С любовью, Джульетты (СИ) - Сидней Мария - Страница 34

– И к чему эта история? Советуете мне передумать стать журналистом? Но я хочу писать про культуру, там, вряд ли, найдется много тем для провокаций.

– Отнюдь! – усмехнулся преподаватель, – Однажды нам нужно было выставить одного высокопочтенного человека в невыгодном свете. А он, как назло, божий одуванчик. Тут кто-то выяснил, что он занимается благотворительностью и поставляет в школы художественную литературу. Досконально изучив книги, мы обнаружили в некоторых стихотворениях намеки на однополую любовь, и выставили все так, что этот человек распространяет пропаганду гомосексуализма среди школьников.

– Это так работает? – поразилась Тая.

– Это так работает, – подтвердил Арсений, – а историю я рассказал, советуя перестать врать.

– Кому это я вру? – нахмурилась девушка.

– А, что, никому? Взять хотя бы твоих друзей или отца. Разве я поставил тебе дополнительные занятия, как ты им говоришь?

Арсений скрестил руки на груду в ожидании ответа, но Тая промолчала. Она уже давно перестала улавливать момент, когда начинает врать, и делала это непроизвольно.

– Люди в нашей жизни – это отражение нас самих, – философским тоном произнес репетитор, – и больше всего нас задевают в других те недостатки, которыми переполнены мы.

На этот раз Тая поняла, что все это преподаватель говорил, анализируя строчки из ее стихотворения. Но она была категорически не согласна с его суждениями. Разве ложь Рекса может сравниться с ее маленькими безобидными обманами? Если бы Арсений узнал все подробности, не стал бы читать ей нотации с таким умным видом. Но не дождется, она все равно ничего не расскажет, сделает вид, что усвоила урок, пусть даже не литературы.

***

Дана все же отошла от своих правил и пошла на то, что не сделала бы ранее: спонтанно девушка купила билет на поезд и поехала в родной город. Она редко позволяла себе пропускать учебу, но это экстренный случай. Все равно в таком подавленном состоянии она не сможет сконцентрироваться на лекциях. В чем смысл присутствовать в аудитории физически, если ментально в другом месте? Именно так утешала себя художница.

Девушка ехала в сидячем вагоне и слушала музыку, наблюдая за проносящимися за окном пейзажами. Вдруг ее телефон завибрировал, Дана хотела сразу отключиться, думая, что это Эдик: молодой человек не переставал звонить, но все его вызовы оставались без ответа. Домой Дана ехала тоже не ради него: она хотела просто отдохнуть на несколько дней от Питера и гнетущей атмосферы, провести время среди людей, которые ее искренне любят, а не хотят испортить ей жизнь.

К удивлению Даны, на дисплее высветилось имя Таи. Обычно подруга не отходила так быстро после ссор, тем более, когда считала себя жертвой и дулась до последнего. Художница догадывалась, в чем причина внезапного прощения.

– Я оказалась права? – вместо приветствия задала вопрос Дана.

– Да, – вздохнула Тая, – у него не просто девушка, а жена и ребенок.

– Вот же гад! – возмутилась красавица, – И почему парни такие безответственные? Как ты себя чувствуешь?

– Паршиво. Мама сказала, ты едешь домой?

– Да, приеду уже через три часа.

– Я тоже на вокзале, приеду завтра утром.

– Правда?! – воскликнула Дана, за сегодня это была первая причина для радости.

– Мне больше некуда податься. Так интересно, что мы обе решили поехать домой в одно время.

– Жаль, что не с позитивным поводом. Но я все равно безумно рада, что мы увидимся!

– И я! До встречи!

Остаток пути Дана провела в приподнятом настроении, и даже сменила депрессивную музыкальную подборку на более веселую. На вокзале девушку ждал Михаил Павлович. Это была их первая встреча после разлуки, и художница еле сдержалась, чтобы не расплакаться. То ли от радости, то ли от грусти. Она уже забыла, каково это, когда тебя обнимает по-настоящему любящий человек.

– Привет, моя прекрасная златовласка! – мужчина заключил дочь в медвежьи объятия и поцеловал в лоб, – Как добралась?

– Все хорошо, но умираю с голоду!

– Тогда поехали быстрее домой, Катя столько всего наготовила!

