Неразведанная территория (сборник) - Уиллис Конни - Страница 90

— С тех пор, как целый день обсыпаюсь гипсовой пылью. С тех пор, как перемазываюсь нефтью, стараясь отмыть от нее пони. С тех пор, как я узнала, что половину времени ты не способен определить, женщина ли я.

Он выпрямился:

— И поэтому ты снимаешь с себя всю одежду и отправляешься поплавать с Эви?

— Всю одежду я не снимала. Я была в сапогах. — Я прожгла его взглядом. — И мне не нужно раздеваться для того, чтобы Эв заметил, что я женщина.

— Ах да, я и забыл! Он же знаток секса. И что же происходило в воде вариант брачного танца? — Он пнул дохлую рыбу больной ногой.

— Прекрати! — сказала я. — У меня хватает забот и без того, чтобы составлять отчет о поругании останков.

— Хватает забот! — повторил я, подрагивая усами. — У т-е-б-я хватает забот? А знаешь, что заботит меня? То, что ты еще вытворишь. — Он опять пнул цси митсс. — Ты допускаешь, чтобы Вулфмейер открыл ворота у нас под носом, ты заводишь нас на нефтяное месторождение, ты купаешься и чуть было не накликаешь на себя смерть…

Я ударом выключила терминал и встала:

— И я потеряла бинок! Не забудь добавить. Тебе нужен новый партнер, вот что ты хочешь сказать?

— Новый…

— Новый партнер, — повторила я. — Не сомневаюсь, найдется много лиц женского пола, которые отправятся с тобой на Бут развлекаться, как отправилась я.

— Ах, вот оно что! — сказал Карсон, нахмурясь. — Дело, значит, не в Эви. А в том, что я упомянул тогда вечером, как выбрал тебя в партнеры.

— Ты меня не в-ы-б-и-р-а-л, помнишь? — сказала я в бешенстве. — Меня выбрал Старший Братец. Для поддержания полового равновесия. Только из этого явно ничего не получилось, потому что половину времени ты не способен определить, к какому полу я принадлежу.

— Ну, сейчас это легче легкого. Ведешь себя даже хуже КейДжей. Мы были партнерами в ста восьмидесяти экспедициях…

— Восьмидесяти четырех, — сказала я.

— Мы ели концентраты, терпели КейДжей и штрафовались Бултом в течение восьми лет. Что, черт дери, меняется от того, как я тебя выбрал?

— Ты меня не выбирал. Ты сидел с ногами на моем столе и брякнул: «Ну как?», а я угукнула. И все. А теперь я узнаю, что тебя интересовало только, что я умею делать топографические съемки.

— Интересовало только?.. — Он еще раз пнул цси митсс так, что отлетел большой кусок студня. — Я въехал в паникующее стадо багажников и вытащил тебя. Я ни разу даже не посмотрел ни на одну стажку. Чего ты от меня хочешь? Чтобы я послал тебе цветы? Преподносил дохлую рыбину? Нет, извини, ты ее сама себе преподнесла. Чтобы я бодался с Эви, а ты могла бы решить, кто из нас моложе и с обеими ногами? Чего ты хочешь, чего?

— Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое. Я хочу кончить эти отчеты, сказала я и посмотрела на экран. — Я хочу, чтобы ты убрался.

За ужином никто не сказал ни слова, кроме Булта, который меня оштрафовал за то, что я смахнула с рукава комочек гипса, прежде чем сесть. Пошел дождь, и весь вечер Карсон выглядывал из-под скального навеса и смотрел на небо.

Эв сидел в углу, нахохлившись, с несчастным видом, а я возилась с отчетами. Булт не выражал ни малейшего желания развести еще костер. Он сидел в противоположном углу и смотрел выпрыгушку, пока Карсон не отобрал ее и не защелкнул, а тогда он раскрыл зонтик, чуть не выколов мне глаз, и отправился к Стене.

Я закуталась в спальник и еще поработала с отчетами, но совсем замерзла, забралась внутрь и попробовала заснуть.

Эв все так же сидел в углу, а Карсон все еще следил за дождем.

Я проснулась посреди ночи, потому что мне за шиворот капала вода. Эв похрапывал в своем спальнике, а Карсон сидел в углу, раскрыв перед собой выпрыгушку. Он смотрел сцену в отделе Старшего Братца — ту, где он попросил меня поехать с ним.

Утром он исчез. Дождь лил как из ведра, и поднялся ветер. Под скальным навесом струился ручеек, разливаясь лужей в дальнем его конце. Спальник Эва уже промок в ногах.

