме, где у Бренора повсюду были уши.

Дзирт ездил на этой вагонетке множество раз, но его неизменно поражало и захватывало путешествие обратно, на поверхность. Спуск вниз, в недра горы, проходил как обычно: состав из вагонеток катился по наклонным рельсам в пещеру, располагавшуюся у главных ворот дворфского города. Там при помощи тормозов и хитроумной системы рельсов поезд снижал скорость. Он останавливался на «станции» – высокой платформе, выстроенной прямо перед подземным озером, напротив ворот Гаунтлгрима, видневшихся на другом берегу.

Однако путь наверх представлял собой чудо инженерной мысли и творение магии, какого Дзирту не доводилось прежде видеть – перед этой железной дорогой меркли даже прекрасные здания Чед Насада, города, сотканного из паутины. Сначала вагонетка съезжала вниз с платформы и пересекала пещеру, двигаясь под действием силы тяжести. Однако, приближаясь к крутому уклону, она переворачивалась вверх ногами вместе с рельсами и ехала по потолку. На самом деле в этом туннеле для поезда потолок был полом, а пол – потолком, потому что Громф Бэнр и несколько других могущественных чародеев сделали так, что на всем пути обратно из пещеры сила тяжести действовала «наоборот».