– Ты не сказал маме, что я приезжаю?

– Нет, ты же просила не говорить, но я так и не понял почему.

– Потому что она расскажет Эдику. Ты же знаешь, мама не умеет хранить чужие секреты.

– А что натворил Эдик? Вы же планировали провести идеальные выходные.

– В последнее время у меня все идет не по плану, – вздохнула художница.

Дома Дану встретило еще одно любящее ее безусловной любовью существо – Тэффи. Девушка взяла собачку на руки и прижала к себе, позволяя лизать свое лицо. Может, это и не плохая идея – снять квартиру? Тогда Дана смогла бы увезти Тэффи с собой.

Михаил Павлович и Екатерина Федоровна сейчас жили в квартире Коминых. Другую квартиру они продали и взяли кредит на покупку загородного дома. Несмотря на то, что это был не тот дом, в котором Дана провела всю свою жизнь, она чувствовала себя здесь тепло и уютно. Все же дом – это люди, а не помещение.

– Малышка, как насчет вкусного какао? – не дождавшись ответа, Михаил Павлович поставил на стол перед дочкой кружку с ароматный напитком.

– Спасибо, пап, – поблагодарила Дана.

– Опять учишься? Это моя вина, что воспитал такого трудоголика, но отдохни хоть чуток, – мужчина заботливо погладил девушку по волосам.

– Я немного, и приду к вам, вместе посмотрим фильм, – пообещала Дана.

Она пообещала себе, что создал проект, который будет еще лучше предыдущего и утрет нос не только старосте, но и всем остальным.

– Ты же знаешь, что я всегда горжусь тобой? И очень люблю? – спросил Михаил Павлович.

– Я тоже тебя люблю, – Дана поцеловала отца в щеку, чтобы стереть его беспокойство.

Девушка настолько отошла от своего графика и правил, что даже отключила будильник. Обычно она даже в выходные старалась вставать рано. Разбудил красавицу знакомый визг.

– Просыпайся! Будем обниматься! – тормошила подругу Тая.

Дана поднялась с кровати, и подруги запрыгали на месте, обнявшись. Виртуальные разговоры никогда не заменят настоящего человеческого тепла.

– Пойдем на кухню! Я заварю наш любимый чай! – счастливая улыбка не сходила с Даниного лица.

– Только сначала схожу в душ, – сообщила Тая.

Чуть позже девочки сидели на знакомой кухне и наслаждались чаем, это было таким привычным и родным, что в одно мгновение стерло все плохие происшествия. В этот момент девочки думали об одном и том же: как хорошо, что в их жизни есть место, куда они могут сбежать от тревог, и где им всегда будут рады. Домой.

На кухне появились родители. Екатерина Федоровна подошла к Тае и поцеловала дочку в макушку. Михаил Павлович принялся заваривать кофе. Любовь к качественному приготовлению этого напитка была у них с Даной делом семейным.

– Сходим все вместе в кино? – предложил мужчина.

– А что идет? – спросила Дана.

– Какая разница? Мне просто хочется киношного попкорна. В магазине такой не купишь! – сказал Михаил Павлович.

– Сто лет не была в кино! – воскликнула Тая, выражая свое согласие.

Вечером девочки развалились на диване, включив сериал, который начали смотреть еще вместе, но потом о нем забыли. Екатерина Федоровна, постучавшись, зашла в комнату и поставила на тумбочку тарелку с нарезанными фруктами.

– Ты разговаривала с Эдиком? – спросила Тая, когда подруги остались одни.

– Нет, я не хочу. По крайней мере, не сейчас.

– Он звонил мне, очень переживает, – сообщила Тая.

– Не пытайся на меня повлиять. Лучше расскажи про Рекса, – перевела тему Дана.

– Я с ним еще не говорила.

– А о чем ты собираешься с ним говорить?

– Об этой ситуации, о его вранье.

– В смысле ты собираешься продолжать с ним отношения? – поразилась Дана и даже поменяла лежачее положение на сидячее, чтобы лучше видеть Таю.

Та не смотрела на подругу, потому что знала, что наткнется на осуждающий взгляд.

– Ты можешь просто меня поддержать? Будто я мечтала, чтобы у парня, в которого я влюбилась, были жена и ребенок! – начала злиться Тая.