Сильно похолодало, и я подумала, что Карсон пошел за хворостом, но когда я выглянула наружу, то не увидела его пони.

Я забралась к Стене, высматривая Булта, но ни в одной из камер его не оказалось. Я спустилась к озерку.

Карсона там не было, да и озерка тоже. Широкий поток, белый от гипса, устремлялся через валуны. Гипсовая куча пони, на которой спасался Эв, ушла под воду.

Я вновь забралась к Стене и пошла вдоль нее через гребень. Там стоял Булт и смотрел на юг, туда, где смутно маячили затянутые тучами Кучипони.

— Где Карсон? — крикнула я сквозь шум дождя.

Он поглядел на запад, потом вниз на нефтяную равнину, которую мы пересекли накануне.

— На зна, — сказал он.

— Он забрал пони, — завопила я. — Куда он поехал, в какую сторону?

— На видь уезжай, — ответил Булт. — На прощщщай.

— Он ни с кем не попрощался, — сказала я. — Его необходимо отыскать. Пройди дальше по гребню, а я проверю дорогу, по которой мы сюда добрались.

Но дорога, по которой мы сюда добрались, тоже превратилась в ручей, и по скользким камням никакой пони не спустился бы, а когда я вернулась под навес, чтобы забрать Эва, половина пола была уже под водой и Эв поднимал багаж на мокрый уступ.

— Надо куда-то перенести оборудование, — сказал он. — Где Карсон?

— Не знаю, — ответила я. Затем я нашла еще один навес повыше, не такой глубокий и с наклоном от дальней стенки. Мы перенесли туда передатчик и камеры. Спустившись за остальным, я нашла журнал Карсона. И его мик.

Вернулся Булт, насквозь мокрый.

— На нашш, — сказал он.

И, видимо, он не хочет, чтобы его нашли, подумала я, вертя в пальцах мик.

— Этот навес не годится, — сказал Эв, — вода стекает по стенкам.

Мы снова перетащили оборудование в полупещеру в стороне. Она была глубокой, с сухим дном, но к полудню мимо уже несся бурный поток, падая наискось с гребня, так что к утру нас должно было отрезать от пони. А если вода еще поднимется, то и вообще от всего.

Я опять пошла посмотреть. Вода лилась с обоих навесов, и даже без учета цси митсс перебраться через бывший ручей мы не смогли бы. Я взобралась на гребень. Высота была достаточно безопасной, но под открытым небом мы долго не продержимся. Я старалась не думать о Карсоне — где-то там с одним только спальником. И без мика.

Мне на голову спикировал челночок и метнулся назад к Стене.

— Забирайся-ка внутрь, — посоветовала я.

Вернувшись в пещерку, я подняла Эва и Булта.

— Живее, — сказала я. — Мы переезжаем. — И взяв передатчик, я повела их через гребень к Стене. — Внутрь, — скомандовала я.

— Но это же против правил, — сказал Эв, переступая закругленный низ двери.

— Как и все остальное, — ответила я. — Включая утонутие и загрязнение водных источников нашими трупами.

Булт переступил через порог, сложил на пол оборудование, достал журнал и сказал в него:

— Вторжение в частные владения бутери.

Нам пришлось сходить за остальным еще четыре раза, после чего осталось позаботиться о пони, которые валялись мокрой кучей и отказывались вставать, так что мы должны были волочь их вверх по камням, а они сопротивлялись. Когда мы подтащили их к Стене, уже стемнело.

— Мы ведь не поместим их в одной камере с нами? — с надеждой спросил Эв, но Булт уже перетаскивал их через порог лапу за лапой.

— Может, мы пробьем дверь в соседнюю? — сказал Эв.

— Уничтожение имущества бутери, — сказал Булт и достал свой журнал.

— Во всяком случае, раз пони здесь, нам есть чем питаться, — заметила я.

— Уничтожение инопланетной жизненной формы, — сказал Булт в журнал.

Уничтожение инопланетной жизненной формы. Надо заняться отчетами.

— А куда отправился Карсон? — осведомился Эв, будто только сейчас заметил его отсутствие.

— Не знаю, — сказала я, выглядывая наружу, где лил дождь.

— Карсон сразу бы вошел в воду, едва увидел бы эту тварь, и убил бы ее.

Угу, подумала я. Обязательно! А потом наорал бы на меня за то, что я не проверила ф-и-ф.